Краткая кассационная жалоба

КРАТКАЯ КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

на решение Верховного Суда Российской Федерации

от 16 декабря 2004 года по гражданскому делу № ГКПИ 2004-1295

16 декабря 2004 года Верховный Суд Российской Федерации вынес решение об отказе в удовлетворении нашего Заявления об отмене постановления Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 71/615-4 «Об установлении общих результатов выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва» и постановления Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 24 декабря 2003 года № 72/620-4 «О передаче мандатов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва кандидатам в депутаты, состоящим в федеральном списке кандидатов политической партии «Всероссийская политическая партия «ЕДИНСТВО и ОТЕЧЕСТВО» - Единая Россия» (далее - Заявление).

Полагаем, что данное решение Верховного Суда Российской Федерации (далее - Решение) было вынесено без учета конкретных обстоятельств дела, противоречит требованиям законодательства и подлежит отмене в соответствии с положениями ст.ст. 362 - 364 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), поскольку суд: неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, обосновал свое Решение на недоказанных обстоятельствах, сделал выводы, не соответствующие обстоятельствам дела, нарушил и неправильно применил нормы материального права (не применил закон, подлежащий применению, неправильно истолковал закон), а также нормы процессуального права (ст.ст. 57, 59, 67, 69, 71, 79, ч. 2 ст. 195 ГПК РФ).

По пунктам 1 и 2 Заявления- «Массовые нарушения в период избирательной кампании порядка информирования избирателей, повлекшие неправомерное воздействие на граждан, искажение их действительной воли и не позволяющие выявить действительную волю избирателей» и «Незаконная предвыборная агитация, направленная в поддержку (против) избирательных объединений, избирательных блоков, принимавших участие в выборах депутатов Государственной Думы четвертого созыва, распространенная на федеральных каналах телевещания в период избирательной кампании».

Заявители полагают, что ими был представлен суду полный и исчерпывающий объем доказательств существенных нарушений порядка информирования избирателей через средства массовой информации, а также незаконной предвыборной агитации, не позволяющих выявить действительную волю избирателей. В частности, в приложении к Заявлению были представлены 103 тома положенных в основание Заявления транскриптов (полных текстов видеозаписей) всех новостных и информационно-аналитических передач телеканалов: «Первый канал», РТР, ТВЦ, НТВ, REN-TV- предоставленных Институтом ситуационного анализа и новых технологий и отвечающих требованиям ст. 71 ГПК РФ, являющихся достоверными и допустимыми доказательствами, что не оспаривается в Решении. Кроме того, в ходе судебного разбирательства заявителями в соответствии с положениями ч. 1 ст. 57, ст. 77 ГПК РФ в качестве доказательств представлены 302 видеокассеты формата VHSс записями всех новостных и информационно-аналитических программ телеканалов «Первый канал», РТР, ТВЦ, НТВ и RENTVза период избирательной кампании с 3 сентября по 7 декабря 2003 г., приобщенные судом к материалам дела.

Однако на стадии исследования доказательств суд совершенно необоснованно и незаконно ограничил исследование письменных доказательств и видеозаписи так называемой выборочной проверкой порядка 5 % от всех представленных суду и приобщенных к материалам дела транскриптов, а также менее 1,5 % видеозаписей, что явно противоречит положениям ст. ст. 67, 181 и 185 ГПК РФ и условиям всестороннего и полного исследования доказательств, которые должен создать суд в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 12 ГПК РФ. Такой выборочный подход представляется абсолютно недопустимым, поскольку он исключает всестороннее, полное, объективное и непосредственное исследование имеющихся в деле доказательств и приводит к необоснованному решению суда. Ходатайство о недопустимости выборочного исследования доказательств и необходимости исследования их в полном объеме было неоднократно заявлено в ходе судебного разбирательства заявителями (в том числе в письменном виде), однако не принято во внимание судом.

Таким образом, в результате выборочного исследования доказательств (причем с крайне нерепрезентативной выборкой - менее 1,5 % по видеозаписям) изложенные в Решении выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ является основанием для отмены решения суда в кассационном порядке. Кроме того, суд в нарушение п. 2 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ положил в основание Решения не доказанные Центральной избирательной комиссией Российской Федерации (далее - ЦИК России) - как органом, чьи решения и действия обжалуются - обстоятельства, что в соответствии с указанной нормой ГПК РФ также является основанием для отмены решения суда в кассационном порядке.

