А песня все льется и льется

МНОГО ЛЕТ НАЗАД, в 1936 году, на советский экран вышел фильм "Семеро смелых", песня из которого очень быстро стала всенародно любимой. Помните: "Лейся, песня, на просторе, не грусти, не плачь, жена, штурмовать далеко море посылает нас страна..." Почти через сорок лет начальные слова этой песни легли в основу названия вокально-инструментального ансамбля "Лейся, песня!", появившегося на свет в 1974 году на базе Кемеровской областной филармонии и прославившегося на весь СССР благодаря множеству хитов, в том числе "Прощай!", "Обручальное кольцо", "Песенка про сапожника", "Родная земля", "Вот увидишь", "Я так и знал", "Где же ты была?", "По волне моей памяти", "Качается вагон". Сейчас мало кто помнит, что именно в этом музыкальном коллективе свою творческую деятельность начинали ныне такие известные исполнители, как Михаил Шуфутинский, Игорь Иванов, Николай Расторгуев, Валерий Кипелов. В разные годы с ВИА сотрудничали Давид Тухманов, Владимир Шаинский, Эдуард Ханок, Леонид Дербенев и другие композиторы и поэты, чьи легендарные произведения пополнили золотой фонд отечественной песенной классики.

За долгую историю ансамбль не раз менял состав и руководителей (за время существования "Лейся, песня!" через нее прошли около ста музыкантов) и чуть было вовсе не канул в Лету в тяжелую для всей российской культуры эпоху перестройки и последовавшего за ней развала СССР, но, можно сказать, чудом возродился практически из пепла на волне ВИА-ностальгии, охватившей страну в середине 90-х годов прошлого века. Новая летопись коллектива началась в 1997-м, когда бразды правления официально взял на себя бас-гитарист Александр Филаткин - один из участников "Лейся, песня!" в так называемый допереходный период. А его правой рукой впоследствии стала супруга - директор ансамбля и солистка Виктория Филаткина. В интервью "Правде" известные музыканты рассказали о непростой судьбе ВИА, а также поделились своими размышлениями о современной эстраде и многом другом.

- Александр Анатольевич, вам довелось творить в ту эпоху, когда бал на советской эстраде правили профессиональные и самодеятельные музыкальные коллективы, получившие название ВИА: период с 1966 по 1988 год даже окрестили вокально-инструментальной эрой. Что выделяло "Лейся, песня!" на фоне обилия поп-, фолк- и рок-групп того времени?

А.Ф. Во-первых, ансамбль славился солидной духовой группой - по тем временам явление редкое, наблюдавшееся в основном у знаменитых зарубежных коллективов типа "Чикаго", "Кровь, пот и слезы", имевших в своем составе по 15 - 20 человек. Вот и у "Лейся, песня!" тоже была духовая команда, музыканты которой впоследствии ушли к Алле Пугачевой в ансамбль "Рецитал". Во-вторых, наш ВИА всегда отличали звонкие, хорошо поставленные голоса исполнителей. Абы кого в "Лейся, песня!" не брали.

- Имел место жесткий вокальный отбор?

А.Ф. Для солистов - обязательно. Уровень мастерства музыкантов в ВИА вообще был очень высоким. Обычно в ансамбль попадали те, кто уже прошел суровую школу, успев поиграть и в ресторанах, и на танцах, и... на похоронах.

- Говорят, чем выше взлетишь, тем больнее падать. Пережив популярность, пик которой пришелся на конец 70-х - начало 80-х годов XX века, став победителем Всероссийского конкурса на лучшее исполнение советской песни "Сочи-78", ансамбль затем столкнулся со всеми "прелестями" перестройки и развала великой державы: советская музыка, уничижительно переименованная в совковую, перестала быть востребованной, певцам же в условиях новой рыночной действительности приходилось выкручиваться, кто как может. Что помогло пережить те нелегкие времена и отстоять право коллектива на существование?

