Под ударами «реформаторов»

Общественность поначалу с энтузиазмом восприняла гремевшие с высоких трибун слова о «перестройке», «обновлении», «новом мышлении», «гласности», о том, что «больше демократии — больше социализма!..» Об этом свидетельствовали тысячи писем, приходивших в редакцию «Правды». И лишь постепенно стала проявляться истинная сущность взятого Горбачёвым и его приспешниками курса, когда начало падать производство, а на поверхности экономической жизни стали появляться всё в большем количестве хищнические, разорявшие народное хозяйство «кооперативы», когда в захваченных новоявленными «демократами» СМИ всё настойчивее зазвучали призывы к «свободному рынку», к отмене конституционного положения о КПСС как правящей и руководящей силы в обществе, к лишению её каких-либо управляющих функций…

Главная газета партии оказалась в исключительно сложной ситуации. Являясь органом ЦК, она была призвана чётко отражать линию руководства. С другой стороны, «Правда» не могла пройти и мимо дающих о себе знать настроений протеста, тревог и недоумений, проявлявшихся в партийных кругах, в письмах, поступавших в редакцию. Читатели могли видеть эту сшибку мнений на «Дискуссионных страницах» газеты, в обзорах писем, выступлениях ряда видных деятелей культуры, учёных, организаторов производства.

Понятно, что такая позиция никак не вписывалась в планы «перестроечной команды» Горбачёва — Яковлева, и вскоре принимается решение о замене главного редактора «Правды» — выдающегося учёного и убеждённого коммуниста Виктора Афанасьева на более удобную для «прорабов перестройки» фигуру.

Тем временем страна всё неудержимее катилась под откос. Шаг за шагом ослаблялись, подрывались позиции, авторитет партии. После XIX (1988 г.) Всесоюзной партконференции ликвидируются отраслевые отделы в ЦК и парторганах на местах. И уже в марте 1990 года съезд народных депутатов под диктовку тех самых «архитекторов и прорабов» принимает решение об отмене 6-й статьи Конституции СССР, касающейся руководящей роли КПСС. Рвутся последние скрепы и вертикали, обеспечивавшие единство страны, прочность государственных устоев. Начинается пресловутый «парад суверенитетов», на поверхность политической жизни, к экономическим рычагам уже в полный рост, нагло, без стеснения пробираются разного рода чубайсы, поповы, гайдары и прочие разрушители социалистического государства.

На популистской, демагогической волне, небрежно отодвинув Горбачёва, возносится на пьедестал такая странная, сверхамбициозная и не вполне трезвая фигура, как Ельцин. А с ним уже валом повалили к властным кормушкам всякого рода авантюристы в политике и экономике. Всерьёз обсуждаются и рекламируются высосанные из пальца проекты вроде программы «500 дней», гарантировавшей якобы именно за этот срок с помощью «шоковой терапии» преобразовать на рыночных началах весь хозяйственный механизм страны, обеспечить её благополучие и расцвет. А тем временем в стране необратимо рвутся межхозяйственные и управленческие связи, останавливаются заводы и разоряются колхозы, провоцируется острый продовольственный кризис…

Атака на духовные устои

Старшие поколения читателей «Правды» помнят, как уже тогда, на рубеже 90-х годов, под крики о «гласности», оголтелой атаке силами всех средств формирующейся внутренней контрреволюции были подвергнуты и сами идеологические, духовно-нравственные устои советского общественного строя: социалистическая мораль, вобравшая в себя такие понятия, как товарищество и коллективизм, взаимопомощь и верность общему делу, дружба и братство всех народов страны. Их сменяют неистовая пропаганда воинствующего индивидуализма («каждый — за себя!»), прославление богатства и роскоши, умения нажить капиталы любой ценой.

Из новоявленного ящика Пандоры, распахнутого «реформаторами» в жизнь и быт российского общества, мутным потоком хлынули все «рыночные» пороки: зло и ненависть, коррупция и бандитизм, кровопролитные межнациональные свары, предательство, ложь и обман. И пошли они давящим паровым катком по людским судьбам и убеждениям, по чувству Родины, по всему святому, что грело сердца и души советских граждан.

И на этом фоне развязывается беспрецедентная травля всего, что было связано с идеалами советской цивилизации, теорией и практикой строительства нового мира. Особенно позорно и отвратительно, что в массе случаев возглавили эту травлю люди типа того же Яковлева, Волкогонова или Ципко, ещё вчера клявшиеся в верности марксизму, получавшие за своё усердие в его пропаганде и прославлении научные степени, звания, известность, высокие посты. А чуть «сменились ориентиры, — отметил в одной из статей выдающийся учёный и писатель Александр Зиновьев, — просто предали его, когда сочли это удобным, в своих шкурнических интересах». «В истории человечества, — добавил он, — ещё не было предательства подобного уровня и масштаба, не говоря уж о степени морального падения».