В Решении (стр. 19) утверждается, что суд не может согласиться с доводами заявителей о том, что информационное обеспечение выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва проводилось с грубыми нарушениями избирательного законодательства, выражавшимися в преимущественном освещении в средствах массовой информации деятельности одной политической партии и выдвинутых ею кандидатов. При этом в своем Решении суд уклонился от рассмотрения главного основания Заявления по существу, не дав никакой оценки столь вопиющему перевесу использования объема эфирного времени в пользу только одной партии, даже не обозначил саму проблему в ее цифровом исчислении, то есть не опроверг и не подтвердил приведенные заявителями данные. Вместо этого суд выразил несогласие с доводами заявителей о преимущественном освещении в СМИ деятельности некой одной политической партии, приведя несколько оснований такого несогласия (стр.19 - 22 Решения).

По мнению суда, «законодательство о выборах не предусматривает каких-либо ограничений количества предвыборных мероприятий», «от объема предвыборных мероприятий ... зависит и объем освещения предвыборных мероприятий».

Данный аргумент был наглядно опровергнут еще в самом заявлении - в частности, данными об информировании избирателей о предвыборных съездах партий, принявших участие в выборах. Доля «Единой России» в распределении такой информации на телеканалах между всеми партиями составила 32,6% (72 мин. 07 сек.) всего времени. В ходе судебного разбирательства представители политических партий КПРФ и «ЯБЛОКО» приводили большое количество примеров, когда их предвыборные мероприятия не освещались вообще или освещались только в негативном плане. ЦИК России не представила никаких доказательств того, что политическая партия «Единая Россия» провела в ходе избирательной кампании больше мероприятий, чем другие политические партии и избирательные блоки, участвовавшие в выборах. Кроме того, данный вывод суда противоречит тому факту, что на разных телеканалах соотношение объемов освещения деятельности партий и блоков существенно различалось.

По мнению суда, «заявители не учитывают, что информирование избирателей о политических партиях, избирательных блоках осуществляется не только пятью телевизионными каналами, но и другими организациями, осуществляющими выпуск средств массовой информации (в частности, организациями радиовещания, редакциями периодических печатных изданий)».

Данный вывод в Решении также представляется необоснованным, поскольку заявители учитывали и учитывают наличие и других СМИ, но ими были представлены данные по пятью важнейшим телеканалам, и оценка этих данных не может и не должна быть поставлена в зависимость от наличия других СМИ. Кроме того, ряд заявленных заявителями ходатайств о направлении судебных запросов в соответствующие организации телерадиовещания, а также в федеральный орган исполнительной власти - Минпечати - для установления точной информации об охвате телеаудитории основными телеканалами «Первый канал», РТР, ТВЦ, НТВ и RENTVбыл самим судом в ходе судебного разбирательства отвергнут. Заявители считают общеизвестным тот факт, что федеральные телеканалы являются основным источником информации для большинства избирателей России. Этот факт не был опровергнут или оспорен в ходе судебного заседания. Кроме того, тот факт, что информирование осуществляется также организациями радиовещания и печатными изданиями, не дает право основным федеральным телеканалам нарушать предусмотренный законом принцип равенства политических партий и не может служить опровержением того факта, что на федеральных телеканалах данный принцип равенства при информировании об участниках избирательного процесса был нарушен. Также в ходе судебного разбирательства ЦИКом России не было представлено никаких доказательств того, что нарушение равенства партий, допущенное на федеральных телеканалах, было каким-либо образом компенсировано другими средствами массовой информации.

В Решении безосновательно отмечено, что заявителями был осуществлен хронометраж    не    только    ежедневных    информационных    программ,  но и голосов, то такое утверждение полностью соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 30.10.2003 г. № 15-П, и именно на этой основе законодатель установил жесткие требования к равенству кандидатов и политических партий в процессе информирования о них в средствах массовой информации, что не подвергалось сомнению в указанном постановлении Конституционного Суда.

По мнению суда, «исследование в судебном заседании представленных заявителями транскриптов ... показало, что отнесение телевизионных сюжетов к информации о той или иной политической партии ... осуществлялось заявителями на основании собственных субъективных представлений, в том числе ошибочного предположения о том, что все избиратели безусловно знают о принадлежности к конкретным политическим партиям ... лиц, которым посвящены эти сюжеты».