A.Ф. Времена действительно выдались тяжелые: после перестройки, если помните, стало не до лирики. Концертные площадки были отданы на откуп коммерсантам - деньги решали абсолютно все. Появились группы нового формата вроде "Ласкового мая", которым для выступления требовалась всего-навсего кассетка с фонограммой. Этого ребятам с лихвой хватало на то, чтобы собирать полные залы и стадионы. Рядом с ними мы - 16 человек, включая технический персонал, с двумя фурами аппаратуры, световыми установками, разборной сценой и костюмами - выглядели как динозавры. Какая там "Лейся, песня!", когда буквально из каждого "утюга" неслось "Белые розы, белые розы. ", а молодежь сходила с ума по "Модерн токинг". Спросом пользовались лишь артисты, приносившие реальный доход, причем здесь и сейчас. Развал страны привел к исчезновению системы филармоний, а значит, и полному краху программы финансирования музыкантов.

B.Ф. В советское время, когда коллективы существовали при поддержке государства, на них работала вся концертная система: каждый коллектив находился под крылом какой-либо филармонии с полным административным штатом, создававшим условия для полноценного творчества. Немаловажно, что и в денежном плане тылы всегда были защищены. С развалом СССР практически все ВИА обрекли на самостоятельное выживание, точнее, вымирание, так как заниматься организационной работой музыканты не умели да и средств на это не имели. Их можно было сравнить с брошенными на произвол судьбы малыми детьми.

- Так как же вы все-таки выстояли?

A.Ф. Мы продолжали собираться, репетировать. Пытались пробиться на радио, телевидение, старались втиснуться в любой концерт, участвовали в праздниках газет - словом, шли на все, лишь бы о нас не забыли, упомянули хоть строчкой или видеофрагментом в СМИ. Главное, мы выжили в самый тяжелый период, пришедшийся на середину - конец 90-х прошлого столетия. А потом посыпались приглашения: в 2000 году - на "Золотой шлягер" в Белоруссии, в 2002-м - на съемки концерта "Любимые ВИА в Кремле" и первый "ВИА хит-парад" в "Олимпийском". В общем-то второе рождение коллектива можно датировать 1999 годом, когда мы юридически закрепили за собой историческое советское название (товарный знак) или, как теперь модно говорить, бренд "Лейся, песня!" И сегодня заслуги ансамбля отмечены государственной наградой "Золотая звезда Отечества" за вклад в развитие отечественной эстрады и музыкального искусства.

- В одном из интервью вы однажды подчеркнули: "Для нас служба в коллективе - прежде всего творчество, а не зарабатывание денег". Насколько эти слова актуальны сегодня?

B.Ф. Если бы в 90-е годы Александр взялся за какой-нибудь коммерческий проект и поставил перед собой задачу сколотить капитал, то наверняка сейчас был бы более состоятельным человеком.

Однако целью являлось именно развитие творчества, и в жертву ему приносилось финансовое благополучие.

А.Ф. Творчество и по сей день, бесспорно, остается на первом месте. Но и бессребрениками нас едва ли назовешь, ибо одними духовными ценностями сыт не будешь: ведь возрожденный ансамбль надо же на что-то содержать. Посему зарабатывать деньги нам просто жизненно необходимо. При этом большая часть средств от концертной деятельности уходит на поддержание коллектива и его дальнейшее продвижение, начиная от аренды помещения для репетиций, пошива костюмов, покупки инструментов и заканчивая записями на радио и телевидении, выпуском пластинок и подготовкой новых музыкальных проектов. Кстати, в этом году "Лейся, песня!" исполняется 40 лет, и мы собираемся достойно отметить свой юбилей. Правда, когда выяснили, какая сумма потребуется на организацию такого мероприятия, нам, честно говоря, стало не по себе. Без денег, увы, н и к у д а .

Впрочем, довольно часто ВИА выступает бесплатно. Ансамбль активно участвует в благотворительных концертах, таких, например, как "Звезды" дарят детям море" в Ярославле, средства от которых перечисляются в фонд детских домов.

