Как вступить в КПРФ| КПРФ в вашем регионе Eng / Espa Новая версия

День рождения КНР

У наших друзей праздник: 1 октября — день рождения Китайской Народной Республики. Поздравляем! Об этом публикация в газете «Правда».

Kprf.ru.
2010-10-01 13:28

 

Главная тема


Накануне октябрьских торжеств КНР посетила с официальным визитом российская делегация, возглавляемая президентом страны Дмитрием Медведевым.
Многие зарубежные СМИ выделили пекинские договоренности лидеров России и Китая как главную тему своих публикаций. Это совершенно очевидный информационный повод: контакты руководителей великих держав всегда имеют глобальное звучание.
 

Однако есть здесь и аспект, который разглядели не все. Или не оценили должным образом, хотя он, на мой взгляд, требует максимального внимания: в состав официальной российской делегации, руководимой президентом страны, вошел лидер КПРФ Геннадий Зюганов.
— Я вообще собирался ехать в Новосибирск по предвыборным делам, но Дмитрий Анатольевич настоятельно попросил сопровождать его. Всё-таки мы, коммунисты, с товарищем Ху Цзиньтао в близких отношениях. Куда лучших, чем Грызлов с его «Единой Россией». Так что я вроде как отвечаю за неформальное общение — эти слова лидера Компартии РФ, сказанные им по прибытии в КНР, информационные агентства широко растиражировали по всему миру.
Эффект получился значительный: мировая пресса не причисляет Медведева к прокоммунистически настроенным политикам. И потому такой подход к формированию президентской делегации многим показался неожиданным.
И это было еще не всё. На встрече Дмитрия Медведева с ветеранами дочь Мао Цзэдуна товарищ Ли Минь, как сообщили информагентства, сказала:
«Мы очень хотим выразить благодарность руководству СССР и Советской Армии. Мы хотим, чтобы Россия и Китай жили дружно, вносили свой вклад в борьбу за мир во всём мире!
Мы всегда преклонялись перед товарищем Сталиным, но ни у кого из нас не было возможности с ним сфотографироваться. Сейчас мы дождались президента России, так что хотим с вами сфотографироваться на память. Вы для нас символ страны, принесшей нам коммунизм, марксизм и идеи Сталина!»
Журналисты отметили, что российский президент был несколько смущен: видимо, для него непросто было почувствовать себя в роли преемника коммунистических идей Маркса—Сталина. Но отказываться от предложения сфотографироваться он не стал — возможно, потому, что не мог отказать ветеранам. Это в России ветераны доведены до уровня объектов жалкой благотворительности, которая оживает лишь в праздничные дни. В Китае иначе: там старшее поколение борцов и строителей — серьезная политическая сила, с которой считаются.
Знакомый американский журналист, который неплохо знает и российские, и китайские дела, сказал мне, что если коммунисты в этих двух странах договорятся на платформе сталинизма, то при поддержке президента России они могут всем показать «кузькину мать», как обещал незабвенный Никита Сергеевич. Я сказал, что вряд ли у коммунистов сейчас есть намерение кому-то показывать «мать Кузьмы», как перевели хрущёвскую идиому в Америке: собственных дел по горло. Но и значение возможной новой политической конструкции недооценивать было бы, очевидно, нецелесообразно.
Есть в этом сюжете и еще один аспект. Некоторые коллеги посчитали, что речь идет о дипломатической импровизации, которая породила эффект неожиданности. Думаю, что правильнее говорить о тщательно проработанных домашних заготовках. Знатоки мидовских протокольных норм утверждают: о составах делегаций такого уровня стороны загодя информируют друг друга, как правило, находя полное взаимопонимание. Так что коммунистический отсвет президентского визита был, очевидно, заранее намечен и принят во внимание. Что немаловажно.
 

