Как вернуться из крестового похода?

В мире в последнее время многие смотрят модный голливудский фильм «Падение Олимпа». В картине нет никаких открытий духа — обычная пропагандистская поделка: коварные и безжалостные северокорейские террористы захватывают в Вашингтоне Белый дом, берут в заложники президента США и его малолетнего сына. Кинозлодеи требуют код доступа к американскому ядерному оружию. Их цель — уничтожить США и создать единую Корею, сильную и свободную.

Разумеется, после многих треволнений бывший агент секретной службы (его несправедливо отстранили от работы) спасает и президента, и его сына, и Соединённые Штаты. В финале обгорелый звёздно-полосатый флаг снова гордо реет над президентской резиденцией.

Повторяю: о кино здесь говорить не приходится — всего лишь ещё одна довольно корявая попытка восхваления американского величия и американского народа, лучший представитель которого, невзирая на незаслуженные обиды, побеждает врагов своей страны.

Но есть в сценарии эпизод, заставляющий посмотреть на дело несколько иначе. Один из ключевых персонажей кричит в лицо скованному наручниками президенту: «Вы продали эту страну!.. Глобализация, долбанный Уолл-стрит!.. А сколько сейчас стоит купить президентство? 500 миллионов американских долларов?..»

Разумеется, это выкрикивает отрицательный персонаж. Да и сказаны неожиданные слова в горячке схватки. Но ведь сказаны! И сказаны на весь мир.

Предвыборная кампания Барака Обамы (включая первичные партийные выборы-праймериз) была самой дорогой в американской истории — в 2008 году она стоила, по неофициальным подсчётам, миллиард долларов. Кампания 2012 года, как полагают, стоила не меньше.

Сейчас, когда президент демонстрирует свою полную беспомощность на международной арене, стоимость его кампании снова интересует многих. В том же фильме, с которого я начал эти заметки, есть ещё одна примечательная фраза: президент едет «на вечеринку с миллионерами». На скольких таких «вечеринках» побывал в ходе своих предвыборных кампаний господин Обама? Сколько денег он на этих корпоративах получил? От кого? И что за эти деньги он должен сделать?

Ныне больше половины населения Соединённых Штатов не хочет новой сирийской войны (которую страстно, неоглядно лоббирует президент). И потому вопросы эти отнюдь не праздные: глава государства, похоже, перешёл «красную линию» противостояния со своим народом. Недавно Обама обронил: «Я не император, я президент». Но настроен он явно имперски: задавить любого несогласного, задавить хотя бы и в одиночку, чего бы это ни стоило.

Тридцать с лишним лет назад модный голливудский актёр Рональд Рейган, ловко сыгравший роль настоящего президента Соединённых Штатов, тоже пытался сколотить коалицию — тогда антисоветскую. Он подписал специальный документ, угрожавший экономическими санкциями западноевропейским (!) союзникам Америки в том случае, если они не будут бойкотировать строительство в Советском Союзе гигантского газопровода Западная Сибирь — Западная Европа. Европейцы отказались подчиниться заокеанскому диктату. Тогда господин Рейган собрал в Белом доме капитанов американского бизнеса и произнёс историческую фразу: «Я хочу, чтобы вы раздели их донага».

Солидные газеты отнеслись к президентской затее скептически. «Нью-Йорк таймс» оповестила мир о «помешательстве Рейгана». «Уолл-стрит джорнэл» напомнила: «В нашем прошлом масса руин, оставшихся от тщетных попыток заставить другие страны действовать в унисон с нами».

Пресса стремительно активизировалась после выступления тогдашнего вице-президента Джорджа Буша (теперь пишут — «старшего»), в котором он рассуждал о роли США как лидера западного мира: «Не очень много достоинства в лидерстве, которое связано с таким количеством конфликтов как с врагами, так и с друзьями. Пришло время, чтобы Вашингтон позаботился о путях отхода от своего бесплодного крестового похода», — писала «Файнэншл таймс». Газета продолжала: «Неприятность с богатым вашингтонским меню состоит в том, что ни одно из предлагаемых там блюд не выглядит удобным для пищеварения, а вместе они свидетельствуют о полном конфузе на американской политической кухне. Конфуз с американской ролью в мире; с тем, чего Америка может добиться, действуя самостоятельно; с отношением политики к экономике…»

Повторю, что написано это более тридцати лет назад, а звучит актуально и сегодня: в Америке многого не понимают, глядя на собственное прошлое, и, похоже, не намерены делать выводы из своих ошибок. Очевидно, там всё ещё находятся в состоянии сладостного головокружения от победы над СССР, который мог противостоять вашингтонским козням на мировой политической арене.

