Заявительница сообщила, что ей в порядке искового производства 30 ноября 2009 года были предъявлены исковые требования со стороны Администрации Кемеровской области, в том числе Губернатора Тулеева Амана Гумировича, Кемеровского регионального отделения Всероссийской политической партии «Единая Россия» и Избирательной комиссии Кемеровской области о защите деловой репутации и компенсации морального вреда. Истцы утверждали, что Заявительница, как автор статьи «Требуются новые подходы», опубликованной в городской газете «Кемерово» №48 от 27 ноября 2009 года, которая является перепечаткой статьи «Требуются новые подходы», размещенной в общенациональной еженедельной газете «Россия» №44 от 19 ноября 2009 года, сообщила неограниченному кругу лиц через средства массовой информации порочащие их сведения, которые не соответствуют действительности. Истцы просили суд обязать Заявителя, Муниципальное автономное учреждение «Редакция  газеты «Кемерово» и общество с ограниченной ответственностью «Редакция газеты Россия» опровергнуть данные сведения и взыскать с Заявительницы в общей сумме 1 500 000 (полтора миллиона) рублей или 37500 (тридцать семь тысяч пятьсот) евро.

Заявительница, в порядке ст.35 ГПК РФ, подготовила возражение на заявления истцов, в котором указала на необоснованность предъявляемых претензий и противоречие их конституционным и международным нормам права.

Суд своим решением от 16 августа 2010 года, изготовленным в окончательной форме 30 августа 2010 года, по делу №2-702/2010 частично удовлетворил требования Администрации Кемеровской области, Кемеровского региональной отделения Всероссийской политической партии «Единая Россия» и Избирательной комиссии Кемеровской области и обязал Заявительницу опровергнуть  распространенные в статьях «Требуются новые подходы» сведения, не соответствующие действительности и порочащие деловую репутацию истцов, а также взыскать с нее компенсацию нематериального вреда судебные расходы по оплате государственной пошлины и расходы по оплате судебной лингвистической экспертизы в общей сумме 486145.50 (четыреста восемьдесят шесть тысяч сто сорок пять) рублей и пятьдесят копеек или 12153 (двенадцать тысяч сто пятьдесят три) евро.

Заявительница подготовила кассационную жалобу в Судебную коллегию по гражданским делам Кемеровского областного суда на решение Центрального районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 16 августа 2010 года, где еще раз указала на то, что, и как гражданин России, и как депутат Государственной Думы, согласно международному законодательству и Конституции РФ, она имеет право на свободу слова и право свободно выражать свое личное мнение, а также мнение избирателей и граждан, поскольку является публичным политиком. Кроме того, Заявительница обосновала свои доводы в отношении допущенных судом первой инстанции ошибок при рассмотрении дела.

 Кроме того, Заявительницей был подготовлен и предоставлен суду письменный отзыв на возражения истцов, поданных ранее на кассационную жалобу Заявительницы. В нем еще раз были представлены факты нарушения материального и процессуального права судом первой инстанции.

 12 ноября 2010 года Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда, своим определением №33-10661 полностью повторила резолютивную часть решения Центрального районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 16 августа 2010 года, оставив его без изменения, а кассационную жалобу Заявительницы – без удовлетворения.

Заявительницей в порядке надзора была подготовлена жалоба в Президиум Кемеровского областного суда, которая, на момент подписания жалобы в ЕСПЧ еще рассмотрена не была. Кроме того, руководитель фракции Коммунистической партии Российской Федерации в Государственной Думе ФС РФ Геннадий Андреевич Зюганов, обратился с письмом к Президенту РФ Дмитрию Анатольевичу Медведеву, указав на целеустремленное преследование Заявительницы, как публичного политика, со стороны Губернатора Кемеровской области Тулеева А.Г. и его политическое влияние на суды Кемеровской области, которые выполняли и продолжают выполнять политический заказ в отношении Заявительницы.

Заявительница подает Жалобу в ЕСПЧ от имени своего представителя как жертва нарушения прав на справедливое судебное разбирательство, на эффективные средства правовой защиты и права на свободу выражения мнения, гарантированные соответственно статьями 6, 10 и 13 Конвенции.

Заявительница полагает, что ее право на справедливое судебное разбирательство при рассмотрении вышеуказанного дела, гарантированное статьей 6(1) Конвенции, было нарушено судом первой инстанции и судом кассационной инстанции, которые:

не дали объективную оценку экспертному заключению лингвистической экспертизы, которая  проводилось в городе Кемерово (хотя Заявительница настаивала о назначении экспертизы в другом регионе), так как перед экспертом были поставлены вопросы, касающиеся деятельности органов, расположенных на территории города Кемерово и Кемеровской области. Ходатайства Заявительницы о проведении лингвистической экспертизы в другом городе были отклонены председательствующим судьей;

не учли, что Заявительница является депутатом Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации пятого созыва, избранным народом, является публичным политиком, и, в силу возложенных на нее полномочий, осуществляет свою деятельность гласно, публично и выражает не только свое мнение, но и мнение своих избирателей, что гарантируется ст.29 Конституции Российской Федерации;

не учли, что Постановление Пленума Верховного Суда РФ №3 от 24 февраля 2005 г. «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» рекомендует «судам … иметь в виду, что в соответствии со статьями 3 и 4 Декларации о свободе политической дискуссии в СМИ, принятой 12 февраля 2004 г. на 872-м заседании Комитета Министров Совета Европы, политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в СМИ. Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в СМИ в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий»;

 не учли и не рассматривали доказательные материалы, предоставленные Заявительницей, которые явились основанием для публичных высказываний и публикации в СМИ и, в последствие, ставшие предметом судебного разбирательства, а также не привели мотивов, по которым ими был отвергнут целый ряд критических аргументов защиты, согласие с любым из которых сделало бы невозможным вынесение решения в пользу истцов.