Как отметить праздник


Известно, что лучший способ отметить праздничный день — сосредоточиться на еще нерешенных проблемах. Сегодня главная из таких проблем, над разрешением которой работают политологи в разных странах мира, анализируя китайские дела,— это объяснение корней и механизма «китайского чуда».
О достижениях КНР пишут все — отрицать их может разве что клинический идиот. Одна из самых бедных стран мира выходит на второе место в глобальной экономической табели о рангах. Китайцы впервые за четыре тысячи лет истории своего государства стали есть досыта. Народ пересаживается с велосипедов на личные автомобили. В самых затратных областях науки именно китайцы демонстрируют успехи, революционизирующие движение человечества к вершинам знаний. Нация стала выше ростом, увеличивается продолжительность жизни. Всё это — общее место в исследованиях самых разных специалистов.
Другое дело — как такую картину объяснить. Коммунисты уверены, что всё дело в искусной реализации основополагающих принципов марксизма-ленинизма применительно к китайской специфике. Наши буржуазные коллеги с объяснениями коммунистов в корне не согласны.
По поручению главного редактора «Правды» я вел дискуссию с одним из российских олигархов первой волны — разговор шел в эфире радио «Свобода». Когда мы коснулись китайских дел, мой собеседник обрушил на слушателей новейшие изыскания западных политологов. По их мнению, залог успехов КНР — в отказе Компартии от «догматов коммунизма» и в переходе ее на социал-демократические позиции. Разумеется, я с этим не согласился и привел свои доводы.
Аргументы я черпал из разных источников, главным из которых были беседы с мудрейшим Олегом Борисовичем Рахманиным, крупнейшим учёным-китаеведом, политиком, партийным работником и государственным деятелем советской эпохи. К сожалению, недавно его не стало, и это скорбное событие постоянно отзывается болью и какой-то пустотой: не хватает доброжелательного собеседника и опытнейшего аналитика.
Познакомился я с Олегом Борисовичем в середине семидесятых годов прошлого века. Тогда он служил первым заместителем заведующего Отделом ЦК КПСС. Было такое подразделение в штабе партии — просто Отдел, без названия. Там отвечали за связи с зарубежными коммунистическими и рабочими партиями. На кулуарном жаргоне это был «мини-Коминтерн».
Мне, как и другим сотрудникам Агентства печати «Новости» (АПН), полагалось перед каждой зарубежной командировкой являться в ЦК для беседы и получения ориентировок.
Беседовали с нами разные люди, в том числе и Рахманин. Разговора с ним коллеги побаивались.
Когда мы с Олегом Борисовичем встретились уже после разрушения КПСС и Советского государства, он работал в Институте военной истории. Внимательно посмотрев на меня, он спросил: «Александр Семёнович, я вас в нашей общей прошлой жизни ничем не обидел?» Я ответил, что нет — всё было корректно, сухо, по-деловому. «Это хорошо,— сказал Рахманин.— А то сейчас обиженных много развелось, кто злится на КПСС в целом, а кто на Рахманина конкретно. Обиды стали валютой. Но если у нас с вами всё в порядке, задавайте вопросы».
Разговор этот растянулся почти на двадцать лет. Читатели с живым интересом воспринимали эти интервью. Недавно Олег Борисович собрал тексты наших бесед, опубликованных в «Гласности» и «Правде», и сделал целую книжку.
В моих блокнотах осталось еще много неопубликованного и, как оказывается, очень актуального сейчас: тот же разговор о коммунизме и социал-демократии в Китае. Считаю необходимым обратиться к нему сегодня.