При этом в Решении не указано, какова доля сюжетов, отнесение которых к информации о той или иной партии или блоке, было осуществлено, по мнению суда, ошибочно. В подавляющем большинстве рассмотренных в ходе судебного разбирательства сюжетов партия или блок назывались прямо, и принадлежность к ним того или иного лица прямо указывалась. В небольшом числе случаев отнесение сюжета к информированию о партии было связано с тем, что принадлежность к данной партии ее лидера (например, В.В. Жириновского к ЛДПР или Б.В. Грызлова к «Единой России») известна на протяжении длительного времени и неоднократно отмечалась в СМИ в ходе избирательной кампании. Никаких доказательств того, что предположение о безусловном знании избирателей об этих фактах ошибочно, опровергающих выводы заявителей, в ходе судебного разбирательства не было представлено.

Кроме того, данный вывод суда представляется явно необоснованным, в частности, применительно к Президенту Российской Федерации и лидерам «Единой России». Как известно, в день голосования любая агитация запрещена. В судебном заседании была просмотрена видеозапись информационных выпусков в день голосования, которая подтвердила, что на общероссийских телеканалах в день голосования информация об участии в голосовании лидеров «Единой России» составила 14 упоминаний общей продолжительностью 16 мин. 38 сек. Кроме того, интервью Президента РФ, который, с одной стороны, воздержался от прямого ответа на вопрос, за кого он голосовал, но с другой стороны, тут же подчеркнул, что его предпочтения известны, было показано в день выборов 8 раз общей продолжительностью 14.мин.15 сек.. В Решении не упоминается вторая часть заявления Президента и лишь указано: « ...установлено, что Президент Российской Федерации отказался отвечать на вопрос журналиста, за кого он голосовал» (стр.26 Решения).

Учитывая изложенное, в ходе судебного разбирательства не было опровергнуто содержащееся в нашем заявлении и основанное на анализе всего массива информационных телепередач утверждение, что объем информирования на федеральных (и особенно государственных) телеканалах о политической партии «Единая России» многократно превосходил объем информирования о других политических партиях и избирательных блоках, участвовавших в выборах.

Таким образом, выводы суда по пунктам 1 и 2 Заявления не соответствуют обстоятельствам дела, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ является основанием для отмены решения в кассационном порядке. Кроме того, суд не применил закон, подлежащий применению - п.п. 2, 5 ст. 45, п.п. 2, 7, 8 ст. 48, п. 3 ст. 77 ФЗОГ, п.п. 2, 5 ст. 54, п.п. 1, 5, 6 ст. 57, п. 3 ст. 96 Федерального закона о выборах депутатов - что в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 362 и ст. 363 ГПК РФ также является основанием для отмены решения в кассационном порядке.

По пунктам 3 и 4 Заявления- «Введение избирателей в заблуждение посредством предоставления заведомо недостоверной информации о кандидатах из федеральных списков» и «Нарушение Центральной избирательной комиссией Российской Федерации Федерального закона при распределении депутатских мандатов между партийными списками».

Приводимое в Решении обоснование отказа в удовлетворении требования об отмене постановления ЦИК РФ от 24 декабря 2003 г. № 72/620-4 в части передачи мандатов, от которых отказались избранные кандидаты С.К. Шойгу и Ю.М. Лужков, другим кандидатам, состоящим в федеральном списке политической партии «Единая Россия», основано на неправильном толковании закона, что в соответствии с положением ст. 363 ГПК РФ является нарушением норм материального права и в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ влечет отмену судебного решения.

Во-первых, в судебном решении не обоснована законность применения в данных обстоятельствах последнего предложения пункта 3 статьи 92 Федерального закона о выборах депутатов. Следует отметить, что данное положение закона приводится в Решении (на стр. 28) в урезанном виде, искажающем его суть. Согласно данному положению закона, замещение государственной должности, предусмотренной Конституцией Российской Федерации, является обстоятельством, вынуждающим «к выбытию депутата Государственной Думы». Таким образом, данное положение не может быть автоматически применено к случаю отказа от мандата избранного кандидата.

Во-вторых, тем более нельзя согласиться с содержащимся в Решении (стр. 29) необоснованным утверждением, что «должность руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации объективно следует из содержания статей  11  и 77 Конституции в их взаимной связи». В этих статьях Конституции говорится о том, что система органов государственной власти субъектов Российской Федерации устанавливается самостоятельно субъектами Федерации. Тем более указанные статьи не предусматривают наличия каких-либо обязательных должностей в органах государственной власти субъектов Российской Федерации. Не может служить подтверждением данного вывода и ссылка на пункт 47 статьи 2 ФЗОГ, поскольку данный закон не содержит толкования Конституции Российской Федерации и не дополняет её. Следует также отметить, что в пункте 3 статьи 92 Федерального закона о выборах депутатов говорится о должностях, предусмотренных Конституцией, а никак не «объективно следующих» из ее содержания.

