Почему  я так думаю? Да потому, что в  иные дни проявляется к тем  же ветеранам совсем другое отношение. Оскорбительное. И примеров этого, очень  горьких, столь много, что невозможно про каждую обиду написать и за каждую попросить прощения у замечательных людей, которые в своё время ради будущего не щадили жизни своей и которых сегодня среди нас (не забывайте!) остаётся всё меньше…

«Один из немногих однозначно положительных»?

Конечно, самая большая обида героям великой войны нанесена была в 1991-м, когда уничтожили Советскую страну, за которую они воевали. Каково теперь видеть и сознавать, что все богатства народные — в зубах абрамовичей, лисиных и прохоровых! Да разве за это сражались нынешние ветераны против гитлеровских орд?

Но мало оказалось даже такого вселенского  надругательства над подвигом советских  людей. Вся индустрия кино- и телепропаганды сориентирована во многом на извращение и принижение этого подвига.

Ветеранам невыносимо больно оттого, как изображается война, участниками которой они были. Ветераны возмущаются. Пишут протесты против таких «шедевров», как «Сволочи» или «Штрафбат». А реакция на это? Кинодеятели и «телевизионное сообщество», представляемые всяческими фестивалями и академиями, именно эти «шедевры» удостаивают своих высших наград.

Бурно чествовали, скажем, Алексея Пивоварова с телеканала НТВ. Сколько гневных  статей и писем, разоблачающих лживость его поделок о войне, появилось  за последнее время! Авторы этих писем  и статей — участники событий, про которые сочиняет свои творения Пивоваров, или учёные, серьёзно исследующие данные этапы войны, — в один голос говорят: недопустимы такая подтасовка и предвзятая оценка реально происходившего. Но что всё это Пивоварову, увенчанному телевизионными и кинематографическими премиями, имеющему на НТВ не просто полный карт-бланш, а ореол «талантливого и современного» интерпретатора сложных событий военного времени.

Он и  продолжает вовсю свою «интерпретацию». Метод её совершенно очевиден: бери самые тяжёлые страницы войны, рассказывай о них с гитлеровских позиций через геббельсовскую кинохронику и вещай при этом, что советское руководство было преступным, военачальники — бездарными, а герои на самом деле никакими героями не были.

Меня  потрясло недавнее «мимоходное» заявление Пивоварова в связи с 50-летием гагаринского космического полёта. Дословно: «Юрий Гагарин — один из немногих однозначно положительных героев отечественной истории». Один из немногих?! А как же герои той священной войны, которых — миллионы и перед которыми он, Гагарин, свято преклонялся? «Неоднозначно положительные», читается за пивоваровским утверждением: ведь защищали «преступный тоталитарный режим».

Как изощрённо  одной фразой, брошенной вроде  бы вскользь, можно ударить по всему поколению! Ветераны это услышали и оскорбились за своих погибших товарищей. «Позор Пивоварову!» — читаю в многочисленных письмах, пришедших в «Правду».

Но он уже выпускает новый «документальный  фильм» — к 70-летию со дня начала Великой Отечественной. Под названием «22 июня. Роковые решения». И правительственная (!) «Российская газета» в анонсе этого очередного пивоваровского творения, рекламируя его, ставит вопрос: «Почему летом 1941-го СССР оказался совершенно не готов к войне, которая шла у его границ с осени 1939-го?» Совершенно не готов… Ну разве не оскорбит такая оглушительная ложь ещё живущих участников и очевидцев войны, которая началась 22 июня 1941 года, всех честных её исследователей?

Выстрел в любимого народного героя

Ужасающе  безнравственная атмосфера, созданная в нашем обществе за последние двадцать лет, напрочь лишила многих элементарного чувства, что можно себе позволить, а чего ни в коем случае нельзя. Это касается и отношения к святыням Великой Отечественной. Надругательство над ними (в разных формах, разными способами!) и вместе с тем оскорбление ветеранов стало уже обыденным.

Но мириться с этим было бы равносильно предательству. Должен привести здесь историю, случившуюся  в городе Благовещенск, о которой  рассказала в своём письме в «Правду» участница Великой Отечественной войны, член Союза журналистов СССР с 1958 года Нина Валерьяновна Релина.

А произошло  вот что. Литературный альманах «Амур», издающийся в Благовещенском государственном  педагогическом университете, напечатал  стихи некоего Ивана Черника, и они до глубины души возмутили ветеранов войны.

Этот  Черник, рекомендуемый как «молодой поэт», который «работает сейчас в Германии», почему-то очень полюбился руководству российского дальневосточного альманаха, так что трибуну ему здесь стали предоставлять широкую. Прямо скажем, не по таланту, ибо талант весьма и весьма сомнителен. Однако не художественная беспомощность его стихов заставила ветеранов на них прореагировать. Повод возник более серьёзный: в этот раз сочинение И. Черника выстрелило по любимейшему их герою — Василию Тёркину, который, понятно, для воевавших гораздо больше, нежели просто литературный персонаж.

