Эксперты Центра исследований политической культуры России проанализировали международную реакцию, аналитические оценки и возможные последствия для хода СВО атаки на резиденцию президента России Путина на Валдае. 

На основе контент-анализа публикаций СМИ и соцмедиа, включая экспертные оценки и обзор международной прессы, Центр исследований политической культуры России подготовил обобщение ключевых оценок и выводов, а также международной реакции на сообщения об атаке вооруженных сил киевского режима на резиденцию российского президента В.В.Путина на Валдае в Новгородской области.

1. Две точки зрения на инцидент

Позиция России и ее союзников

• Суть обвинения: Украина в ночь с 28 на 29 декабря запустила 91 ударный дрон по резиденции «Валдай» с целью теракта и срыва мирных переговоров. Ряд экспертов утверждают, что на кону стояла не только безопасность российского президента, но и функционирование пункта управления российской ядерной триадой.
• Новые детали (Брифинг Минобороны от 31 декабря): Спустя двое суток Минобороны РФ провело официальный брифинг (генерал-майор Александр Романенков), представив свою версию событий. Заявлено, что атака была «эшелонированной» и шла с территорий Сумской и Черниговской областей Украины через Брянскую, Смоленскую и Тверскую области. В качестве доказательства были продемонстрированы обломки БПЛА самолетного типа «Чаклун-В» (модификация 2024 года) с неразорвавшейся боевой частью весом 6 кг. Военные утверждают, что дроны шли на предельно малых высотах, пытаясь «перегрузить ПВО», но все цели были уничтожены.
• Реакция Кремля: В заявлениях главы МИД Лаврова, помощника президента Ушакова, пресс-секретаря президента Пескова нападение на резиденцию Валдай трактуется как террористический акт. Песков 30 декабря подчеркнул, что при таком массовом налете «не требуется дополнительных доказательств» для общественности, а вопросы по обломкам — компетенция военных. Заявлено о пересмотре позиций на переговорах и неизбежном военном ответе.

Позиция киевского режима и западных скептиков (основной тренд в западных и международных СМИ)

• Полное отрицание: Украинская сторона заявляет, что атаки не было. Президент Зеленский назвал это «очередной ложью РФ».
• Требование доказательств: Украина и западные издания (Der Spiegel, Le Monde) отмечают несоответствия в российской версии. Немецкий Spiegel указывает, что Лавров обычно не комментирует военные удары, а резиденция защищена как минимум 12 системами «Панцирь-С1», что делает ее крайне сложной целью. Источники в окружении президента Франции Макрона заявили Le Monde, что «весомых доказательств атаки не существует».
• Объяснение мотива: По мнению Киева, заявление Москвы — это ложный предлог для новых ударов по Украине (в т.ч. по Киеву) и попытка сорвать мирные инициативы, обсуждавшиеся на встрече Зеленского и Трампа 28 декабря. Financial Times и TRT отмечают, что, несмотря на отрицание Киева, Россия выигрывает информационную битву, заставляя Трампа сомневаться в Зеленском и «вбивая клин» между ними.

2. Суть международной и российской реакции

Международная реакция осталась ограниченной и разделенной, однако появились новые акторы.

Круг поддержки РФ:

На основе мониторинга официальных публичных заявлений был составлен список стран, высказавших официальную позицию. Их реакции можно разделить на несколько категорий:

• Осуждение и выражение солидарности с РФ:
  • Пакистан (премьер-министр Шахбаз Шариф).
  • ОАЭ (МИД назвал атаку «гнусным актом»).
  • Никарагуа (письмо сопрезидента).
  • Бахрейн (МИД).
  • Казахстан и Узбекистан (президенты Токаев и Мирзиеев в разговорах с Путиным осудили «провокационные действия»).
  • Таджикистан (президент Э.Рахмонов).
  • Белоруссия (президент А.Лукашенко).
  • Сербия. Президент Александр Вучич заявил, что нападения на лидеров неугодных стран — это «старая традиция НАТО» и «старая кухня», проведя параллель с атаками на Слободана Милошевича в 1999 году.
• Выражение озабоченности и призыв к дипломатии:
  • Индия (премьер-министр Нарендра Моди).
  • Китай (МИД КНР призвал к сдержанности).
  • Иран. Тегеран занял сдержанную позицию, призвав к мирному разрешению конфликта без прямого осуждения конкретного инцидента.

📌 Ключевой вывод: Реакция сосредоточена в странах «Глобального Юга» и партнерах РФ. Однако дипломатическое давление на Киев усиливается: как пишет Financial Times, даже при всех западных криках о якобы «отстуствии доказательств» обвинения Москвы ослабили позиции Украины перед Трампом.

Непроясненная до сих пор официальная позиция США и Запада

• Позиция Дональда Трампа: Остается двойственной. Он выразил гнев («очень зол»), узнав об инциденте при личном разговоре от Путина, но публично признал отсутствие подтверждений от разведки.
• Позиция официальных лиц США: Посол США в НАТО Мэтью Витакер в интервью Fox News заявил: «Непонятно, действительно ли это произошло». Он назвал потенциальную атаку «безрассудной», если она была, но подчеркнул, что данные есть только у российской стороны.
• Консенсус западных СМИ: Основная часть западных СМИ транслирует нарратив, что история используется Кремлем как предлог. Der Spiegel подчеркивает странный тайминг заявления (сразу после якобы успешных переговоров Трампа и Зеленского).

