На взгляд экспертов ЦИПКР ситуация на утро 1 марта 2026 года выглядит следующим образом.

Краткая сводка по событию и развитие ситуации

В ночь с 27 на 28 февраля 2026 года США и Израиль начали масштабную военную операцию против Ирана. Атаке предшествовал период интенсивных переговоров, которые использовались противником как стратегическое прикрытие. К утру 1 марта поступили подтверждённые данные: Верховный лидер Ирана Али Хаменеи погиб в результате удара по его резиденции в Тегеране. По сообщением иранских источников лидер Ирана в начале атаки США и Израиля отказался покинуть официальную резиденцию и перейти в убежище.

Развитие ситуации по состоянию на утро 1 марта:

Гибель Хаменеи официально подтверждена. Секретарь Совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани объявил о формировании Руководящего совета, который временно принимает управление страной. Президент Масуд Пезешкиан и спикер парламента Мохаммад Багер Галибаф выступили с жёсткими заявлениями, обещая «стереть агрессоров» и нанести разрушительные ответные удары.

Консолидация иранского общества. Вопреки расчётам США на внутренний протест, по всей стране проходят многотысячные митинги в поддержку режима и с требованиями отмщения. В шиитских регионах Ирака и Бахрейна начались столкновения с правоохранительными органами, целями протестующих становятся диппредставительства США.

Ответные удары Ирана. Иран нанёс удары по территории Израиля, Катара, Бахрейна и ОАЭ, заявив о десятках поражённых объектов. США признают лишь «незначительные инфраструктурные повреждения».

Реакция США. Дональд Трамп пообещал «самый масштабный и разрушительный удар» в ответ на иранские действия, заявив, что бомбардировки будут продолжаться всю неделю.

Реакция Израиля. В израильском обществе и политическом истеблишменте — ликование по факту гибели Хаменеи.

Реакция ООН и России. Генсек ООН осудил атаки США и Израиля на Иран. На экстренном заседании Совбеза ООН представитель Ирана заявил: «Мы выражаем нашу искреннюю признательность Российской Федерации и Китаю за поддержку созыва этого чрезвычайного заседания».   Президент Путин провел заседание постоянных членов Совбеза РФ, МИД РФ выступил с осуждающим заявлением, лидер «Единой России» Дмитрий Медведев опубликовал философский пост, где воздал должное многотысячелетнему иранскому государству и предложил подождать сто лет, чтобы увидеть как персидская цивилизация переборет молодую американскую.

Мировое коммунистическое движение. Компартии США и Израиля опубликовали заявления с осуждением атак США и Израиля на Иран.

Мнения экспертов о произошедшем.

Хотя событие для глобальной политики экстраординарное, следует отметить, что российское экспертное сообщество пока очень скупо комментирует развитие ситуации. Большинство известных аналитиков лишь пересказывают события. Тем ценнее ряд острых наблюдений и высказываний экспертов.

Дмитрий Евстафьев (профессор НИУ ВШЭ): «Совместный удар Израиля и США по Ирану, названный „превентивным“, конечно же, был предсказуемым. Слишком велика была сконцентрированная вокруг Ирана группировка сил и средств США, слишком высоки оказались ставки для Израиля... Неожиданным оказалось то, что Вашингтон и Тель-Авив выбрали для военного удара по Ирану уже реализовавшийся сценарий „воздушно-террористического блицкрига“.»

Егор Холмогоров: «Урок нападения США на Иран очень прост: переговоры с США являются прикрытием подготовки нападения со стороны США. Долгие и масштабные переговоры с США являются прикрытием подготовки к долгому и масштабному нападению, со стороны США.»

Александр Дугин: «Когда война началась, ее можно только выиграть. Или проиграть. Сделать вид, что ее нет, невозможно. Сколько ни старайся. Иран теоретически должен был готовиться к этой войне с 1979 года. По крайней мере, так говорилось. <...> Запад — цивилизация Антихриста. Можно, конечно, сейчас сделать вид, что эта война нас не касается. Очень даже касается.»

Рыбарь: «Если Али Лариджани удастся удержать власть в рамках Руководящего совета, то это будет означать усиление прокитайских настроений. Позиции реформаторов в Иране значительно усилились: они последовательно выступают за укрепление связей с Западом. <...> Насколько будет действительно сильным и разрушительным удар Ирана по интересам США в регионе — вопрос со звёздочкой. По топливным объектам никто наносить удары ещё не начинал, обещания закрыть Ормузский пролив пока остаются обещаниями.»

