Депутат С.П. Обухов на пленарном заседании представил пакет из семи поправок, убирающих из избирательного законодательства ДЭГ, электронные бюллетени и «особые комиссии». В своей речи он перечислил 10 пунктов восстановления избирательных прав и напомнил, как «Ростелеком» менял код системы прямо во время выборов, а суды разрешали подписывать протоколы «филькиными грамотами». Публикуем полный текст выступления.*

«Чёрный ящик» вместо урны

Фракция Коммунистической партии Российской Федерации вносит пакет поправок. Они посвящены одному: убрать из избирательного законодательства цифровую муть и непрозрачность. И сразу хочу предупредить: сейчас меня обвинят в «технофобии». Не надо. Мы не против техники. Мы — за контроль. За то, чтобы выборы оставались делом людей, а не шифровальщиков, теневых администраторов и закрытых серверных частных фирмочек.

Наша позиция, неоднократно заявленная фракцией, предельно проста: бумажный бюллетень материален, проверяем и понятен каждому. Его можно пересчитать вручную, опломбировать, предъявить наблюдателю и любому гражданину. Электронный же бюллетень — это информация в двоичном коде, на нерусском языке программирования, записанная в «чёрный ящик», куда наблюдателю и простому гражданину вход запрещён. Нас призывают принять на веру систему, которую никто не может проконтролировать. Для избирателя эта система — образно говоря, ящик из-под бананов с мигающими лампочками.

Системный порок: хроника цифрового беспредела

Я пройду по каждой поправке. Но прежде — коротко о том, что мы уже видели на практике. Коллеги, это не теория, это реальность.

2023 год — в ночь с 8 на 9 сентября у компании «Ростелеком» прямо во время выборов произошла подмена кода системы ДЭГ. Данные с волеизъявлением избирателей по всем регионам были изменены. Мы, депутаты, добились лишь признания этого факта на «круглом столе» в ЦИК в феврале 2024 года.

2024 год — после выборов выяснилась разница между данными из «блокчейна» и официальными протоколами. Она составила 211 тысяч избирателей. Никто по этому поводу так и не объяснился. Вражеская хакерская атака 15 марта остановила работу ДЭГ — более 80 тысяч московских избирателей , по оценкам экспертов, де-факто, лишились права голоса. А члены ТИК ДЭГ подписали протокол не сертифицированной электронной подписью — по сути, филькиной грамотой. Суды сказали: закон об электронной подписи на избиркомы почему-то не распространяется.

Москва, сентябрь 2024 года — наблюдатели обнаружили заранее проголосованные электронные бюллетени. Это подтвердил ДИТ Москвы. А окружные комиссии подписали спущенные сверху протоколы с загадочной строкой «XXX».

Калужская область, 2025 год — избирательная комиссия официально призналась: у неё нет компетенций рассматривать жалобы на ДЭГ.

Это не «отдельные сбои». Это системный порок.

«Вы наш последний рубеж»: наказ избирателей

Коллеги! Я продолжу с того, что лежит у меня на столе. Это обращение граждан. После рассмотрения нашего законопроекта в первом чтении активисты-наблюдатели пришли во все фракции — с папками, с подписями, с болью. Они не получили внятных ответов от докладчика из «Единой России», уважаемого Дмитрия Вяткина. И тогда они пришли к нам. К коммунистам. И сказали: «Вы наш последний рубеж. Вы должны убрать из выборов эту цифровую муть и непрозрачность».

Коллеги, это не фигура речи. Это голоса наших избирателей. Мы эти обращения проанализировали, объединили, усилили и внесли в комитет пакет поправок — № 1, 4, 11, 13, 14, 18, 22.

10 пунктов восстановления избирательных прав

Давайте я скажу коротко, что граждане требуют — и что дадут наши поправки, если Госдума их поддержит.