Конечно, нынешняя Россия — это не Советский Союз. Но, думается, американская проблема таится не вовне, а внутри страны. Президент Обама открыто называет продюсером своей выборной кампании мультимиллиардера, крупнейшего в мире инвестора Уоррена Бафета. Это его заявление позволяет сделать вывод, что именно господин Бафет и его деловые партнёры проинвестировали избрание президента Обамы. И ошиблись — бизнес есть бизнес, от ошибок никто не застрахован. Отсюда и кризис американского президентства — явление опасное как для Соединённых Штатов, так и для других игроков за глобальным покерным столом: слишком велики ставки в затеянном Соединёнными Штатами крестовом походе на Большой Ближний Восток.

Непрерывная война

Экономические сражения не кончались никогда. Грохотали они и тогда, когда лидеры под телекамеры пожимали друг другу руки: разрядка, перестройка, перезагрузка не мешали безжалостным экономическим схваткам.

И сейчас, когда Барак Обама начал беспощадную войну на огромном пространстве от Гибралтара до Пешавара, когда запылал весь Большой Ближний Восток, наблюдатели обращают внимание прежде всего на факторы экономические.

В конце восьмидесятых годов прошлого века меня в Будапеште познакомили с новейшей ипостасью «тихого американца». Мой собеседник был очень импозантен и обаятелен, как и полагается отпрыску чрезвычайно знаменитой и богатой бизнес-семьи. Он недавно покинул дипломатическую службу, на которой преуспел: в последнее время был послом США в небольшой, но очень престижной европейской стране, непосредственно примыкающей к «железному занавесу» с запада. К моменту нашего знакомства он служил директором-распорядителем инвестиционной компании, которая юридически находилась на одном из Карибских островов. Эту бизнес-структуру создали несколько очень богатых людей, заинтересовавшихся освоением наследства стран разрушенного соцлагеря. Они намеревались вложить в соответствующие инвестпрограммы крупные средства. И осведомлённость бывшего американского посла, который хорошо знал тот регион, была для партнёров очень ценна.

Началом массированной инвестиционной инъекции стала покупка «карибскими партнёрами» венгерского банка, история основания которого таилась в глубинах австро-венгерского прошлого. Приобретя столь респектабельное финансовое учреждение, партнёры обрели возможность легитимного перевода средств в любую страну региона.

Потом они купили знаменитый, крупнейший в мире специализированный автобусный завод «Икарус». Купили не для совершенствования производства — они приобрели, в сущности, огромную территорию в центре Европы, где «Икарус» процветал.

Дальше настала очередь Германии. Инвесторы купили «Чек пойнт Чарли» — большой кусок земли в районе знаменитого перехода между Восточным и Западным Берлином. Сейчас это самая дорогая земля в Европе.

Присмотрелись бизнесмены и к новейшему заводу атомного оборудования, входившему в знаменитый со средневековых времён чешский оружейный концерн «Шкода». И дальше, как говорится, пошло-поехало: Прибалтика, Югославия, Польша… и Россия — бывший американский дипломат стал владельцем ряда знаменитых московских отелей и сети престижных магазинов. Говорят, и кое-чего ещё.

Бизнес-журналисты уверяют, что всё это богатство купили задёшево. В конце восьмидесятых — начале девяностых была разрушена система управления социалистической собственностью. Захватили эту собственность люди экономически неграмотные и амбициозные — они страшно хотели разбогатеть как можно быстрее. «Карибские инвесторы» им такую возможность предоставили, преследуя при этом, разумеется, собственные узкокорыстные интересы.

