— Артем Вячеславович, закон об искусственном интеллекте принят Госдумой. Почему вокруг этого документа до последних минут шли такие яростные споры?

— Мы приняли закон, который имеет без преувеличения историческое значение не только для цифровой отрасли, но и для будущего всей российской экономики, науки и государственного управления. Мы в КПРФ неоднократно заявляли: Россия ни в коем случае не должна оказаться в положении страны, использующей исключительно иностранные технологии в сфере искусственного интеллекта. В современных условиях тотального санкционного противостояния технологическая зависимость ничем не лучше остальных форм зависимости — это прямая угроза национальной безопасности.

Ярким и очень свежим примером того, чем обернулась слепая зависимость от чужого софта, стал международный прецедент, развернувшийся прямо у нас на глазах. 12 июня 2026 года Министерство торговли США экстренным предписанием по экспортному контролю фактически заблокировало доступ к новейшим американским разработкам — закрытой модели Mythos 5 и ее публичной версии Fable 5 — для любых иностранных граждан. Американская компания Anthropic была вынуждена мгновенно отключить обе модели для всех клиентов в мире.

— И в чем, по-вашему, главный урок этой блокировки?

— Здесь важно зафиксировать ключевую деталь: причиной жесткого запрета со стороны Вашингтона стала вовсе не кража технологий, а сугубо геополитические риски — американцы испугались, что возможности их передовых моделей будут использованы другими странами. Вот вам и весь хваленый «свободный рынок». Именно поэтому КПРФ решительно поддерживает те положения нашего нового закона, которые направлены на форсированное развитие отечественных больших фундаментальных моделей, создание условий для мощной государственной поддержки российских разработчиков, обязательную локализацию обработки данных внутри страны и развитие собственной вычислительной инфраструктуры. Все эти меры напрямую отвечают важнейшим задачам обеспечения технологического суверенитета России.

— В законе появилось принципиальное разделение нейросетей на «национальные» и «суверенные». Это поможет защитить страну от подобных внезапных отключений?

— Это как раз то, на чем жестко настаивала наша фракция. За последние полтора года регулирование искусственного интеллекта в мире сделало гигантский шаг — от ни к чему не обязывающих этических кодексов к жесткому законодательству. Важно понимать, что у технологических лидеров на мировой арене преобладает мягкий стимулирующий подход, где приоритет отдается лидерству в гонке развития искусственного интеллекта даже в приоритете над безопасностью.

Мы должны учитывать этот аспект тоже, чтобы регулирование не уничтожило наши российские модели, которые успешно развиваются. По закону все российские модели будут разделены. «Суверенные» модели должны полностью создаваться нашими разработчиками и обрабатывать данные исключительно внутри России. В «национальных» моделях допускается использование открытых зарубежных компонентов, но базы данных все равно обязаны находиться на территории РФ.

— Председатель Госдумы Вячеслав Володин назвал этот закон «рамочным». Значит ли это, что битва за права простых граждан в сфере ИИ еще не окончена?

— Совершенно верно, закон принят, но это только первый, базовый шаг. Контрольные полномочия Государственная Дума с себя не снимает — Вячеслав Володин четко обозначил, что уже осенью парламент вернется к рассмотрению основных положений и заслушает правительство о том, как принимаются подзаконные акты. И вот тогда начнется самая тяжелая дискуссия, потому что принятый законопроект вызывает целый ряд острейших вопросов, которые нам кровь из носу необходимо дорабатывать. Мы видим несколько фундаментальных направлений, где интересы граждан и государства пока не защищены должным образом.

— И какая проблема, на ваш взгляд, сейчас самая острая?

— Начнем с того, что в законе абсолютно не урегулирован вопрос ответственности за ошибки. Сегодня искусственный интеллект — это не просто развлечение, он уже способен самостоятельно принимать решения, напрямую влияющие на жизнь и здоровье людей: в здравоохранении при постановке диагнозов, в банковской сфере при оценке заемщиков, на транспорте, в системах умного города и государственного управления. Но принятый закон практически не отвечает на фундаментальный вопрос: кто будет нести юридическую и финансовую ответственность за ущерб, причиненный ошибками искусственного интеллекта? Разработчик софта? Владелец этой модели? Конечный пользователь? Или оператор конкретной информационной системы? Очевидно, что эти вопросы требуют четкого и жесткого законодательного регулирования, иначе крайним всегда будет оставаться простой гражданин.

— Вы также упоминали проблему легального пиратства со стороны нейросетей. О чем речь?

— Это второй узел тяжелейших противоречий — статья, посвященная использованию объектов авторского права при обучении отечественных моделей ИИ. Мы прекрасно понимаем: без колоссальных массивов данных создать конкурентоспособную нейросеть невозможно. Но это не значит, что прав у авторов произведений не существует. Текущие формулировки закона не вносят достаточной ясности в этот вопрос. КПРФ будет жестко настаивать на поиске справедливого баланса между развитием технологий и защитой интеллектуального труда. Мы должны убрать эти белые пятна, чтобы авторы получали честные отчисления.