Актуально
— Олег Борисович, в западной прессе всё громче разговоры о новом выборе Компартии Китая — социал-демократии. Насколько это соответствует реальности?
— На мой взгляд, такие построения довольно точно описываются русской поговоркой «Голодной куме всё хлеб на уме».
— Но ведь в КНР происходят серьезные конституционные изменения…
— Естественно. Они фиксируют то, что стало реальностью. И в Конституции КНР, и в Уставе КПК зафиксированы четыре принципа, которыми руководствуются партия и народ: верность социалистическому пути; руководящая роль Компартии; демократическая диктатура народа; верность марксизму-ленинизму, идеям Мао Цзэдуна, теории Дэн Сяопина. Теперь добавилась еще концепция «тройного представительства» — Компартия представляет интересы развития передовых производительных сил, передовой культуры китайской нации, коренные интересы широчайших народных масс.
— В связи с этим самым «тройным представительством» и возникают разговоры о перерождении КПК: бизнесменам открыт путь в партию, они ее просто купят и переведут стрелки на рельсы социал-демократии. Ваше мнение: есть такая опасность?
— Партия не отторгает предпринимателей. Но принимает в свои ряды далеко не всех, а только тех, кто доказал, что работает в интересах народа. Отбор жёсткий. Убежден, что никакой опасности эти люди не представляют. Не забудьте еще и о том, что на всех предприятиях в Китае, независимо от формы собственности, существуют партийные организации КПК. И партийный секретарь несет партийную ответственность в том случае, если не увидел нарушения закона хозяином предприятия. А спрос в Компартии Китая очень строгий — ни у кого не найдется желания испытать его на себе.
— История, конечно, не имеет сослагательного наклонения, но ведь во времена Горбачёва была попытка остановить коммунистическое развитие Китая, сделать то, что мы видим в сегодняшней России. Разве не так?
— Начну с конца. Вы видели разрушение ГДР и других восточноевропейских стран. Ситуация развивалась, как правило, так: в стране создавались условия для «бархатной», «мягкой» или ещё какой-то «нежной» революции. На улицу выводились народные массы, которые выдвигали отнюдь не мягкие, а, наоборот, весьма жесткие требования: «Власть долой!» Правоохранительные органы бездействовали. Ситуация, естественно, выходила из-под контроля. Начинались «перезвоны» с Москвой. По мере разогрева обстановки московские голоса становились всё суше. Наконец, лидеру страны рекомендовали пойти навстречу требованиям народа и передать власть заранее подготовленному, разумеется, преемнику. Кто-то принимался звонить Горбачёву. Но с генсеком его, конечно же, не соединяли. И тогда наступала развязка.
В Китае Горбачёв лично корректировал события. Странным образом совпали по времени официальный визит генсека ЦК КПСС в КНР в мае 1989 года и антикоммунистические манифестации на площади Тяньаньмэнь: там среди лозунгов были и приветствия в адрес Горби! Горбачёв нашел общий язык с тогдашним генсеком ЦК КПК Чжао Цзыяном. Отмечу: позже ЦК КПК дал оценку Чжао Цзыяну как одному из виновников разрастания событий на Тяньаньмэни до требований свержения государственной власти в КНР.
Китайцы поступили по-китайски. Они с почетом приняли генсека ЦК КПСС и с почётом его проводили.
А потом сами разобрались с демонстрантами. Разобрались жёстко.
Некоторые лидеры нашей страны назвали это «драмой», «трагедией» и даже «кровавым преступлением». Им ответил новый лидер КПК Цзян Цзэминь: «Это не драма, а контрреволюционный мятеж». А Дэн Сяопин 16 сентября 1989 года заявил: «Западный мир действительно хочет, чтобы в Китае продолжались беспорядки. Но Запад хочет, чтобы беспорядки были не только в Китае, но и в Советском Союзе, странах Восточной Европы».
Пророческие слова.
 

Памяти солдата


Закончить эти заметки я хочу словами горького прощания с Олегом Борисовичем Рахманиным. Он был верный солдат нашей партии, солдат в том высоком смысле, в каком называл себя солдатом Георгий Константинович Жуков — солдат-защитник: и генерал, и рядовой.
Молодым красноармейцем Рахманин попал в пекло курских боёв, был тяжело ранен, врачи вытащили его с того света. В груди навсегда остался немецкий осколок: даже когда Рахманин поднялся до очень высоких постов в партии и государстве, мудрый Чазов не решился его оперировать — смертельно опасно. Так он и жил с куском крупповской стали под сердцем. С ним и умер.
Рахманин не был обделён высокими наградами, престижными постами и званиями. Но при этом всегда оставался солдатом, человеком, для которого не существовало ни запретных тем, ни уклончивых суждений.
Прощай, солдат!

 

Александр ДРАБКИН. Политический обозреватель «Правды».
 

Администрация сайта не несёт ответственности за содержание размещаемых материалов. Все претензии направлять авторам.