Александр Коц (Русская народная линия): «Сообщается, что тело его (Хаменеи - прим.ред.) было найдено под руинами собственной резиденции. Это в первую очередь говорит о том, что 86-летний иранский религиозный лидер сам выбрал эту судьбу. Я не верю, что у него не было возможности спрятаться в бункере... У Аятоллы наверняка были запасные командные пункты где-то под землей. Но он сам решил не прятаться. И это тот фактор, который американцы никогда не учитывают, нападая на другие страны. Фактор менталитета, культурного кода, религиозности и даже фанатичности, если угодно. Ударами по суверенному государству... они хотели вывести на улицы тысячи протестующих. Но добились обратного эффекта.»

Уроки обезглавливания лидеров неугодных режимов

Произошедшее в Иране подтверждает худшие прогнозы относительно тактики «обезглавливания» (декапитации) неугодных режимов, которую Запад отрабатывает последние полтора десятилетия. В совокупности с недавними прецедентами (Венесуэла, попытка атаки на резиденцию В.В.Путина в Валдае) формируется новая реальность, требующая немедленного осмысления и реагирования.

Исторический контекст и природа угрозы

Юрий Крупнов (аналитик, из доклада 2017 года): «Декапитация – убийство лидеров суверенных государств. <...> До 20 октября 2012 года, когда произошло демонстративное убийство Каддафи, главной технологией подрыва неугодных государств являлась технология смены режима. Однако перед казнью Саддама Хусейна в 2006 году было решено провести исследовательское тестирование на действующих руководителях государств эффекта от просмотра "случайно оказавшейся" в интернете видеозаписи его казни. <...> Подобная любовь к публичному убийству и отрезанию голов правителей неугодных США стран очень характерна для мрачной западной репрезентационности верховной власти и имперского мышления. <...> Эта репрезентационность основана на десакрализации властного служения. Она толкает на самые мрачные архаичные формы взаимодействий между народами по праву талиона – т.е. по принципу "кровь за кровь". <...> Однако следует понимать, что декапитация лидера страны далее ведёт к децимации русских и российского населения. И это сейчас не понимает только идиот.»

Переговоры как прикрытие и психология Трампа

Историк Дюков: «История с реакциями на атаку по Валдаю - она о том, что надо понимать собеседника. Наши исходили из того, что Трамп разозлится на Зеленского за нарушение переговорных правил и накажет его. А Трамп разозлился на Зеленского потому, что ожидал, что Россия сейчас пойдет на эскалацию и это изменит ситуацию на переговорах. А когда Трамп увидел, что эскалации со стороны России нет, то злиться на Зеленского перестал. Потому что на что злиться? На нарушение правил? Да плевал Трамп на любые правила. Трамп мир видит как поле силового взаимодействия и готов договариваться в соответствии с этим. <...> Через некоторое время Трамп разберется в феномене Грозного Русского Молчания и решит, что нас надо прессовать. И пресловутыми правилами, как Байден, он сдерживаться не будет.»

Анатомия обезглавливающего удара

Павел Данилин: «Ну что же, у Ирана был целый год, чтобы закупить ПРО и ПВО у России и Китая. Да, русские много бы из современного не продали. Но старенького — почему бы и нет. Вот и посмотрим, сделал ли Иран правильные выводы из произошедшего с ним год назад.»

Рыбарь: «Ещё один неочевидный тезис результативного удара иранцев по объектам США заключается в том, что до сих пор американцы не сталкивались с таким широким спектром одновременных атак на свои зарубежные базы. <...> И для ВС США это фактически в новинку отражать удары в таком количестве и масштабе.»

MIG41: «План США ясен, как белый день: ударами с воздуха вынудить аятолл, КСИР и прочий бассидж "ныкаться по норам", одновременно провоцируя недовольных (коих в стране очень много) выйти на улицы.»

Информационная блокада как элемент обороны

Mardan: «Иран полностью отключил интернет в стране. События последних месяцев показывают, что лояльность населения режим растерял весьма всерьёз и значительная часть иранцев "гуманитарную интервенцию" вполне себе поддерживает. <...> Тегеран сдал информационный фронт без боя.»

Юрий из Сум: «В Иране отключен Интернет... Логично. Израиль и США явно задумали блицкриг, важнейшим фактором которого должен стать внутренний протест, который будет координироваться через сети. Теперь вся нагрузка в этом ляжет на Илона Маска.»

Консолидация или хаос?

Марков: «Свергнуть руководство Ирана — не понятно, получится ли? Могут и массы снести режим. Но массы могут и консолидироваться вокруг режима в условиях внешней агрессии.»

Александр Дугин: «Иранская идеология построена на прямом отождествлении Запада с Даджалом (Антихристом). С позиции глубинного православия всё так и есть. <...> Но никак не можем до конца себе признаться в последних истинах этой войны.»