1. Голосование только лично, с использованием понятных всем бумажных бюллетеней, в течение одного дня. Никаких «многодневок» и «цифровых двойников».
2. Запрет на непроверяемые системы интернет-голосования (ДЭГ) и московские терминалы электронного голосования (КЭГ). Никаких «чёрных ящиков» на участках.
3. Протоколы, сводные таблицы и списки избирателей — только в бумажном виде. Чтобы можно было пересчитать, опломбировать, предъявить наблюдателям и судьям.
4. Только собственноручные подписи. Никаких «усиленных электронных», которые можно подделать, не выходя из кабинета.
5. Членам комиссий и наблюдателям не потребуется специальных технических знаний. Выборы должны быть понятны любому гражданину, как требует закон, а не только продвинутому айтишнику.
6. Невозможность вмешательства хакеров и иностранных лиц. Когда нет интернет-канала — нечему взламывать. Когда нет удалённого доступа — неоткуда вбросить.
7. Возврат контроля над выборами от исполнительной власти и частных компаний избирательным комиссиям. А не «Ростелекому», который меняет код системы прямо во время голосования.
8. Выборы — на государственном языке. Русском, а не на Python.
9. Обжалование итогов в региональных судах. А не только в Тверском районном суде Москвы, как сейчас для ДЭГ. 
10. Сохранение юридической ответственности за недостоверные сведения в списках избирателей. Чтобы никто не мог сказать: «А это электронная ошибка, мы не виноваты».

Это не мои хотелки. Это требования избирателей, которые увидели, что происходит с выборами, когда их заменяют бесконтрольным цифровым суррогатом.

Разбор поправок: что требуют граждане

А теперь — к поправкам. Коротко, по делу, без повторов. Суть каждой поправки — в одной фразе, которая всё объясняет.

Поправка № 1

Убираем из статьи 2 легальные определения электронного голосования, ДЭГ, электронного бюллетеня.

Граждане требуют: «Уберите эти цифровые фантомы из закона. Нужна не видимость законности, а реальный закон. Потому что под видом "технологий" нам пытаются узаконить электронные манипуляции и "чёрный ящик".»

Поправка № 4

Запрещаем создавать специальные территориальные комиссии для ДЭГ.

Граждане требуют: «Не надо плодить цифровые удельные княжества. Выборы едины для всех — и для человека с паспортом, и для человека с ноутбуком. А особые комиссии — это особые правила манипуляций»

Поправка № 11

Убираем норму, где количество бюллетеней при ДЭГ определяется «решением комиссии».

Граждане требуют: «Учёт бюллетеней — святое. Никаких "по решению". Только закон, жёсткий и единый. Иначе — прощай, честный учёт, здравствуй, цифровой вброс.»

Поправка № 13

Исключаем пункт 15 статьи 64, легализующий электронное голосование на выборах и референдумах.

Граждане требуют: «Доверие к программисту из "Ростелекома" — не замена доверию к избирательной урне. Гражданин имеет право видеть свой голос, а не "молиться" на серверную стойку.»

Поправка № 14 (ключевая)

Полностью исключаем статью 64.1 о дистанционном электронном голосовании.

Граждане требуют: «ДЭГ — это "чёрная дыра", куда исчезают голоса, ответственность и само понятие честных выборов. Хватит кормить страну цифровыми иллюзиями!»

Поправка № 18

Переносим запрет цифровой непрозрачности на выборы в Государственную Думу.

Граждане требуют: «Госдума, проголосовавшая за цифровую непрозрачность, — это парламент с сомнительной легитимностью. Мы что, сами себе роем яму?»

Поправка № 22

Запрещаем ДЭГ на выборах Президента Российской Федерации.

Граждане требуют: «Ставить судьбу страны на цифровой кон — преступление перед будущим России. Президент, избранный исключительно через ДЭГ с кнопочками и непонятными серверами, будет президентом "электронного пула". А у нас должен быть народный президент!»

Резюме: голосуйте за доверие, а не за мигающие лампочки

Уважаемые коллеги! За семью поправками — не только мнение депутатов фракции КПРФ, но и подписи неравнодушных гражданских активистов. За семью поправками — опыт борьбы с реальными сбоями и исчезнувшими голосами.

Фракция КПРФ требует: никакого ДЭГ, только бумажный бюллетень, только живой подсчёт, только общественный контроль!

Прошу поддержать поправки № 1, 4, 11, 13, 14, 18, 22.

Голосуйте не за «технологии». Голосуйте за доверие людей. Голосуйте за честные выборы.

Спасибо за внимание.