Решения о заключении его в СИЗО принимались трижды: первый раз – на два месяца, второй – на месяц, третий – снова на два месяца. На июньское судебное слушание о продлении срока пребывания под стражей представителей общественности в нарушение закона не допустили. Только после официальной жалобы они смогли присутствовать на заседании 25 июля. Однако достоверную дату и время его проведения озвучили в последний момент. Кому-то очень не хотелось, чтобы брянцам стали известны некоторые нелицеприятные детали процесса.

Как стало ясно в ходе судебного рассмотрения очередного ходатайства следствия о продлении меры пресечения, за три месяца так и не найдено убедительных доказательств совершения Константином Павловым преступления. Выводы следствия выстраиваются лишь на предположениях, домыслах и на словах заявителя. Доказательств присвоения Павловым денег не выявлено. Более того, у нас вызывает недоумение незначительный объём следственных действий, проведённых за три месяца. По сути, на судебном заседании следствие продемонстрировало свою растерянность и несостоятельность в вопросах сбора доказательств вины обвиняемого.

Вызывающих доверие аргументов и доводов, свидетельствующих о том, что в случае изменения Константину Павлову меры пресечения на любую другую, кроме содержания в СИЗО, обвиняемый сможет оказывать давление на свидетелей, чинить препятствия проведению следствия, в суде предоставлено не было, как и доказательств того, что он может скрыться от правосудия. Присутствовавшие в зале суда стали свидетелями осуществления правосудия, после которого возникает ощущение, что оно действует не в целях защиты прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, не в интересах расследования преступления, а в интересах отдельных политических сил, пытающихся изолировать от общественной работы настоящего патриота, депутата и коммуниста.

Резолютивная часть решения суда о продлении пребывания под стражей ещё на два месяца, оглашенная буквально через несколько минут после заслушивания позиций и аргументов сторон, выглядела как заготовка. Жонглирование изменением длительности срока продления пребывания под стражей с одного месяца до двух воспринимается, как элемент давления. Становится всем более очевидным, что преследование Павлова, по мнению присутствовавших представителей общественности, носит заказной характер, а значит, это можно квалифицировать как репрессии в отношении неугодного власти оппозиционного политика.

Мы считаем решение суда по продлению меры содержания в СИЗО нашего товарища не отражающим той степени угроз, озвученных, по мнению следствия, для данной меры пресечения. Оцениваем их как необъективные, а их ангажированность, по нашему мнению, уже довольно сложно подвергать сомнению. В этой ситуации нам ничего другого не остаётся, как требовать изменить Константину Павлову меру пресечения и прекратить преследовать неугодного региональной власти политика путём уголовного преследования по факту, который должен рассматриваться как спор хозяйствующих субъектов.

А.Г. Архицкий,

первый секретарь Брянского обкома КПРФ.