Вывод для России: Иранский прецедент со всей очевидностью демонстрирует, что администрация Трампа не связана нормами международного права и готова наносить удары по высшему руководству суверенных государств под прикрытием переговорных процессов. «Грозное русское молчание» может быть воспринято не как сила, а как слабость, провоцируя противника на эскалацию.

Системные последствия для позиций России

Данный прецедент наносит удар по репутации России как гаранта безопасности союзников и одновременно обнажает юридическую и политическую уязвимость заключённых соглашений, создавая новые риски и возможности.

Юридический аспект: Договор с Ираном

Адвокат К.Г.Сердюков: «Как будем поддерживать стратегического союзника? Выпустим страшное оружие — М. Захарову? Напомню: Есть Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве между Российской Федерацией и Исламской Республикой Иран от 17 января 2025 года. Статья 1: "Договаривающиеся Стороны стремятся к углублению и расширению отношений во всех сферах, представляющих взаимный интерес, укреплению кооперации в области безопасности и обороны..." ч.3 ст.3: "В случае если одна из Договаривающихся Сторон подвергнется агрессии, другая Договаривающаяся Сторона не должна оказывать никакой военной или иной помощи агрессору, способствующей продолжению агрессии, и будет содействовать тому, чтобы возникшие разногласия были урегулированы на основе Устава Организации Объединенных Наций..."»

Молчание официальных лиц в первые часы после атаки на стратегического партнёра, с которым менее двух месяцев назад подписан договор о стратегическом партнёрстве, подрывает доверие к любым будущим гарантиям безопасности со стороны РФ. Это обстоятельство остро комментировалось в первые часы атаки, когда лидер Ирана уже был убит, в экспертной среде:

Дмитрий Смирнов: «Как будем поддерживать стратегического союзника? Выпустим страшное оружие — М. Захарову?»

Дмитрий Борисенко: «Простите, я пропустил. А российский МИД уже выразил озабоченность или после вечера пятницы еще "не в форме"?»

MIG41: «Уже два-три часа как США/Израиль осуществляют агрессию против страны, входящей в БРИКС, но даже словоохотливые депутаты и сенаторы молчат, как рыбы об лёд. Почему? Так ведь суббота! А у кого-то, может быть, и шаббат!»

Геополитические развилки

Русский ориенталист: «Если Штаты там завязнут... цена на нефть поднимется, российский бюджет получит дополнительные средства... переговоры с Украиной успехом не увенчаются. Тогда нас ждёт новый этап войны, ещё на год-два. Если же у американцев быстро выйдет... они покажут, что в военном плане остаются на недостижимом уровне. Любая страна мира будет выполнять американские требования.»

Дмитрий Евстафьев: «С одной стороны, дискредитирован не только переговорный процесс вокруг иранских ядерной и ракетной программ, но и все "миротворческие" инициативы, анонсированные Д. Трампом. <...> С другой стороны, после произошедшего крайне сложно будет подыскивать аргументы в пользу отказа "пороговых" стран от ядерных программ.»

Vita Verin: «Режимы в Венесуэле и Иране он (Трамп) сокрушает не ради абстрактной идеи демократического транзита, а только ради национальных интересов своей страны. <...> На примере Венесуэлы мы видим либерализацию... смена диктаторских режимов выходит побочным продуктом.»

Убийство Хаменеи и временное замешательство в Тегеране показывают, что США были близки к реализации «быстрого» сценария, что резко повышает ставки для всех противников Вашингтона, включая Российскую Федерацию. Но удастся ли «быстрый» сценарий?

Российская проекция иранского прецендента: невозможная возможность?

Анализ сценария прямого военного удара по руководству РФ требует учёта как военно-технических, так и политических факторов. Мнения экспертов сходятся в том, что угроза реальна, особенно под прикрытием переговорных процессов, и требует немедленного переосмысления подходов к национальной безопасности.

Переговоры как прикрытие

Дмитрий Евстафьев: «Неполиткорректный вопрос. Тут говорят, что Трамп с Нетаньяху под прикрытием переговоров с Тегераном планировали обезглавливающий удар по Ирану. А мы понимаем, что ровно так же Трамп, британцы, израильтяне, европейцы при содействии Зеленского и полезных идиотов внутри России под прикрытием переговоров о мире на Украине может прямо сейчас начинать готовить обезглавливающий удар в отношении России? Не может, говорите? <...> Помни войну. Не давай врагу усомниться в твоей воле и решительности. Не верь, не бойся и бей первым наповал.»

Егор Холмогоров: (см. выше) «Переговоры с США являются прикрытием подготовки нападения.»

Фактор внезапности и отсутствие «правил»

Историк Дюков: (см. выше) Трамп не признаёт правил, его сдерживает только сила. «Грозное Русское Молчание» может быть воспринято как слабость, провоцируя на удар.

