С.Платонов писал ещё 33 года назад, накануне 27 съезда КПСС, что после съезда, на котором намеревались провозгласить «перестройку», будет поздно. Что идя этим курсом с целью побить современный капитализм, мы будем вынуждены шаг за шагом восстановить в СССР собственный капитализм:

Перед нашим обществом стоит задача, безотлагательное решение которой составляет вопрос жизни и смерти социализма. Однако, прежде чем она может быть решена, она должна быть осознана.

Понять Маркса. Для нас это равнозначно тому, чтобы понять самих себя, потому что марксизм-ленинизм есть деятельное осуществление марксистской теории в исторической практике. Но в этом колоссальном прорыве, в котором теоретическое сознание впервые переплавляется в общественное бытие, возникло опасное нарушение равновесия не в пользу теории.

Многообразные проблемы и сложности, с которыми мы сталкиваемся, не имеют объективно-необходимой основы – они порождены нашим непониманием [1]. Ныне как никогда "реальный социализм" жизненно нуждается в том, чтобы увидеть себя в зеркале реального марксизма.

"...Коммунисты могут выразить свою теорию одним положением: уничтожение частной собственности".

Как нужно понимать сегодня это классическое положение "Манифеста"? Быть может, оно устарело? Да и какое, казалось бы, отношение уничтожение частной собственности имеет к нашим сегодняшним проблемам, к делу построения коммунизма? Разве теория построения коммунистического общества не является другой частью марксизма, наряду с теорией уничтожения частной собственности?

Отвечая ленинскими словами, в этой "философии марксизма, вылитой из одного куска стали", нет никаких частей, которые можно было бы вынимать, вставлять, заменять из-за устаревания и т.д.

По Марксу не капитализм, а вся предшествующая история есть история развития частной собственности. По Марксу победа пролетарской революции, экспроприация экспроприаторов, развитие производительных сил в рамках социализма есть не уничтожение частной собственности, а лишь начальный шаг к этому, ее "упразднение".

По Марксу коммунизм есть не "идеальный способ производства", а историческая эпоха, включающая целый ряд способов производства, основным содержанием которой является уничтожение частной собственности. По Марксу содержание всей без изъятия коммунистической теории можно целиком выразить одним положением: уничтожение частной собственности. По Марксу коммунистический идеал "Свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех" воплотится в жизнь лишь по завершении эпохи коммунизма, в новой эпохе, названной Марксом "положительным гуманизмом".

В чем же состоит специфически коммунистический способ деятельности, какова специфическая природа средств труда и предметов труда, определяющая общую сущность всех коммунистических способов производства?

Предметом труда в каждом из них является определенный тип, исторически возникший слой отчужденных производственных отношений; способ деятельности состоит в присвоении этих производственных отношений, в превращении их в общественную производительную силу, в снятии тем самым слоя отчуждения; средством труда являются специальные средства проектирования, создания и поддержания общественного контроля за сложными комплексами производственных отношений.

Сущность переходного периода от эпохи частной собственности к эпохе коммунизма состоит в том, что пролетариат под руководством коммунистической партии после победы социалистической революции осуществляет развитие производительных сил, унаследованных от капитала, до такого уровня, при котором становится возможным первый из коммунистических способов производства, превращающий развитый "общественный капитал" в общественную производительную силу. Переход к коммунистической эпохе – это просто переход от присвоения и развития производительных сил к присвоению и развитию производственных отношений, состоящий в изменении предмета деятельности и в создании соответствующих ему качественно новых средств труда.

Таким образом, подлинная, и притом – главная наша проблема состоит в том, что мы по-настоящему не осознаем, кто мы такие и где находимся, что должны делать, в чем состоит строительство коммунизма. Мы обязаны осознать, наконец, свое право коммунистического первородства и вступить в него. Мы все еще барахтаемся в пеленках, но давно уже можем и должны встать в полный рост и разогнать наглеющих крыс старого мира. (Выделено мной – Л.С.)

Понять Маркса. Это стратегическая, безотлагательная проблема партии и социалистического государства. Это прежде всего – задача руководителей, которые не должны ни на день отодвигать ее под давлением всевластных "текущих дел" или перепоручать своим научным консультантам и просвещеннейшим представителям наших славных "общественных наук".

Представление о том, что противостоящая нам общественная система все еще является государственно-монополистическим капитализмом, постоянно некритически воспроизводится представителями наших общественных наук. Однако, оно не имеет никакого отношения ни к Марксу, ни к Ленину и более того - прямо противоречит всем ленинским оценкам.