3. Позиции политических сил в России

В российской политической элите существует консенсусная реакция на события.

• Вячеслав Володин (Госдума): «Ответ обязательно должен быть жестким. Прощать нельзя».
• Лидеры фракций (Зюганов, Васильев, Миронов, Слуцкий, Нечаев): Единогласно осудили «киевский режим» и его «западных хозяев» (лондонский след), призвав к жестким мерам и пересмотру переговорных позиций.

4. Усиленный «туман войны»

Агрегируемые данные позволяют проанализировать проявления «тумана войны», которые сохраняются даже после брифинга Минобороны 31 декабря.

1. Детальная хронология и география:

• Версия МО РФ: Атака шла с 19:20 28 декабря до утра 29 декабря. Дроны летели через Брянскую, Смоленскую и Тверскую области. Показана карта с маршрутами.
• Противоречие: Губернатор Новгородской области и местные сводки изначально сообщали о 41 сбитом дроне (18+23). Цифра «91» появилась у Лаврова и позже была подтверждена МО за счет включения дронов, сбитых в других регионах (Брянск, Смоленск).
• Вывод: Нет принципиальной разницы 91 или 41 дрон, так как для перегрузки ПВО в нынешнем военном конфликте используются разного рода отвлекающие объекты.

2. Альтернативные версии запуска:

• Появились версии, ставящие под сомнение запуск исключительно с Украины. Ресурс L'AntiDiplomatico и ряд экспертов (Владимир Попов, МК) допускают запуск дронов с территории Латвии (н.п. Малнава, база канадских БПЛА) или использование диверсионных групп (ДРГ) непосредственно из лесных массивов Новгородской или Псковской областей. Версия о прорыве с Украины в таком случае могла быть отвлекающим маневром.

3. Поведенческое противоречие и реакция на месте:

• Отсутствие оповещения жителей об атаке дронов: Журналисты опросили 14 жителей Новгорода и Валдая. Никто не получал СМС-оповещений, жители Валдая не слышали звуков дронов, работы ПВО или взрывов.
• Отсутствие визуальных подтверждений в момент атаки: В отличие от других регионов, где работу ПВО сразу снимают очевидцы, видео из района Валдая в публичном поле отсутствуют. Кадры обломков («Чаклун-В») были показаны Минобороны только спустя двое суток на специальном брифинге, а не на месте падения.

Как видим, все находящиеся в информационном обороте «нестыковки» явно носят второстепенный характер.

Известный пропагандист Арестович (в реестре террористов и экстремистов в РФ) сразу объявил, что Украина пыталась атаковать не просто резиденцию Путина, а спецобъект управления ядерной триады РФ.

«По их информации западных источников, удар был — это не я утверждаю, это они говорят. Второе: это была не просто резиденция, это специальный объект Российской Федерации, предназначенный для управления вооружёнными силами Российской Федерации в случае ядерной войны. То есть по значению это, как если бы кто-то атаковал борт номер один — президентский самолёт США. Это спецобъект, это целый город с наружными сооружениями, подземными сооружениями и узлами связи», — сообщил Арестович. Он отметил, что украинские БпЛА направлялись к узлам связи, однако не долетели.

5.Контекст, дальнейшие шаги РФ, некоторые итоги

• Информационная кампания: Инцидент явно тянет для легитимации жесткого ответа. Песков заявил, что доказательства для публики вторичны при факте «массовой атаки».
• Демонстрация силы: Минобороны опубликовало кадры развертывания комплексов «Орешник» в Беларуси, связывая это с угрозами безопасности.
• Дипломатический клин: Россия успешно использует инцидент для дискредитации Зеленского в глазах Трампа и «Глобального Юга», представляя Киев как недоговороспособную сторону, срывающую мирный процесс.

Сводные выводы

1. Информационное наступление РФ: Несмотря на скепсис Запада и отсутствие независимых подтверждений (спутниковых снимков, видео очевидцев), России удалось навязать свою повестку дня ключевым нейтральным игрокам (ОАЭ, Индия, Китай) и зародить сомнения у Трампа. Киев оказался в позиции оправдывающегося.
2. Возможность эскалации: Официальное оформление версии о «теракте на Валдае» через брифинг МО РФ (с демонстрацией карт и обломков) создает юридическую и политическую базу для отказа от текущих переговорных форматов и нанесения ударов по «центрам принятия решений» (о чем предупредил Лавров).

Таким образом, инцидент на Валдае окончательно перешел из разряда военного события в инструмент большой геополитической игры, направленной на переформатирование условий будущего диалога с администрацией Трампа. Вполне возможно изменение инерционного сценария хода СВО.

Подготовили:

А.М. Михальчук, А.М. Богачев,

С.П. Обухов, доктор политических наук

Отв. за выпуск: С.П. Обухов, доктор политических наук,

И.М. Куприянова