В-третьих, в судебном решении никак не обосновано толкование понятия «замещение» как продолжение нахождения в должности. Между тем, по смыслу пункта 3 статьи 92 Федерального закона о выборах депутатов «замещение» может толковаться только как вновь возникшее обстоятельство, поскольку депутат Государственной Думы не может одновременно занимать иную государственную должность. Кроме того, невозможно считать вынуждающим то обстоятельство, которое действовало задолго до того момента, когда кандидат давал обязательство прекратить деятельность, несовместимую со статусом депутата Государственной Думы.

В-четвертых, в отношении мандатов, от которых отказались С.К. Шойгу и Ю.М. Лужков, существенное значение имеет выяснение того обстоятельства, поступили ли заявления от этих кандидатов в ЦИК России до 24 декабря 2004 г. В том случае, если заявления не поступили в указанный срок, ЦИК России должна была руководствоваться пунктом 3 статьи 88 Федерального закона о выборах депутатов, который предусматривает передачу мандата другому федеральному списку кандидатов без каких-либо исключений. В связи с этим следует отметить, что в ходе судебного заседания ЦИК России не смогла представить доказательств того, что заявление Шойгу С.К. поступило в комиссию до 24.12.2004 г. В связи с данным обстоятельством не имеет юридического значения отмеченный в судебном решении факт, что Шойгу С.К. «не заявил, что этот отказ не соответствует его фактическому волеизъявлению». Кроме того, к материалам дела приобщено заключение эксперта, составленное по адвокатскому запросу, о том, что подписи С.К.Шойгу на заявлениях о согласии баллотироваться в составе списка «Единой России» и об отказе от депутатского мандата не являются идентичными, в связи с чем можно сделать вывод о подложности по крайней мере одного из этих заявлений. Однако данное заключение эксперта было необоснованно отвергнуто судом как «недопустимое» доказательство.

В данном процессе были истребованы, оглашены и исследованы заявления 37 лиц - известных политических и государственных деятелей в России, среди которых большинство губернаторов субъектов Российской Федерации, которые приняли самое активное участие в избирательной кампании в составе и на стороне «Единой России» и которые лишь своим личным авторитетом и активностью обеспечили ее победу на выборах.

Указанные представители исполнительной власти субъектов федерации России в письменной форме в соответствии с избирательным законодательством (п\п.1 п.4 ст. 41 Федерального закона о выборах депутатов) дали свое согласие быть кандидатами в депутаты и взяли на себя публичные обязательства перед избирателями в случае их избрания отказаться от деятельности, не совместимой со статусом депутата, и ...сразу после выборов отказались, но не от такой деятельности, а от статуса депутата.

Заявители полагают, что со стороны «Единой России» и указанных государственных деятелей имел место беспрецедентный крупномасштабный обман миллионов избирателей в ходе выборов 2003 года, что в соответствии с положением ч. 1 п. 2 ст. 79 ФЗОГ является явным нарушением избирательного законодательства и влечет за собой установленную законом ответственность.

В Решении же указано, что такой массовый и ничем не мотивированный отказ от депутатских мандатов «каким-либо нарушением избирательного законодательства не является» (стр.27), что «такой отказ не влечет за собой каких-либо негативных правовых последствий ...»(стр.28).

Суд фактически отказался признать правовым обязательство, прямо предусмотренное законом. В Решении оно упоминается только один раз и только как не относящееся к «заведомо недостоверной информации о кандидатах из федерального списка», поскольку предоставляемое в ЦИК России обязательство кандидата в случае избрания прекратить деятельность, несовместимую со статусом депутата ..., не относится к информационным материалам, указанным в пункте 2 статьи 54 Закона о выборах депутатов ...»(стр.30 Решения).