Глубинная цель — децимация

Юрий Крупнов: (см. выше) За декапитацией лидера следует децимация (уничтожение десятой части) населения. Уничтожение руководства — лишь первый шаг к тотальному слому государства.

Военные уроки и сдерживание

MIG41: «Посмотрим, что из этого у пиндосов получится, а что нет.»

Рыбарь: Опыт отражения массированных ударов показывает, что противник может быть не готов к эскалации, но и Ирану пришлось тяжело. Российские системы ПВО, аналогичные иранским, могут быть уязвимы для стелс-технологий.

Марков: «Войны легко начинаются и сложно заканчиваются. Могут быть какие-то катастрофические потери США и Израиля? Несколько сотен погибших в одном месте? Что заставит власти закончить войну? Может и такое быть.»

В.Р. Соловьёв: «Нужно перестать питать иллюзии. Мы воюем не с Украиной, а с НАТО на территории Украины. Характер НАТО и их хозяев-американцев сейчас полностью показан в их агрессии против Ирана. Как они будут действовать? Будут использовать санкции, давление, пытаться ослабить экономику, посеять сомнения, воздействовать через международные структуры. Поэтому нужно готовиться к длительной войне — перестраивать экономику, усиливать суверенитет, не поддаваться на обманчивые сигналы Запада, решать наши задачи жёстко и быстро. <...> Затягивание конфликта опасно... Поэтому настало время никого не слушать и никого не слышать, кроме собственной воли и интересов нашего государства. Нужно уничтожать нависшую угрозу, которая стала прямой и ясной.»

Россия — ядерная держава, что пока является главным сдерживающим фактором от прямого «лобового» сценария. Однако гибридные атаки (диверсии, удары дронов, кибератаки, экономическое удушение) остаются в арсенале противника, и именно через них может готовиться почва для решительного удара.

Внутренняя консолидация

Александр Дугин: В случае прямой угрозы национальному лидеру возможна консолидация общества, как это потенциально происходит в Иране.

Марков: Вариант с консолидацией вокруг режима при внешней агрессии реален, но не гарантирован. Однако рисковать, проверяя это на себе, недопустимо.

Некоторые выводы с учётом всех экспертных оценок

1. Иран стал полигоном для отработки технологии «обезглавливающего удара» под прикрытием дипломатии. Россия обязана извлечь все технические и тактические уроки.

2. Репутационный ущерб требует немедленной компенсации. Молчание и нерешительность в первые часы после атаки на стратегического партнёра подрывают доверие к гарантиям безопасности со стороны РФ. Договоры о стратегическом союзничестве с Сирией, Венесуэлой, Ираном должны были подкрепляться демонстрацией решимости. Геополитичсекие оппоненты явно ее пока не считывают, наблюдая за российской стороной.

3. Переговорные процессы с Западом в свете уроков Венесуэлы и Ирана должны рассматриваться исключительно как потенциальное прикрытие Запада для удара по оппонентам. Любые мирные инициативы, особенно в контексте Украины, требуют сохранения повышенной боеготовности и недопущения шапкозакидательских настроений. Как подчёркивает телеведущий В.Р. Соловьёв, необходимо «перестать питать иллюзии» и жёстко решать задачи по уничтожению угроз.

4. Ядерный фактор остаётся главным сдерживающим, но не исключает гибридных и точечных ударов. При этом, как подчеркивает эксперт Дюков, нельзя демонстрировать «Грозное Молчание», которое Трамп может счесть слабостью — сигналы должны быть чёткими, понятными и подкреплёнными реальными действиями.

5. Опыт преодоления иранской ПВО требует срочных выводов для  модернизации защиты воздушного пространства над стратегическими объектами, а также развития средств радиоэлектронной борьбы для противодействия высокоточному оружию.

6. Внутренняя консолидация. Государственная пропаганда и патриотическое воспитание должны быть направлены на формирование готовности к защите Родины.

Заключение

Атака на Иран и убийство Али Хаменеи знаменуют собой начало новой эры, где право силы окончательно возобладало над международным правом. Россия, обладая ядерным арсеналом и волей к сопротивлению, должна быть готова к любому развитию событий, но главное — не допустить повторения иранского сценария на своей территории. Как  публицистично заметил первый зампред Совета Безопасности Дмитрий Медведев: «Вопрос в том, у кого больше терпения, чтобы дождаться бесславного конца своего врага. США каких-то 249 лет. Персидская империя была основана более 2500 лет назад. Посмотрим лет через 100…» Однако, как показывает практика, терпение Вашингтона может обернуться стремительной агрессией. Расслабленность и «Грозное Молчание» недопустимы. Единственный способ избежать повторения иранского прецедента — быть сильным, решительным и не оставлять у противника иллюзий относительно цены удара по российскому руководству.