Между тем, защита пыталась доказать суду, что Любутов уговорил их клиента взять деньги, от которых тот всеми силами отказывался.

На заседание суда главного свидетеля обвинения — бывшего начальника отдела продаж «Правовой центр «Эксперт» (позже компания была переименована в «Мира») доставили под конвоем.

В ходе следствия 27-летний Любутов признал вину и заключил досудебное соглашение о сотрудничестве. А 5 апреля по приговору Тверского суда Москвы он получил 2,5 года колонии за покушение на мошенничество в особо-крупном размере (ст. 30 и ч.4 ст. 159 УК) и был взят под стражу.

 В ходе сегодняшнего слушания свидетель поведал об обстоятельствах, которые привели его и Дмитрия Митяева на скамью подсудимых. Стоит отметить, что последний в отличие от Любутова вину не признал. Именно потому с 10 апреля его дело слушается отдельно.

Между тем, в ходе процесса Любутов полностью изобличил своего бывшего коллегу. Он не стесняясь называл Митяева своим «соучастником» и «подельником» и заявил, что это Митяев определил сумму вознаграждения в 3 млн рублей.

«Люди менялись как перчатки»

Николай Любутов рассказал, что с Дмитрием Митяевым он был знаком по работе — оба на разных должностях трудились в Правовом центре «Эксперт». Компания готовила к продаже объекты подконтрольной минобороны организации — скандально известного «Оборонсервиса». Как оказалось, сам Любутов проработал там всего три месяца. Он был начальником отдела продаж, торгов, инвестиционных проектов.

«В этой компании была специфика работы такая — люди менялись как перчатки, их переставляли с должности на должность. Мы с Дмитрием Геннадьевичем были там еще старожилами», — заметил Любутов. Свидетель пояснил, что до этого четыре года трудился главой муниципального образования «Левоборежное» и имел опыт реализации городского имущества. Позже, уже работая в «Мире», ему поручили разработать систему электронных торгов.

По его словам, уже после того, как он уволился, к нему в конце лета — начале осени 2012 года обратился бизнесмен Михаил Пашкин, «который, как оказалось, действовал в рамках оперативного эксперимента».

Тот проявил интерес к одному из объектов «Оборонсервиса» — Щелковскому комбинату бытового обслуживания, и попросил Лубутова посодействовать в скорейшей покупке имущества — за 2-3 недели. Так как Любутов уже не работал в «Мире», то он обратился к Дмитрию Митяеву, который занял в компании должность начальника отдела продаж.

«Митяев обещал сделать все таким образом, чтобы объект на электронных торгах был приобретен организацией, принадлежащей Пашкину — Институту строительной экспертизы. В подробности он меня глубоко не посвящал», — признался Любутов.

Он пояснил, что каждый из соучастников должен был получить по полтора миллиона рублей. При этом часть денег — 50 тыс рублей предполагалось передать оценщику Александру Семеренко, гендиректору «Оценка Бизнеса». Эта организация сотрудничала с компанией «Мира».

«Он сказал, что за сумму меньше 3 млн связываться нет смысла»

«Изначально Пашкин вел речь о сумме не более 2% от стоимости объекта. Мы обсудили это с Дмитрием Геннадьевичем, но он сказал, что за сумму меньше 3 млн связываться нет смысла, так как это опасно», — поделился подробностями переговоров свидетель.

Отвечая на вопросы прокурора, Николай Любутов признался, что заказчик также просил максимально занизить стоимость объекта. Однако оказалось что этого сделать нельзя: «Когда мы поговорили с Митяевым, то выяснилось, что занизить стоимость будет невозможно, так как объект итак был оценен в довольно низкую сумму — 35 млн рублей».

Николай Любутов признался, что что с самого начала момента общения с Пашкиным, тот являлся для него «загадкой». «Он постоянно задавал уточняющие вопросы. Как я позже понял — выполнял указания, данные ему при оперативном эксперименте. То есть нужно было узнать кто, что и за сколько сделает», — добавил свидетель.

Николай Любутов рассказал, что первоначально заказчик должен был передать ему лишь часть денег, но 22 октября во время встречи в районе станции метро «Белорусская» тот неожиданно привез всю сумму, после чего его и задержали.

По словам свидетеля, когда он оказался в здании Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД, ему дали понять, что отпираться нет смысла: в комнате где него на несколько минут оставили одного, на столе лежал ворох распечаток всех телефонных разговоров сотрудников компании «Мира», в том числе его и Митяева.

«Не задержать нас не могли. Так как шла целенаправленная слежка. Мои показания вряд ли бы отягчили его судьбу»,— сделал вывод Митяев. Он согласился на следующий день поучаствовать в оперативном эксперименте и на встречу с подельником отправился обвешанный аппаратурой.

23 октября 2012 года после выхода их кафе «Кофе-Хауз» на Остоженке Любутов передал Митяеву его «долю» — 1,5 млн рублей. Деньги были пронумерованы и отксерокопированы сотрудниками полиции.

«Митяев взял эти деньги?», — уточнила прокурор.

«Да, правда вначале сказал, что брать их боится — вдруг он не выполнит работу и на него «наедут» бандиты. Я объяснил, что тоже боюсь держать у себя деньги. Он взял файлик с деньгами в руку и положил в спортивную сумку на заднем сиденье моего автомобиля», — последовал ответ.

«Мы получали деньги за то, что юридически решить не могли»

Оставшуюся часть заседания адвокаты подсудимого Олег Любушкин и Илларион Васильев пытались убедить суд, что их подзащитный не хотел брать денег и его вынудили это сделать. Они даже настояли на оглашении расшифровки видеозаписи встречи Лубутова и Митяева.

Однако она не поменяла сложившейся картины. Из нее следовало, что Митяев и, правда, не желал забирать столь крупную сумму, настаивая на том, что деньги нужно получать поэтапно небольшим частями: «Куда я их – ни сейфа, ничего...». Но Любутов его убеждал: «Ну давай решим вопрос, потому уже тачку хочется поменять» и сетовал на то, что ему не на что даже «поставить памятник матери». В итоге Митяев сдался.

«Судя по разговору, вы уговаривали его взять деньги», — обратился к осужденному один из адвокатов подсудимого. «Я уговаривал его взять всю сумму сразу, а не вообще. Он же не отказывался брать деньги, а я не подкидывал ему эту сумку!», — стоял на своем Любутов.

«Мошенничество — это обман за то, что делать не собираются. Но вы горите что сделали бы, если бы получилось, — не сдавался адвокат. — Будучи кандидатом юридических наук как вы можете объяснить это противоречие?

«Очень просто. Ни в мои, ни в полномочия Дмитрия Геннадбевича не входило решение этих вопросов. Мы получали деньги за то, что юридически решить не могли», — признался осужденный.