Такой неправовой подход к оценке неисполнения правовых - в частности, публично-правовых - обязательств, представляется необоснованным и незаконным, а ссылки в Решении в обоснование позиции суда на случаи отказа от депутатских мандатов отдельных кандидатов от КПРФ на выборах депутатов Государственной Думы третьего созыва в 1999 году (стр.31 Решения) - абсолютно неуместными и необоснованными, поскольку данные обстоятельства вообще не были предметом рассмотрения и исследования в судебном заседании и в соответствии с ч. 2 ст. 195 ГПК РФ не могут быть положены в основание судебного решения.

Таким образом, суд неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ), безосновательно счел доказанными имеющие значение для дела обстоятельства (п. 2 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ), пришел к выводам, противоречащим обстоятельствам дела (п. 3 ст. 362 ГПК РФ) и неправильно истолковал закон (п. 4 ч. 1 ст. 362, ст. 363 ГПК РФ) - что является основаниями к отмене судебного решения в кассационном порядке.

По пункту 5 Заявления- «Несоответствие требованиям закона протоколов окружных избирательных комиссий, на основании которых были подведены результаты выборов депутатов Государственной Думы».

1. В Решении не отражено то установленное в ходе судебного разбирательства обстоятельство, что в протоколе ЦИК России о результатах выборов по федеральному избирательному округу от 19.12.2003 г. (в редакции постановления ЦИК РФ от 6.02.2004 г.) не выполняется соотношение, характеризующее баланс открепительных удостоверений (строка 11 равна сумме строк 12 + 14). В указанном протоколе в строке 11 содержится число 1 639 669, в строке 12 - 695 911, в строке 14 - 946 082. Таким образом, сумма строк 12 и 14 составляет 1 641 993, что на 2324 больше, чем строка 11.

Строка 11 содержит информацию о числе открепительных удостоверений, полученных участковыми избирательными комиссиями; строка 12 - о числе открепительных удостоверений, выданных участковыми избирательными комиссиями избирателям; строка 14 - о числе открепительных удостоверений, погашенных на избирательных участках.

Проверка соотношения {11=12+14} предусмотрена пунктом 2.15.7 «Инструкции по организации единого порядка установления итогов голосования, составления протоколов избирательных комиссий, определения результатов выборов, получения, передачи и обработки информации с использованием Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Выборы» при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва», утвержденной постановлением ЦИК России от 25.08.2003 г. № 21/150-4. Указанная Инструкция в соответствии с подпунктом «г» пункта 9 и пунктом 13 статьи 21 ФЗОГ и пунктом 5 статьи 26 Федерального закона о выборах депутатов является нормативным актом, обязательным для исполнения.

Кроме того, соотношение {11=12+14} прямо вытекает из положений статьи 76 Федерального закона о выборах депутатов, согласно которым открепительное удостоверение является документом строгой отчетности (пункт 1), а неиспользованные открепительные удостоверения погашаются (пункт 8).

Превышение суммы строк 12 и 14 над строкой 11 означает, что участковые избирательные комиссии выдали избирателям и погасили в сумме больше открепительных удостоверений, чем сами получили. Это противоречит не только закону и инструкции ЦИК России, но и элементарной логике.

В соответствии с упомянутой выше инструкцией ЦИК России, участковая комиссия в случае невыполнения указанного соотношения должна удостовериться в правильности занесения данных в указанные строки протокола. В случае, если ошибка в  заполнении  строк не выявлена, участковая избирательная комиссия определяет причину неисполнения соотношения и составляет соответствующий акт, который приобщается к первому экземпляру протокола об итогах голосования.

Данные о невыполнении соотношения {11=12+14} вводились в ГАС «Выборы» и размещены в Интернете на официальных сайтах избирательных комиссий субъектов Федерации. Однако они не публиковались официально в печатных изданиях и не отражены в итоговом протоколе ЦИК России. В ходе судебного заседания представители ЦИК России (обязанные в соответствии со статьей 249 ГПК РФ доказывать законность принятого ими решения) не представили доказательств того, что указанное выше расхождение в 2324 открепительных удостоверения покрывается актами о неучтенных открепительных удостоверениях.

Таким образом, можно констатировать, что значительное число участковых избирательных комиссий не выполнило требований, предусмотренных обязательной для исполнения инструкцией ЦИК России, а вышестоящие избирательные комиссии не выполнили требование закона (пункт 2 статьи 69 ФЗОГ), согласно которому они должны составлять свой итоговый протокол после предварительной проверки правильности составления протоколов нижестоящих комиссий (примеры таких окружных избирательных комиссий приведены в таблице 5.1 Заявления, примеры таких территориальных избирательных комиссий приведены в таблице 5.6 дополнения к Заявлению, приобщенному к материалам дела). Соответственно, ЦИК России также не выполнила данное требование закона и утвердила протокол, содержащий заведомо неверную информацию.