Анализ, следующий подлинным взглядам Маркса на природу частной собственности, опирающийся на ленинскую теорию многоукладности и теорию победы социализма первоначально в одной стране, показывает, что капитализм в развитых странах в целом перестал существовать после «великого экономического кризиса» 1929—1933 годов, то есть уже в первые полтора десятилетия после Октябрьской революции. Противостоящее нам сегодня эксплуататорское общество является сложным многоукладным социальным организмом, в котором развитый капиталистический уклад продолжает существовать, но уже не является при этом господствующим. Уклад, который господствует сегодня над капиталом (и над всеми прочими, включая государство) - финансовая элита, которая, реализуя научное понимание части объективных закономерностей общественного развития, используя развитые методы и средства планового руководства, опираясь при необходимости на механизмы тайной власти, шаг за шагом ограничивает сферу «анархии общественного производства» и постепенно овладевает системой общественных отношений, преобразуя их в интересах правящего меньшинства.

Этот уклад естественно назвать элитаристическим. Элитаризм является (как это можно доказать с помощью теоретических средств, завещанных Марксом и Лениным) неизбежной «тенью» коммунизма на всем протяжении коммунистической эпохи. Его появление в наиболее развитых капиталистических странах было закономерно обусловлено победой российского пролетариата и осуществилось в различных формах (от Рузвельтовской до фашистской) в условиях великого экономического кризиса.

Экономическая суть элитаризма, — как бы это ни казалось парадоксальным, - та же, что и коммунизма; уничтожение частной собственности. Но если социализм и коммунизм - это переход от частной собственности к общественной, к собственности всего общества, то элитаризм - переход от частной собственности к корпоративно-элитаристической.

Первоначально элита возникает из объединения — диктуемого жесткой внешней необходимостью — крупнейших представителей финансового капитала. Посредством государства она монополизирует высшие формы деятельности банковского капитала, начинает осуществлять плановое управление инвестиционным циклом в масштабе всей страны.

При таком переходе члены правящей группировки шаг за шагом теряют качество капиталистов, меняют форму деятельности, прекращают в определенных сферах экономики конкурентную борьбу друг с другом, Правящая группировка — элита — постепенно становится единым и единственным, совокупным собственником всех производительных сил, принадлежавших ранее классу капиталистов, но управлявшихся каждым из них порознь, частным образом.

При таком переходе члены правящей группировки шаг за шагом теряют качество капиталистов, меняют форму деятельности, прекращают в определенных сферах экономики конкурентную борьбу друг с другом, Правящая группировка — элита — постепенно становится единым и единственным, совокупным собственником всех производительных сил, принадлежавших ранее классу капиталистов, но управлявшихся каждым из них порознь, частным образом.

Поскольку форма присвоения общественных производительных сил по мере развития элитаризма перестает быть частной — основное противоречие капитализма уже не является неразрешимым, и шаг за шагом осуществляется его снятие. Для элитаризма характерно немало глубоких экономических и иных противоречий, однако он, как и социализм, обладает механизмом их сознательного выявления и планомерного разрешения. Это уже не «этапы общего кризиса», а объективные противоречия последовательных стадий развития. Поэтому совершенно правильный тезис о «неизбежности гибели капитализма» не имеет к современному элитаризму никакого отношения. Наблюдаемые в последнее время спады и подъемы производства в странах Запада в большинстве своем отражают не столько стихию кризисов, сколько сознательно осуществляемые, запланированные качественные и структурные сдвиги в экономике.

Экономическое могущество элитаризма основано на эксплуатации «третьего мира», а также - в меньшей степени - трудящихся собственных стран. Однако по мере развития элитаризма эксплуатация в форме наемного труда уступает место другим, в том числе неофеодальным и неорабовладельческим формам, происходит быстрое расслоение трудящихся масс и потеря ими качества пролетариата, а также прямое вытеснение из сферы производства и маргинализация.

Таким образом, в условиях элитаризма социалистическая революция — в мирной или же немирной форме - необратимо теряет «классическую» экономическую основу и социальную движущую силу, и без мощного воздействия извне, со стороны социалистической системы и «третьего мира», становится все менее возможной.

Современная экономика элитаризма характеризуется наличием огромного избыточного капитала. Для того чтобы сохранять себя в качестве капитала, он должен постоянно находиться в процессе расширенного воспроизводства (в рамках инвестиционного цикла).

