«Такая масштабная проверка отчасти связана с развертыванием войск НАТО на границе России. Недавно было объявлено о том, что НАТО собирается дислоцировать четыре батальона численностью примерно в тысячу военнослужащих в Прибалтике и в Польше. Это довольно крупная военная сила, имеющая чисто символическое значение.

Однако не нужно полностью привязывать эти проверки к развёртыванию войск НАТО, так как плановые и внеплановые проверки - это нормальный элемент боевой учебы. Войска всегда должны чувствовать, что командиры и вышестоящие штабы за ними наблюдают. Во внезапных проверках нет ничего экстраординарного.

Что касается состояния системы мобилизации, то это реальный показатель состояния обороноспособности страны. Необходимо совершенно четко понимать, что кадровая армия, которая служит в мирное время, как правило, гибнет в первые дни, недели или месяцы войны, а дальше воюет армия мобилизационная! Если советская армия в момент нападения фашистской Германии имела численность личного состава около пяти миллионов человек, то, заканчивая войну, мы имели Вооруженные силы в составе тринадцати миллионов человек. Эти люди были обучены либо заранее, либо набирались опыта уже в ходе боевых действий. То есть создание мобилизационного резерва - это важнейший компонент обеспечения обороноспособности страны.

В течение последних 25 лет этим компонентом пренебрегали. Те же самые базы хранения оружия и боевой техники просто уничтожались. Танки стояли, заметенные снегом, и никто не интересовался, в каком состоянии находятся их двигатели и прочее оборудование. То же самое происходило и с самолетами.

И вот только сейчас, когда НАТО реально стало продвигаться к нашим границам, начали задумываться о состоянии мобилизационной готовности. Можно сказать, что она находится в достаточно плачевном состоянии, так как контрактная армия убивает мобилизационную готовность.

Мобилизационно готовый человек - это человек, который прошел воинскую службу, который, по крайней мере, умеет ходить в строю, умеет пользоваться оружием, подчиняться приказам. Если у нас только контрактная армия, у нас нет мобилизационного резерва. Мобрезерв - это, прежде всего, люди, а потом уже техника. Поэтому нужно, прежде всего, привлекать людей на сборы.

Что касается молодых людей, которые любыми путями избегают службы в армии, я считаю, что именно это подрывает мобилизационные ресурсы и боевую готовность наших Вооруженных сил. Главную ответственность за это несут те средства массовой информации, те идеологи и политологи и прочие руководители, которые позволили создать в обществе обстановку пренебрежительного отношения к армии.

В советское время служба в Вооруженных силах была мощным средством воспитания молодежи. Однако в 1991 году ментальный код был поменян. Нам было сказано, что у России нет врагов, что армия нам не нужна. А любой способный человек должен всячески уклоняться от этого «позорного занятия». То есть обществу было навязано мнение о том, что служба в армии - это удел абсолютно ни на что не способных людей.

Необходимо переламывать в общественном сознании данную тенденцию. Нужно вновь сделать службу в Вооруженных силах почетной обязанностью. И когда у нас произойдет перелом навязанного нам ложного кода, тогда у нас будет все в порядке с обороноспособностью и мобилизационной готовностью».