Все эти факты и аргументы были предметом рассмотрения в ходе судебного разбирательства, но не нашли никакого отражения в Решении.

2. В Решении (стр. 15) утверждается, что «не могут быть признаны состоятельными доводы заявителей о том, что указанный протокол должен быть признан недействительным, так как в протоколах № 1 и № 2 окружных избирательных комиссий об итогах голосования не совпадают числовые данные в строках 11, 12, 14 и 15». Данное утверждение мотивируется тем, что закон не содержит соответствующих контрольных соотношений.

Такое утверждение, по нашему мнению, основано на неправильном толковании закона. В соответствии со статьей 76 Федерального закона о выборах депутатов при голосовании как по федеральному избирательному округу, так и по одномандатному избирательному округу используется одно открепительное удостоверение. Из этого положения однозначно вытекает, что содержимое строк 11, 12, 14 и 15 должно совпадать в протоколах № 1 и № 2 любой участковой избирательной комиссии.

Более того, требование о совпадении содержимого указанных строк в протоколе участковой избирательной комиссии содержится и в пункте 2.18.1 упоминавшейся выше инструкции ЦИК России, обязательной для исполнения. В

ней   четко   сказано,   что   несовпадение   содержимого   указанных   строк   может объясняться только технической ошибкой.

Что касается несовпадения содержимого указанных строк в протоколах территориальных и окружных избирательных комиссий, то они могут иметь место лишь в том случае, когда на отдельных избирательных участках, входящих с состав территории или округа, итоги голосования признаны недействительными только по одномандатному или только по федеральному округу. Этой причиной нельзя объяснить факты, которые легли в основу нашего заявления. В соответствии с итоговым протоколом ЦИК России, итоги голосования по федеральному избирательному округу признаны недействительными всего на 25 избирательных участках, в то время как несовпадения в строках 11, 12, 14 и 15 выявлены в протоколах 70 окружных избирательных комиссий (таблица 5.1 Заявления) и 201 территориальной избирательной комиссии (таблица 5.6 дополнения к Заявлению). Кроме того, в дополнении к Заявлению, приобщенному к материалам дела, выявлены 47 территориальных избирательных комиссий, в протоколах которых:

1)           не совпадают значения хотя бы одной из строк 11,12или 14;

2)           в протоколе № 2 не выполняется соотношение {11=12+14};

3)           в протоколе № 1 это соотношение выполняется.

В отношении этих комиссий можно считать доказанным, что их протоколы № 2 содержат ошибки. Следовательно, ошибки содержатся и в протоколах № 2 вышестоящих окружных избирательных комиссий, и, следовательно, ошибки содержатся в итоговом протоколе ЦИК России.

Эти факты и аргументы также были приведены в судебном разбирательстве в ходе объяснения сторон и исследования доказательств.

3. В Решении (стр. 15-16) утверждается, что не могут служить основанием для признания выборов недействительными доводы заявителей о несоответствии разности между количеством бюллетеней, выданных избирателям по федеральному и одномандатным избирательным округам, и разности между количеством избирателей, проголосовавших по открепительным удостоверениям по федеральному и одномандатным округам, а также «другие доводы заявителей, касающиеся неправильности определения результатов выборов по федеральному избирательному округу» (вероятно, имеются в виду доводы о несоответствии разности между количеством бюллетеней, выданных избирателям по федеральному и одномандатным избирательным округам, и разности между количеством избирателей, зарегистрированных по федеральному и одномандатным избирательным округам).

Для обоснования этого утверждения дается ссылка на право избирателей, не имевших возможности получить открепительное удостоверение, быть включенным в список избирателей по месту временного пребывания (в соответствии с пунктами

6 и 8 статьи 16 Федерального закона о выборах депутатов), а также на право избирателя получать избирательный бюллетень только по одному округу.

Однако, во-первых, указанные обстоятельства являются исключением, а не правилом, и не могут, по нашему мнению, объяснить такой масштаб расхождений, какой получается из итоговых протоколов окружных избирательных комиссий (более 254 тысяч по одному соотношению и более 123 тысяч по другому соотношению).