Специально организованным резервуаром для сохранения и воспроизводства этого избыточного капитала служит так называемый военно-промышленный комплекс. Эта обособленная часть, выделившаяся из промышленного капитала, является подчиненным укладом в рамках элитаризма. Хотя верно то, что интересы ВПК являются определяющими по отношению к стратегическим установкам администрации США и других стран элитаризма, сами эти интересы являются определяемыми, подчиненными по отношению к интересам правящей элиты. В этом смысле прав был М. Болдридж, который говорил во время годового собрания АСТЭС в 1985 году: «Поверьте, что ВПК не управляет нашими экономическими отношениями!»

Гонка вооружений «вмонтирована» в современную форму воспроизводства системы производительных сил и производственных отношений элитаризма, и ее приостановка внешними, внеэкономическими средствами повлекла бы катастрофические экономические последствия для экономики Запада. Поэтому любые реальные меры по ее ограничению должны включать в качестве главного элемента «запасной выход» для избыточного капитала — глубоко продуманную и взвешенную альтернативную форму экономического воспроизводства элитаризма.

Наши предложения по ограничению и сокращению вооружений в их нынешней форме, не оставляющей выхода для ВПК, не просто игнорируют основные интересы правящей элиты, - они грубо противоречат этим интересам. Поэтому они будут отклоняться ею вне зависимости от любых наших уступок в военной и политической сфере.

Уже из того, что сказано выше, становится понятным: мы абсолютно превратно представляем себе природу противостоящей нам общественной системы, движущие силы и характер ее развития, возможности и перспективы, мы игнорируем ее подлинные центры власти, адресуясь вместо этого к третьестепенному «административному» укладу, мы не понимаем системы ее подлинных экономических и политических интересов, выдвигая на переговорах заведомо неприемлемые предложения и идя на существенные (для нас) уступки, которые несущественны для партнера; наконец, мы практически не знаем и глубоко недооцениваем идеологию нашего противника. Существует настоятельная необходимость переосмысления всего комплекса проблем обеспечения безопасности в современных условиях.

Однако на самом деле вопрос гораздо глубже. Речь должна идти о переосмыслении основного содержания современной эпохи и основного ее противоречия.

Человечество переживает переломный, переходный период не просто между двумя формациями, а между двумя эпохами своей истории, двумя качественно различными типами общественного развития. Содержание первой эпохи — «предыстории» (Маркс) — становление и развитие частной собственности, включая высшую и последнюю ее форму, капитал. Содержание второй эпохи — сознательное уничтожение частной собственности, в ходе которого общество как бы проходит все формации предыстории «в обратном порядке».

Революция 1917 года послужила исходной точкой переходного периода между эпохами. Однако его важнейший, наиболее сложный и опасный этап только начинается.

Уничтожение частной собственности осуществляется в двух противоположных общественных формах - коммунистической и элитаристической. Главной движущей силой каждой из форм при их возникновении выступают два противоположных класса капиталистического общества пролетариат и финансовая элита.

Борьба коммунистической и элитаристической общественных систем - это качественно новая форма классовой борьбы в наступающей второй эпохе истории. Однако, в отличие от классовой борьбы, которая, при всем ее значении, была лишь формой разрешения противоречия между производительными силами и производственными отношениями, - противоборство коммунистического и элитаристического субъектов общественного развития является основным противоречием и непосредственным источником развития в новую эпоху.

Коммунизм и элитаризм проходят в своем развитии одни и те же этапы, закономерно обусловленные объективной структурой уничтожаемой частной собственности. Однако в возводимом на ее месте здании нового общества каждая система реализует один из двух противоположных общественных идеалов. Коммунистический, эгалитарный идеал социальной справедливости противостоит элитарному идеалу индивидуалистической свободы.

После исчезновения СССР, как и предупреждал С.Платонов, капитал перешел в контрнаступление против господства элитаризма, ярким подтверждением чему является не только трампанизм в США, но и фронтальное наступление на права трудящихся в странах «золотого миллиарда», завоеванные трудящимися в период соревнования двух систем. Это вызвало там обострение классовой борьбы, но пока что рабочий класс борется не за социализм в его марксистском понимании, а за сохранение завоеванного.

Очевидно, что без возвращения России к социализму по Ленину, перспективы рабочего класса Европы и США будут туманны. Россия обречена быть первопроходцем коммунистической эры и её движение к социализму станет несокрушимым только тогда, когда марксисты и лидеры компартий придут к гораздо более глубокому пониманию того, с кем они имеют дело на Западе и что такое научный коммунизм К.Маркса, Ф.Энгельса и В.И.Ленина.