Так каким  же решил вывести его в своих  стихах игривый Черник, живущий в  Германии? Место действия — эта  самая Германия. Время действия, судя по всему, нынешнее. А вот ситуация, мягко говоря, абсолютно необычная. Процитирую, чтобы читатели сами оценили сполна:

Человек в потёртой джинсе

вошёл в церковь

«Новое поколение».

Пока вопили и дёргались

все,

он совершил обряд

оголения.

То есть расстегнул ремень

и показывал ягодицы,

приспустив и джинсу,

и подштанники;

сказал, что тоже раболепно

радуется.

Потом подбежали

охранники…

Бросив изучать Евангелие

от Луки,

просветляли рассмелевшие

прихожане,

но их голоса и их каблуки

ему лишь отчасти

затрудняли ржание…

То есть «рассмелевшие» прихожане и охранники  каблуками «просветляли» этого странного типа, а он в ответ лишь «ржал».

Они не унимались, кричали

«подонок!»,

что «сатана объявился

в храме господнем»…

Парень смог уползти —

грязен,

весел и тонок,

с запутавшимся в левой

ноге исподнем.

Впрочем, при этом «пожертвовал помидор в ведро для денег // в знак, что разделяет здешние взгляды, // и тихо уполз в свои владения // сидеть перед зеркалом, швы накладывать».

Каково  всё это вам? А самое главное  — в конце, ради чего и написано:

Разжевав таблетки горькие,

в раны тёр одеколон.

Улыбался Вася Тёркин,

это был, конечно, он!

Придумать, написать такое, я уверен, мог лишь человек, для души которого настоящий  Вася Тёркин сосем не дорог. Просто объект, чтобы хихикнуть, поставив в  абсурдное положение. Наверное, кажущееся  самому автору ловко сконструированным и очень забавным…

Нет, чести  изуверы не имеют!

А что  есть Василий Тёркин для ветеранов  Великой Отечественной, которые  взорвались праведным негодованием, прочитав эти издевательские, изуверские «стихи»?

«Герой  Александра Твардовского помогал нам пережить тяготы военной жизни, он отважно сражался против фашистов, за освобождение нашей Родины, мёрз рядом с нами в холодных землянках и вместе с нами преодолевал водные преграды, — написала от лица товарищей в редакцию альманаха «Амур» Нина Валерьяновна Релина. — В центре города Смоленска стоит отлитый в бронзе герой Твардовского… А вы, отвечая на наше письмо, пытаетесь внушить нам и своим студентам, что Вася Тёркин — просто юродивый, шут карнавальный. Для этого вместе с Иваном Черником «втащили» народного героя в чужую церковь с оголёнными ягодицами, да ещё теперь доказываете нам и всем читателям альманаха, что публичное обнажение интимных мест на Руси «было в культуре плотью от плоти народной»… Не надо опошлять весь народ! Может быть, это только в вашей культуре?..»

Письмо, выдержку из которого я сейчас привёл, стало реакцией уже на «Открытый  ответ», после коллективного обращения  ветеранов опубликованный в альманахе  «Амур» — за подписями его редакторов Александра Урманова и Светланы Красовской. Вы думаете, им стало хоть немного стыдно перед уважаемыми и пожилыми людьми за напечатанное произведение Черника? Нисколько. Вы думаете, они извинились, спохватившись, что нанесли глубокую травму фронтовикам и труженикам тыла? Ничуть не бывало. Пустились в пространное, аж на шести журнальных страницах, назидание, смысл которого таков: не доросли вы, старые и тёмные, до понимания столь мудрого и тонкого творчества, не можете в него проникнуть «в силу своей интеллектуальной и культурной подготовленности».

А ведь Нина Релина, чья подпись первой стояла под коллективным ветеранским  письмом и которая продолжает горячо возмущаться происшедшим, —  не только фронтовик, отважная участница  войны, но и талантливый поэт, лауреат  Всероссийского Лермонтовского конкурса военно-патриотической поэзии «Люблю Отчизну я»; она Почётный гражданин Благовещенска, автор текста гимна города. Это я к тому, что уж если её «культурная подготовленность» редакторами альманаха «Амур» поставлена ни во что, так на кого тогда рассчитывают они, выпуская свою продукцию?

Нет, конечно  же, права Нина Валерьяновна: не в  литературный спор вступили ветераны. Права она, когда пишет:

«Почему-то никому из вас, членов редколлегии, не пришло в голову, что, публикуя и  расхваливая такой «опус», вы оскорбили чувства целого поколения. Глумление над нашей российской историей и идеалами советского периода — это ваша дань «моде»?..

Ваш ответ  вы подписали: «Честь имеем». Хорошие  слова. Однако имейте честь признать свою неправоту. Я присягала Родине в 1941 году, и защита её чести для меня — не пустые слова».

Неужели душевная боль защитников Родины так  и не дойдёт до тех, кто лишь болтает  о чести?