Во-вторых, несоответствие разности между количеством бюллетеней, выданных избирателям по федеральному и одномандатным избирательным округам, и разности между количеством избирателей, зарегистрированных по федеральному и одномандатным избирательным округам, никак не может быть объяснено правом избирателей, не имевших возможности получить открепительное удостоверение, быть включенным в список избирателей по месту временного пребывания, поскольку избиратели, имеющие право на получение избирательного бюллетеня только по федеральному избирательному округу, должны были учитываться как зарегистрированные избиратели только по федеральному избирательному округу.

В-третьих, представители ЦИК России в ходе судебного разбирательства ни на одном примере не доказали, что имевшие место расхождения действительно обусловлены именно указанными исключительными обстоятельствами.

Кроме того, неверным является утверждение на стр. 16 Решения о том, что заявители не учитывают «то обстоятельство, что избиратель, находящийся в пределах своего одномандатного округа ...по открепительному удостоверению имеет право получить избирательный бюллетень как по федеральному, так и по одномандатному избирательному округу». Это обстоятельство нами, безусловно, учитывалось, поскольку в Заявлении, дополнении к Заявлению и в наших объяснениях речь всегда шла о разности между числом избирателей, проголосовавших по открепительным удостоверениям по федеральному и одномандатным округам.

4. В Решении (стр. 17-18) утверждается, что ссылка заявителей на то, что пункт 4 статьи 75 ФЗОГ возлагает на Верховный Суд Российской Федерации обязанность проверить не только решение ЦИК России о результатах выборов по федеральному избирательному округу, но и одновременно решения всех нижестоящих комиссий, не может быть признана обоснованной. При это суд сослался на то, что ГПК РФ относит дела об оспаривании решений окружных избирательных комиссий к подсудности судов субъектов Федерации, а дела об оспаривании решений участковых и территориальных избирательных комиссий - к подсудности районных судов.

Такое утверждение, по нашему мнению, основано на неправильном толковании закона. В пункте 4 статьи 75 ФЗОГ речь идет не о подсудности, а о том, какие обстоятельства должны быть рассмотрены судом по существу и положены в основу его решения. Поэтому данное положение закона не противоречит ГПК РФ и должно было быть применено судом в ходе данного процесса.

В нарушение данного положения закона, суд не исследовал имеющиеся в деле данные протоколов окружных и территориальных избирательных комиссий, в том числе и те, в которых содержались убедительные доказательства правильности нашего утверждения о том, что итоговый протокол ЦИК России содержит неверные данные, и, соответственно, законности нашего требования о признании итогового протокола ЦИК России недействительным. Таким образом, по нашему мнению, суд неправильно определил обстоятельства, имеющие значения для дела.

Таким образом, в Решении по пункту 5 Заявления суд неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ), пришел к выводам, не соответствующим обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ), не применил закон, подлежащий применению - п. 4 ст. 75 ФЗОГ (п. 4 ч. 1 ст. 362, ст. 363 ГПК РФ), что является основанием к отмене судебного решения.

Учитывая изложенное и в соответствии со ст. 362-363 ГПК РФ,

ПРОСИМ

решение Верховного Суда Российской Федерации от 16 декабря 2004 года по гражданскому делу № ГКПИ 2004-1295 отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе судей.

Поскольку решение суда первой инстанции от 16 декабря 2004 года по гражданскому делу № ГКПИ 2004-1295 в окончательной форме поступило в канцелярию Верховного Суда Российской Федерации лишь к вечеру 29 декабря 2004 г. и было получено заявителями 30 декабря 2004 г. (то есть в последний рабочий день перед новогодними праздниками), то заявители в связи с праздничными днями, в течение которых канцелярия суда не работает, не имели до 11 января 2005 года возможности ознакомиться с материалами дела с учетом полного судебного решения, а также с протоколами судебного заседания, также поступившими в канцелярию Верховного Суда Российской Федерации 29 декабря 2004 г. Учитывая изложенное, заявители полагают подать в Верховный Суд Российской Федерации развернутую мотивированную кассационную жалобу после ознакомления с материалами дела и протоколами судебных заседаний в течение нескольких рабочих дней после 11 января 2005 г.

 Приложение:

1.  Копия настоящей Кассационной жалобы.

2.  Квитанции об оплате государственной пошлины.

Политическая партия «Коммунистическая партия Российской Федерации»

Политическая партия «Российская демократическая партия «ЯБЛОКО»

ЗАЯВИТЕЛИ:

(В.Г.Соловьев)

(С.С.Митрохин)