История напоминает

Очень надеюсь, что это не последнее предвоенное международное обозрение, которое я пишу для «Правды». Хочется верить, что, заглянув в лицо разверзшейся бездны мировой катастрофы, ответственные люди сумеют остановить тех, кто подталкивает человечество к её осыпающемуся краю.

И пока не заговорили пушки, послушаем, что говорят умные люди. Политологи, склонные к проведению исторических параллелей, рассматривают современную историю Соединённых Штатов как ремейк истории Древнего Рима. Известно, что там около пятисот лет существовала Римская республика, которая после серии локальных катастроф превратилась в Римскую империю. Притом политическая атрибутика была сохранена. Но это было уже другое государство.

Римское государство в различных конфигурациях доминировало на мировой арене шесть веков. Оно обзавелось гигантской (по тем временам) военной машиной. «Большие легионы» держали в страхе покорённые страны, эксплуатация которых и обеспечивала процветание Рима.

Показывая нам сейчас эту документальную ленту, История будто прокручивает её с повышенной скоростью. Любители аналогий утверждают, что до середины пятидесятых годов прошлого века в Америке была Белая республика англосаксов. Существовала она более полутораста лет. А после Второй мировой войны начала превращаться в империю. Процесс приобрёл дополнительный импульс в результате войны в Корее. С тех пор Соединённые Штаты Америки (внешняя республиканская атрибутика сохранена) стремительно наращивали свою военную мощь, всё больше напоминая боевое устройство державной древней Римской империи. Это был опасный курс.

Даже президент Эйзенхауэр с тревогой предупреждал сограждан о всё возрастающем влиянии военно-промышленного комплекса на политические процессы. Алармистские сигналы мудрого генерала-президента оказались бесполезны. Америка постоянно накачивала свои военные расходы, доведя их до уровня, на котором они превзошли суммарный показатель остальных стран мира.

Сегодня вооружённые силы США оснащены самым совершенным оружием. О некоторых орудиях убийства простые люди даже не догадываются — осведомлена лишь небольшая группка генералов, высших политиков и «яйцеголовых» создателей новейших управляемых чудовищ (кибернетических, космических, геотектонических и т.д.). Простые люди обречены ждать приговора: жизнь или массовое уничтожение.

Военное превосходство позволяет американцам «приходить, куда захотят, и брать, что захотят». В Вашингтоне, видимо, полагали, что это будет сегодня, завтра и всегда. Однако сирийские дела ставят рядом с таким прогнозом огромный знак вопроса. Из двадцати стран G-20, определяющих ситуацию в мировой экономике, только пять однозначно поддержали США. Остальные или резко против, или продолжают изобретать разные способы уклониться от «почётной» гибели за американскую империю.

И пусть никто не сочтёт возможность глобального конфликта с применением самого совершенного оружия (которое есть отнюдь не только у американцев) очередной страшилкой. Это ужасная, но очевидная вероятность. Аналитики обратили внимание на то, что сказал Путин на пресс-конференции в Стрельне о корейских делах. По его словам, в нынешней атмосфере, когда малые страны не чувствуют себя защищёнными международным правом от угроз и вторжения, трудно будет убедить северокорейцев отказаться от своего ядерного оружия, сдать его на склады.

Боеготовность КНДР — тема и для российских СМИ, и для российских политиков очень опасная. Только коммунисты и наша партийная печать высказываются по корейским делам прямо и откровенно. Остальные предпочитают обходить «горячую» тему стороной. В США считают, что ядерные исследования в КНДР и Иране взаимосвязаны, там охотно рассуждают об опасном треугольнике Пхеньян — Тегеран — Дамаск, намекая при этом и на антиамериканские настроения в Москве и Пекине. Треугольник становится пятиугольником. А в России немало влиятельных людей, которые не хотели бы раздражать Вашингтон. Поэтому молчание — золото.

Но ситуация меняется. Мир всё явственнее скользит к краю пропасти. Наблюдатели полагают, что отнюдь не случайно именно сейчас президент РФ счёл нужным напомнить миру о северокорейском ядерном потенциале. В случае большой драки американцам, очевидно, придётся и его принимать во внимание.

Зачем?

Противники антисирийской авантюры США по-разному оценивают причины глобальной эскалации напряжённости. Многие считают, что всё дело в геостратегических проблемах: нефть и газ, которые сегодня якобы контролируют ближневосточные монархии (хотя ими фактически владеют гигантские транснациональные компании с решающим американским влиянием), нужно связать системой магистральных трубопроводов с восточным побережьем Средиземного моря. А оттуда всего шаг до крупных европейских потребителей углеводородов.

Идея привлекательна. Для её реализации у потенциальных инвесторов достаточно и сил, и средств. Перспективы манящие: российские углеводородные каналы опустеют — все будут покупать ближневосточное!

В результате такой операции Россия лишается решающей части своих огромных нефтегазовых доходов и превращается (как говорится) «в Верхнюю Вольту с атомными ракетами». Но ненадолго — у Москвы не будет средств не только на то, чтобы совершенствовать, а даже и поддерживать возможности своего оборонного потенциала. Дальше России можно будет диктовать любые условия — весомых аргументов «против» не станет.