Идеи не умирают

До боли тяжело возвращаться к этим мрачным страницам в жизни страны, запечатлевшим и ельцинский контрреволюционный путч в августе 1991 года с запретом КПСС и закрытием «Правды»; и беловежский заговор, «узаконивший» распад великой державы; и дочиста ограбившую народ «приватизацию»; и развязанную «демократами» в сентябре 1993-го кровавую бойню у парламента и Останкинского телецентра… Хоть и написана обо всём этом масса разноречивых книг, исследований, мемуаров, но до сих пор в сознании многих без ответа остаётся, терзая душу незаживающей раной, вопрос: как случилось, что могучее социалистическое государство, прошедшее во главе с Коммунистической партией и успешно выдержавшее за 75 лет своей истории самые грозные и неимоверно трудные испытания, распалось в мирное время, став жертвой заговора неких затаившихся и «внезапно» выплывших на поверхность внешних и внутренних сил контрреволюции? Невольно оживают в памяти трагические строки великого русского поэта XIX века Алексея Кольцова:

Сняли голову богатырскую

Не большой горой, а соломинкой.

Но при всём при том, как бы ни тщились «похоронщики коммунизма» окончательно с ним расправиться, «забить последний гвоздь в крышку гроба», ничего у них не вышло. В октябре 1992 года, когда в стране ещё вовсю неистовствовала антикоммунистическая вакханалия, «Правда» публикует выступление на Конституционном суде в защиту коммунистов бывшего главы правительства СССР Николая Ивановича Рыжкова, где проникновенно прозвучали слова: «Идею нельзя запретить, она не умирает. Идею можно загнать в подполье, можно преследовать её приверженцев, но её нельзя убить».

И в самом деле, никому не дано так вот запросто похоронить идеи народовластия и социализма, правды и справедливости, укоренённые в народном сознании за годы Советской власти. И вот уже в начале 90-х сквозь какофонию антисоветской истерии к людям всё явственнее, всё настойчивее стали прорываться со страниц «Правды», «Советской России» голоса видных деятелей партии, коммунистов, оставшихся верными её знамени, открыто призывавших к сопротивлению, борьбе с узурпировавшим власть антинародным режимом. Выступления в «Правде» Геннадия Зюганова, Валентина Купцова, Ивана Мельникова, Владимира Кашина, Ричарда Косолапова, Игоря Братищева находят живой отклик в читательской аудитории газеты. Под их воздействием в городах и сельских районах, преодолевая запрет, заново, фактически полулегально создавались первички и местные комитеты возрождающейся КПРФ.

В поединок с людоедской идеологией индивидуализма, «большого хапка» вступили выдающиеся деятели советской литературы и искусства: Юрий Бондарев и Валентин Распутин, Михаил Алексеев и Егор Исаев, Виктор Розов и Николай Губенко… Домыслы вставших на кошт буржуазной власти фальсификаторов, искажающих и перелицовывающих в угоду новым «хозяевам» исторический процесс, встретили решительный отпор на страницах газеты со стороны таких ярких, патриотически настроенных представителей творческой интеллигенции — учёных, писателей публицистов, как Александр Зиновьев и Вадим Кожинов, Владимир Бушин и Сергей Кара-Мурза…

И снова — борьба

Полным провалом завершились и неоднократные поползновения задушить «Правду» запретами и финансовыми удавками. Не поддались правдисты ни рейдерам, ни искушениям со стороны некоторых «положивших глаз» на газету с мировым брендом политиков и олигархов. В самые трудные дни, когда ресурсов порой не хватало даже на еженедельный выпуск, изрядно поредевшие числом правдисты продолжали стойко нести свою боевую журналистскую вахту.

И как на заре минувшего века, в годы становления газеты, в созданный питерскими рабочими «железный фонд» «Правды» нёс трудовой люд свои пятаки и полтинники, так и в 90-е годы читатели пришли на выручку своей газеты. Вновь ожил Фонд поддержки «Правды». У приёмной редакции затемно выстраивались очереди распространителей газеты, чтобы с утра нести свежие номера в город, на улицы и вокзалы. Пока не воссоздана была КПРФ, её органы на местах, многие коммунисты приходили в приёмную газеты с партбилетами, чтобы уплатить очередные членские взносы, и до сих пор, как реликвию, хранят те красные книжицы со штампиками «Правды».

Выжила «Правда», пройдя сквозь все политические бури и штормы, и вновь стала главной газетой партии коммунистов, защитницей интересов и прав людей труда. Газетой, на рубеже нового века вновь во многом вернувшейся к целям и задачам, которые ставила перед собой молодая ленинская «Правда» в первые годы своего становления. И снова на её страницах — борьба. Неутихающая, бескомпромиссная. Борьба, которую ведут КПРФ и её союзники в уличных протестных акциях и на избирательных участках, в стенах Госдумы и местных законодательных собраний. Борьба с произволом властей, загоняющих страну в тиски очередного кризиса, с коррупцией и хаосом дикого рынка, с законами и подзаконными актами, разоряющими и унижающими граждан страны.

В грозовой атмосфере этой непрекращающейся борьбы встретила «Правда» и свой столетний юбилей. И это уже не странички из летописи минувших лет. Это неостывшая лава сегодняшних событий, сражения за идеалы, которыми жили и живут люди советского закала. Идеалы, которые партия коммунистов, газета, основанная Лениным, призваны, как эстафету, передать новым поколениям.