Как вступить в КПРФ| КПРФ в вашем регионе Eng / Espa Новая версия

Пан Кшепшицюльский, пан Пшекшицюльский и пан Медведев

Ну, не повезло исторически России и Польше – у двух славянских народов оказались разные веры.

А.К. Трубицын,
kprf.ru
2010-11-02 18:47

Ну, были бы все католиками или православными – так и жили бы, наверное, по-другому. Но как сложилось – так сложилось, вот и пошли разборки на много веков. Как говорил Пушкин – не раз клонилась под грозою то их, то наша сторона. Правда, визит наших войск в Варшаву был просто ответным визитом вежливости – перед тем польские войска побывали и в Киеве, и в Москве, и в Смоленске на долгие годы задержались, и на Псков ходили (И что они там забыли? Где тот Псков и где та Польша?).

И хотя мы чаще выступали врагами, чем союзниками, но польские воины вызывали уважение – и натиск тяжелых крылатых гусар, и лихость легких улан были испытаны нашими солдатами. Да перечитайте Гоголя, описание битвы запорожцев с поляками – одни краски и слова и для одной, и для другой стороны, везде добрые рубаки. А уж «борьбы отчаянной отвага», когда пан генерал сбежал, пан полковник сбежал, а пан поручик выхватил саблю и повел улан в конном строю на немецкие танки и вовсе симпатична русскому менталитету. Не зря был в Российской Империи польский орден Белого орла, не зря на балах танцевали полонез и краковяк, не зря блистают в русской военной истории польские фамилии Джевецкого и Рокоссовского, Гастелло и Шметилло.

Но вот польские политики – словно совсем другой народ. Пока у них все в порядке, пока горит Смоленск и войско польское в Кремле – горды и независимы. А как поднимется Россия, да начнет гвоздить в ухо, в другое, в третье – тут же бегут к какому-нибудь «старшему брату», и, размазывая детские слезы по щетинистым мордасам, начинают жаловаться: «Дяденька, а чего он дерется?». Французский инженер-артиллерист при французских пушках в битве с запорожцами Гоголем не с ветра взят. Франция была тогда самым сильным государством Европы, и на слезные жалобы польских политиканов присылала свою военную технику и инструкторов, а то и целые воинские подразделения (даже Г. Сенкевич об этом писал). Когда самым сильным государством Европы стала Германия, польские политиканы тут же начали заигрывать с ней. В январе 1934 года они заключили договор с Гитлером о дружбе и ненападении, а в 1938 году поделили с Гитлером Чехословакию. Даже Черчилль написал по этому случаю: «Польша с жадностью гиены приняла участие в ограблении и уничтожении чехословацкого государства». Аппетит приходит во время еды и гитлеровский министр экономики Шахт, поддерживая устремления Пилсудского и Бека, заявлял: «Рано или поздно мы с Польшей поделим Украину».

Вот это стремление решать свои проблемы чужими руками, спровоцировать войну между другими странами в своих интересах и вызывало – не может не вызывать – вполне понятную неприязнь. Отсюда – и хлесткая пушкинская пощечина французским «витиям», призывающим к войне с Россией, отсюда и крылатая фраза о «польской интриге», отсюда и неприязненно-карикатурное изображение поляков у Достоевского и Салтыкова-Щедрина.

Есть у Салтыкова-Щедрина в «Истории одного города» два таких персонажа – пан Кшепшицюльский и пан Пшекшицюльский, которые пользуясь смутой ведут «польскую интригу», пытаясь сделать градоначальницей то беспутную Клемантинку де Бурбон, то свою компатриотку, содержательницу заезжего дома, Анельку Лядоховскую.

Ну, как не вспомнить было этих панов, когда пан Бжезинский и пан Ротфельд имели беседу с паном Медведевым? Дуэт получился классический – министр иностранных дел Польши Ротфельд и его компатриот, представитель «старшего брата» Бжезинский.