— А как быть с людьми, которые из-за внедрения роботов могут просто потерять работу? Закон это учитывает?

— К сожалению, в законе практически не затронуты глубокие социальные последствия широкого внедрения искусственного интеллекта. И это наша третья большая претензия. Мы обязаны честно признать: ИИ способен массово вытеснять человека из целого ряда профессий. По оценкам экспертов, в ближайшие годы серьезной трансформации подвергнутся финансовый сектор, сфера услуг, транспорт, юриспруденция, программирование, средства массовой информации и многие другие отрасли. На улице могут оказаться миллионы специалистов! Позиция КПРФ принципиальна: государственная политика в сфере ИИ должна в обязательном порядке предусматривать не только поддержку коммерческих технологий, но и масштабные государственные программы переподготовки кадров, бесплатного повышения квалификации работников и социальной адаптации граждан. Для нас это принципиальный вопрос социальной справедливости — цифровая революция не должна оборачиваться нищетой людей труда.

— Но ведь для сильного ИИ нужны не только программы, но и «железо». У нас есть на чем его запускать?

— Вот именно! И это четвертый пункт нашей программы. Мы считаем жизненно необходимым уделить гораздо больше внимания развитию нашей собственной, суверенной технологической базы. Как справедливо отмечал руководитель фракции КПРФ Геннадий Андреевич Зюганов, никакой, даже самый идеальный закон сам по себе не создаст сильный и независимый искусственный интеллект, если в стране параллельно не будут развиваться отечественная микроэлектроника, производство вычислительной техники, центры обработки данных, фундаментальная академическая наука и сильное инженерное образование. Именно поэтому государственная поддержка должна носить комплексный, сквозной характер — от школьных кружков и ведущих университетов до передовых научных центров и высокотехнологичной промышленности. Только так мы сможем гарантировать технологический суверенитета будущего нашей страны.

— Вы назвали закон «рамочным». В чем главная опасность такого формата?

— Пятая и самая тревожная проблема заключается в том, что почти все принципиальные, жизненно важные вопросы переносятся на уровень решений исполнительной власти. Именно министерствам в Правительстве предстоит на свое усмотрение определять, какие модели будут признаваться суверенными и национальными, в каких именно случаях станет строго обязательным применение российских моделей, и как именно будет проводиться проверка ИИ на безопасность.

К сожалению, у нас перед глазами есть крайне негативный опыт регулирования сферы связи, мессенджеров и социальных сетей со стороны Министерства цифрового развития и Правительства, который вызвал массовое и вполне справедливое недовольство граждан нашей страны. На многие вопросы об обоснованности внезапных блокировок и замедлений различных сервисов аргументированные ответы не получены от ведомств до сих пор. Фракция КПРФ поднимала эти темы в зале заседаний неоднократно. И здесь, к сожалению, мы видим полное лицемерие: некоторые новые фракции на словах рвут на себе рубашку, крича о «свободе Интернета и связи», а когда дело доходит до реального голосования — трусливо пасуют. Для нас в этом поведении нет ничего нового, мы в очередной раз убедились в их соглашательской позиции.

— Что КПРФ предлагает делать с этим засилием чиновничьих подзаконных актов?

— КПРФ твердо убеждена: ключевые вопросы развития столь важной, стратегической сферы должны быть максимально жестко и прозрачно закреплены именно федеральным законом, а не инструкциями ведомств. Это повысит стабильность регулирования и обеспечит правовую определенность как для отечественных разработчиков, так и для рядовых пользователей. А передаваемые исполнительной власти полномочия по регулированию в этой сфере требуют самого сурового и неусыпного контроля со стороны парламента.

Мы поддержали этот важнейший закон во всех трех чтениях, потому что прекрасно понимаем: стране необходим жесткий правовой фундамент для защиты своего цифрового суверенитета. Но фракция КПРФ сразу предупредила Правительство и Минцифры — никакого карт-бланша у чиновников не будет. Прямо сейчас, когда избирательная кампания по выборам в Государственную Думу IX созыва уже идет полным ходом, мы заявляем нашим избирателям: битва за их права в цифровой реальности только начинается!

Наш настрой на этих выборах — исключительно боевой, мы работаем только на победу. И эта победа нужна не ради мандатов, а ради того, чтобы уже предстоящей осенью, в рамках нового созыва, развернуть жесткую парламентскую работу по контролю за подзаконными актами Правительства. Мы заставим исполнительную власть переписать сырые статьи, внести ясность в вопросы ответственности за ошибки ИИ, защитить наших художников и писателей от цифрового пиратства и, главное, дать твердые социальные гарантии рабочим и специалистам, чьи места хотят оптимизировать.

Пока другие партии на выборах сыплют красивыми абстрактными лозунгами, КПРФ идет с готовой программой защиты человека труда в век цифровизации. В Думе уже находится наш законопроект «О гарантиях цифровых прав граждан». Не верьте пустым предвыборным обещаниям кандидатов-однодневок — доверяйте только конкретным делам и принципиальной позиции, именно так действует КПРФ! Мы заставим новые технологии служить всему обществу, а не кучке олигархов, и от этой линии не отступим ни на шаг.