Однако затея упирается в Сирию. Люди, живущие на этой земле, издавна известны своей несговорчивостью. Именно там во времена крестовых походов погиб цвет западноевропейского рыцарства, напоминают аналитики, склонные к историческим параллелям. Крестоносцы несли огромные потери, пытаясь пройти через горные районы нынешней Сирии. Народ яростно сражался за свои дома, за свою землю, за свой духовный выбор. А для Истории несколько столетий — мгновение: горы те же, скалы те же, мужественный народ тот же. Так что продиктовать ему условия на основе «западных ценностей» было нереально во времена крестоносцев, нереально и сейчас.

Поворот

Казалось, война неизбежна — исторические аналогии, конечно, интересны, но авианосцы выглядят убедительнее. И вдруг «молнии» всех информагентств мира: госсекретарь США Джон Керри допустил возможность отмены атаки на Сирию, если Дамаск согласится передать своё химическое оружие под международный контроль. Как говорят моряки, поворот «все вдруг». С американской идеей согласилась Сирия. «За» высказались Россия и Китай.

Какой же жареный петух клюнул кого-то в Вашингтоне? Кого-то, кто обладает огромной властью? Скорее всего «враз прозрел» президент Обама. Но что оказало на него решающее влияние?

Недостатка в обосновании чуда нет. Популярно, например, такое: Обама после письма папы римского, оглашённого на заседании G-20 в Стрельне, как глубоко верующий человек почувствовал вдруг леденящее дыхание бездны, на краю которой оказался. И решил остановить апокалипсис.

Спорить с доводами такого рода бесполезно: духовная жизнь каждого человека уникальна и может оказаться совершенно непонятной для посторонних. Но это не отменяет и возможного влияния иных факторов.

Американский президент неожиданно встретился со всё нарастающей волной протеста тех, кто не одобряет его политику. В том числе и в собственной семье. По странам и континентам катится вал антивоенных настроений, которые уже невозможно игнорировать.

Но это всё доводы общего свойства. А есть и военно-политические аргументы. Очень влиятельные силы в мусульманском мире пригрозили: за американскую агрессию в Сирии ответит Тель-Авив. В Иране по-прежнему называют Израиль «страной одного удара». В Тегеране считают, что достаточно нанести один мощнейший ракетный удар — и эта страна исчезнет с карты мира.

Такие грозные разговоры кое-кто называет «персидскими сказками». Но проверить их сказочность (или реальность) на себе желающих немного. Аналитики полагают, что американские эксперты пришли к выводу: Израилю действительно угрожает опасность в случае начала военной операции в Сирии. Сирийская правительственная армия при поддержке Хезболлы, базирующейся в Ливане, и во взаимодействии с армией Ирана способна если не уничтожить Израиль полностью, то нанести ему неприемлемый урон. А как говорят в Вашингтоне, любой американский президент скорее «съест свою шляпу», чем смирится с угрозой Израилю. Обама «есть свою шляпу» не стал. Он предпочёл объявить, что атаковать Сирию пока не будет.

Есть и сугубо внутренние американские причины, которые могли повлиять на такое решение. Правительство США находится в отчаянном положении. Истекает время, которое конгресс отвёл ему на решение проблемы государственного долга. Между тем долг этот продолжает расти. Конгресс готовится в ближайшее время подтвердить (или даже ужесточить) введённые им для правительства долговые рамки. Если Обама не найдёт взаимопонимания с законодателями, то последует дефолт. А законопроект об ударе по Сирии, разрешающий агрессию, может стать именно тем клином, который развалит вероятность взаимодействия Капитолия и Белого дома. Такая перспектива очень реальна — многим конгрессменам и сенаторам за год до промежуточных выборов крайне нежелательно выглядеть «ястребами» в глазах своего антивоенно настроенного электората.

Итак, вроде бы всё ясно. У Америки нет денег на войну, страну сотрясают внутренние и международные протесты, президент сворачивает свой крестовый поход. А всё, что я написал в начале этих заметок, теперь неактуально.

Так, да не так. Антисирийский законопроект Обамы из конгресса не отозван. Американские корабли всё ещё находятся на боевых позициях у сирийских берегов. Лётчики на авианосцах и на авиационных базах вблизи сирийских границ дежурят в самолётах. Ракеты «Томагавк» и «Пэтриот» постоянно готовы к бою. Сирийская оппозиция отрицает любые договорённости с Башаром Асадом. Саудовская Аравия перебросила в Сирию более тысячи особо опасных террористов, ждавших смертной казни в саудовских тюрьмах. Эти люди оснащены всем необходимым и прекрасно вооружены, им платят серьёзные деньги и обещают полную свободу после выполнения диверсионно-террористических акций. Одна из них — нанесение с сирийской территории химического удара по Израилю, в котором обвинят Дамаск. В ряде арабских государств заявляют, что передача химоружия под международный контроль ничего не решит.

Есть немало и чисто процедурных проблем. Что значит формулировка «передать химоружие сирийской правительственной армии под международный контроль»? Кто этот контроль будет осуществлять, где и как? И какова гарантия, что ёмкости с боевыми отравляющими веществами не окажутся в руках террористов? Вопросов гораздо больше, чем ответов. А потому те, кто не хочет войны, должны быть начеку. Время мира ещё не наступило. И страшный лик бездны всё ещё смотрит на нас. В упор.