Вот высказывания пана Бжезинского о России: "Мы уничтожили Советский Союз, уничтожим и Россию. Шансов у вас нет никаких"; "Россия - это вообще лишняя страна"; "Православие - главный враг Америки"; "Россия может быть либо империей, либо демократией, но не может быть тем и другим. Если Россия будет оставаться евразийским государством, будет преследовать евразийские цели, то останется имперской, а имперские традиции России надо изолировать. Мы не будем наблюдать эту ситуацию пассивным образом. Все европейские государства и Соединенные Штаты должны стать единым фронтом в их отношении к России"; "Россия - побежденная держава. Она проиграла титаническую борьбу. И говорить "это была не Россия, а Советский Союз" - значит бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей... Россия будет раздробленной и под опекой".

И как же на фоне этих жестких и откровенных высказываний звучит жалкий лепет оправданья пана Медведева: «Хотя Россию очень часто пытаются уподобить Советскому Союзу - на мой взгляд, это большое и довольно серьёзное заблуждение…». Действительно, разве можно уподоблять великий и могучий Советский Союз хилой, бессильной, разворованной, лишенной геостратегических территорий, фундаментальной науки, высокотехнологичной промышленности, кадрового потенциала, продовольственной базы «демократической» России? Если и уподобляют, то только с одной целью: добить, дожать, окончательно раздробить Россию взять под опеку (превратить в колонию) то, что от нее останется.

Подпевает своему «старшему брату» и пан Ротфельд: «У меня такое представление, может быть, ошибочное, но мне кажется, что в России довольно глубоко укоренилось восприятие НАТО как агрессивного блока».

И снова оправдывается пан Медведев: «Вы правильно сказали, господин Ротфельд, что в России есть ощущение того, что НАТО является неким агрессивным составляющим по отношению к России. Наверное, во многом это заблуждение».

Заблуждение? Но вот в чем признается – и даже похваляется – тот же Бжезинский: "На самом деле президент Картер подписал первую директиву о тайной помощи противникам просоветского режима в Кабуле 3 июля 1979 года. И в тот же день я написал докладную записку для президента, в которой я ему объяснил, что, по моему мнению, эта помощь повлечет за собой советское военное вмешательство. Мы не заставили русских вмешаться, мы просто сознательно увеличили возможность того, что они это сделают". "Эта секретная операция была отличной идеей. Ее целью было заманить русских в афганскую ловушку, и вы хотите, чтобы я жалел об этом? В тот день, когда Советы официально перешли границу, я написал президенту Картеру, вкратце: "У нас теперь есть возможность дать СССР свою вьетнамскую войну".

Но это признание прозвучало, когда цели Бжезинского уже были достигнуты. Сейчас в Афганистане под контролем НАТО производится огромное количество героина, который потоком идет в Россию. И именно сокращение производства героина при власти «Талибана» (что было отмечено ООН) стало истинной причиной ввода войск НАТО в Афганистан – для продолжения нарковойны против России. Сколько лет еще должно пройти, чтобы Бжезинский признался-похвалился, что и это его рук дело?

Примечательна фраза пана Медведева по поводу Катыни: «Знаете, я ехал сюда и посмотрел информацию в Интернете: наша Коммунистическая партия пытается опровергать выводы соответствующей комиссии по катынскому делу. Тут нет комментариев. Я свой комментарий уже дал. Но это сила, которая имеет определённую поддержку в нашей стране, а за ней стоят люди».

Интересно, что это за «соответствующая» комиссия? Первая, фашистская? Вторая, советская? Третья, демиковская, которая в полный унисон с фашистской «делала выводы»? Которая из них «соответствующая», а которая «не соответствующая»? Трагедию уже давно превратили в цирк, так что можно назначить и четвертую, и пятую, и сто тридцать пятую, и считать ее «соответствующей» в зависимости от текущего политического момента.

И при чем здесь, собственно, «за ней стоят люди»? Когда-то люди стояли за то, что земля плоская и Солнце вращается вокруг нее, но истина-то – одна. А круглый стол, который проводила КПРФ по поводу Катыни показал, что выводы «соответствующих» комиссий, фашистской и демиковской, от истины весьма и весьма далеки.

Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов. Все претензии направлять авторам.