не были независимыми и беспристрастными, и вынесли неправомерные решения в пользу истцов, которыми выступали Администрация Кемеровской области, Избирательная комиссия Кемеровской области и Кемеровское региональное отделение Всероссийской политической партии «Единая Россия», в то время как Заявительница является лидером Кемеровского областного отделения политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации», т.е. оппозиционной политической партией. Заявительница, как политический деятель, проводит в Кемеровском регионе активную работу по защите прав граждан, улучшению условий их жизни, борется с административным произволом и беззаконием (см. Приложение №14 к настоящей Жалобе). Поскольку одним из истцов выступала Администрация Кемеровской области и непосредственно Губернатор Кемеровской области Тулеев Аман Гумирович, то все судебные решения были изначально политически ангажированными, т.к. Заявительница на протяжении длительного периода времени подвергается политическому преследованию со стороны Губернатора Тулеева А.Г. По фактам политического преследования Заявительницы со стороны Тулеева А.Г. руководитель фракции КПРФ в Государственной Думе ФС РФ Зюганов Г.А. неоднократно направлял Президенту России Медведеву Д.А. соответствующие обращения;

 необоснованно приняли к производству три исковых заявления о взыскании компенсации морального вреда, поскольку право на взыскание нематериального вреда при защите деловой репутации в отношении юридических лиц (к которым приравнены и государственные органы и политические партии) законами Российской Федерации не предусмотрено.

Заявительница полагает, что суды первой и кассационной инстанции явно и существенно вышли за пределы предоставленных им полномочий по оценке доказательств, чем нарушили ее право на справедливое судебное разбирательство, гарантированное статьей 6(1) Конвенции. Заявительница также полагает, что ее недоступны гарантированные статьей 13 Конвенции эффективные средства правовой защиты от изложенного выше нарушения судом кассационной инстанции права на справедливое судебное разбирательство, учитывая, что определение суда полностью повторяет резолютивную часть решения суда первой инстанции, а единственный доступный Заявительнице надзорный порядок его обжалования не является эффективным. Судами было приведено очевидно недостаточное количество доказательств или вообще не приведено доказательств целого ряда обстоятельств, каждое из которых является критическим с точки зрения возможности обвинения Заявительницы в совершении вмененных ей соответственно судом первой и кассационной инстанции деяний. Таким образом, у Заявительницы отсутствуют эффективные средства правовой защиты от любых нарушений, допущенных судом кассационной инстанции, в том числе, обоснованных в настоящей Жалобе.

В соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса лицо, распространившее сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию, должно доказать, что они соответствуют действительности. Истец обязан доказать лишь сам факт распространения сведений ответчиком, а ответчик обязан доказать, что распространенные сведения являются достоверными и точными. Российское законодательство о защите чести и достоинства не предусматривает никакого разграничения между оценочными суждениями и фактическими утверждениями, поскольку в нем речь идет только о «сведениях», и оно базируется на том предположения, что любые такого рода сведения подлежат доказыванию в гражданском судопроизводстве. Однако Европейский Суд указал, что существование фактов можно продемонстрировать, тогда как справедливость оценочных суждений доказать нельзя.  Требование доказать правдивость оценочного суждения невозможно выполнить, и оно посягает на саму свободу убеждений, которая является основополагающей частью права, гарантируемого статьей 10.

В соответствии с установившейся практикой Европейского Суда право на свободу выражения мнения является одной из фундаментальных основ демократического общества и одним из основных условий его развития и самосовершенствования каждой личности. Как отмечено в части 2 статьи 10, она относится не только к той "информации" или тем "идеям", которые получены законным путем или считаются не оскорбительными или незначительными, но и тех, которые оскорбляют или вызывают возмущение. Таковыми являются требования терпимости, плюрализма и широты взглядов, без которых "демократическое общество" невозможно.

Суд указал, что согласно пункту 2 статьи 10 Конвенции возможность ограничения политических речей или дебатов по вопросам, составляющим публичный интерес, невелика (см. Sürek v. Turkey (no. 1) [GC], no. 26682/95, § 61, ECHR 1999-IV). Более того, пределы допустимой критики в отношении политиков как таковых шире, чем в отношении частного лица. В отличие от последнего, первый должен проявлять и большую степень терпимости к пристальному вниманию журналистов и всего общества, к каждому его слову и действию.

Заявительница убеждена, что стандарты, примененные российскими судами, не были совместимы с принципами, воплощенными в статье 10 Конвенции, поскольку они не привели «достаточных» причин для оправдания спорного вмешательства. Соответственно, Заявительница убеждена, что национальные суды вышли за узкие рамки свободы усмотрения, предоставленной им в отношении ограничений дебатов по вопросам, представляющим всеобщий интерес, и что вмешательство было несоразмерно преследуемой цели и не было «необходимо в демократическом обществе».

Заявительница использовала все доступные внутригосударственные средства правовой защиты, говорится в Жалобе. Заявительница просит признать нарушение Российской Федерацией части 1 статьи 6, статьи 10 и статьи 13 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод и взыскать с Российской Федерации в свою пользу справедливую компенсацию.