Некоторые коллеги-журналисты полагают, что такой разбой был всё-таки ограничен государственными рамками, ведь существовали в постсоветских странах правительственные структуры, правоохранительные органы в конце концов. Наивные суждения: в постсоветских «демократических» странах существовали и существуют сейчас на государственном уровне противоречия между отдельными кланами. Менялись правительства и президенты, но никто из этих людей и подумать не мог о том, чтобы ограничить аппетиты иностранных инвесторов. Наоборот, писались всё новые программы приватизации, иностранные деньги заманивали в страну, обещая им рай на земле (в том числе и рай финансовый). Если же у кого-то возникали крамольные идеи защиты интересов собственного государства, то проводились кадровые перестановки. И иностранный бизнес продолжал процветать, подкармливая (не слишком обременительно для себя) местную коррупцию. Поэтому иностранным инвесторам было, по сути дела, абсолютно всё равно, кто управляет тем или иным государством: их интересы свято соблюдались при любом режиме, будь то правые, центристы или какие-то другие политики.

Когда США затеяли грандиозную военную операцию на Большом Ближнем Востоке (от Гибралтара до Пешавара), они уже имели опыт освоения (кое-кто говорит — грабежа) постсоветского пространства. Сейчас эксперты соревнуются в поисках американских ошибок. Зачем было вешать Саддама Хусейна, отдавая процветающую страну на откуп группировкам фанатиков-исламистов? Зачем было уничтожать Муамара Каддафи, лишая богатое государство централизованного управления? И так далее. Везде, где появляются американцы, появляются нищета, разорение, разгораются междоусобные конфликты.

Такого рода суждения представляются наивными. Соединённые Штаты и не собирались нести на штыках своих солдат процветание для разрушенных стран. Их войска действуют в интересах американского бизнеса, который по дешёвке скупает национальное достояние захваченных стран. Так было в странах соцлагеря после разрушения СССР. То же происходит на Большом Ближнем Востоке. Вашингтону не важно, кто получит формальную власть в том или ином «освоенном» инвесторами государстве.  Это может быть религиозный фанатик или лощёный топ-менеджер влиятельной международной организации, суровый вояка или бесхребетный либерал. Все они нуждаются в американских деньгах, все готовы распродать свою страну иностранным инвесторам. А в случае отсутствия взаимопонимания можно всегда поднять новую «революционную войну», которая сметёт неугодных. Поэтому и кажутся несостоятельными рассуждения о возможном выходе Обамы из нового «крестового похода». Поход этот финансируют алчные инвесторы, среди которых наиболее заметная фигура — Уоррен Бафет, финансовый гуру Уолл-стрита и по совместительству продюсер предвыборной кампании нынешнего президента США. Этим людям не нужен мир — им нужен долларовый поток, пусть и пополам с кровью.

Сирийский гамбит

Гамбит, как известно, на шахматном языке «подножка». Американцы, собравшиеся приватизировать Большой Ближний Восток, именно о Сирию и споткнулись. Народ этой страны мужественно сопротивляется западному вмешательству и кровавым акциям наёмников.

США не могут отступить — бизнес слишком много вложил в ближневосточную бойню, а отступление из Сирии может привести к полному краху всей грандиозной идеи захвата Большого Ближнего Востока. Крах президентства США чреват новой войной глобального масштаба.

Но уступать американцам не намерена не только Сирия. В Тегеране заявили, что, если американцы ударят по Дамаску, иранские ракеты разрушат Израиль. На днях в Китае прошли впечатляющие манёвры Военно-морских сил Народно-освободительной армии Китая (ВМС НОАК). Их задача — отработать нанесение удара по надводным целям. Когда смотришь эти учения по телевидению, становится жутковато: весь экран, как огромным роем комаров, усеян китайскими вертолётами, наносящими удар по противнику. Где это произойдёт в реальности? В схватке с пиратами? Или при атаке на американские корабли?

Не случайно Лига арабских государств, структура, традиционно зависящая от США, заявила, что она не будет участвовать в антисирийской войне. А некоторые из её членов ещё и уточнили позицию: они запретят пролёт через их территорию самолётов, наносящих удар по Сирии.

Ту же позицию занял и ряд европейских стран-членов НАТО. Британия, опираясь на решение своего парламента, объявила, что возможность её участия в операции против Сирии исключена. Германия требует решения по Сирии Совбеза ООН, или ЕС, или НАТО. Поскольку эти документы приняты не будут (таков расклад сил на международных форумах), значит, немцы тоже уклонились от сомнительной чести «умереть за Дамаск».

Обама остался один. Его поддерживает практически только Турция. Коалиция потерпела крах ещё до начала войны.

Президент США, как азартный игрок, обещает продолжать играть в одиночку. Опасная позиция для великой ядерной державы. Опасная позиция для мира.