В.Ф. И вот совсем недавно, 14 марта, выступили на благотворительном фестивале дружбы "Крымская весна" в Судаке.

- Фактически вы побывали там накануне проведения референдума о присоединении Крыма к России.

A.Ф. Так уж получилось.

Поэтому, когда знакомые спрашивали, что мы там делали, я в шутку говорил:

"Крым завоевывали!"

B.Ф. На самом деле поездка в автономию в тот момент выглядела достаточно рискованным мероприятием: обстановка на Украине накалилась до предела, и, чем обернется голосование по вопросу о выходе Крыма из ее состава, было неясно.

A.Ф. Нас сразу предупредили: из Москвы-то, может, и вылетите, а вот доберетесь ли обратно из Крыма - большой вопрос.

B.Ф. В общем, ситуация потребовала от нас определенной доли героизма. Ну а в итоге "Лейся, песня!" удостоился благодарностей за особый вклад в развитие и укрепление культурного сотрудничества между Россией и Республикой Крым от судакского городского головы и генконсула РФ в Симферополе.

- В разгар "лихих 90-х" страну внезапно накрыла волна ВИА-ностальгии, на фоне которой огромной популярностью, особенно в последнее десятилетие, стали пользоваться концертные проекты под названием "Золотые 70-е", "Звезды советских дискотек". Чем вызван бурный всплеск интереса к той самой, якобы никому не нужной и устаревшей "совковой" музыке? В чем, на ваш взгляд, заключается притягательность шлягеров, рожденных в СССР?

А.Ф. Прежде всего в качестве мелодий и особой поэтичности текстов. А всплеск интереса, думаю, связан с тем, что целое поколение, и даже не одно, лишили его любимых песен. Из жизни попытались вычеркнуть целый пласт музыкальной истории страны. К счастью, из этого ничего не вышло.

- Следовательно, возвращение к советским песням - признание того факта, что проверенную десятилетиями классику невозможно долго игнорировать и подменять низкопробной музыкальной продукцией-однодневкой.

A.Ф. Особенно это стало понятно во время выступлений в Белоруссии и на Украине, где кумиров ВИА прошлых лет всегда очень тепло принимали. Нам неоднократно приходилось слышать от зрителей: "Советские артисты - лучше всех!"

B.Ф. Конечно же, имеет место и элемент ностальгии. Во времена моды на ВИА наши поклонники были молодыми, и сегодняшние концерты популярных тогда ансамблей дают людям возможность хоть ненадолго мысленно перенестись в те незабываемые времена. Очень радует, что многим представителям нашего поколения удалось привить любовь к советской музыке и своим детям. Пускай наша публика стареет, но интерес к "Лейся, песня!" и другим ансамблям не исчезает.

A.Ф. Хоть мы и ВИА со стажем, однако даже 15-летние девчонки и мальчишки с удовольствием поют во время концертов наши песни.

B.Ф. Как показало время, советская песенная классика будет востребована всегда. Одна из особенностей русской души - тяготение к мелодичной и лиричной музыке. Не случайно песни, написанные в советскую эпоху, сейчас перепевают многие молодые артисты, а дисковерсии хитов тех лет часто звучат на молодежных дискотеках.

- Получается, вкусовые пристрастия современных слушателей улучшаются?

А.Ф. Вкусовые пристрастия улучшаются, потому что повышается качественный уровень музыки: сегодня появилось много новых талантливых исполнителей, композиторов, музыкантов. Поэтому нельзя сказать, что все созданное сейчас - это однозначно плохо, а все советское - хорошо. Каждое музыкальное направление должно иметь свою нишу. Вот у ВИА она была, и когда эту нишу убрали, она так и осталась незаполненной. Но, повторяю, интерес к вокально-инструментальным ансамблям молодеет, мы по-прежнему привлекательны своей в определенной степени универсальностью, поскольку являемся не просто музыкантами или певцами.

- . а музыкантами, умеющими петь, и певцами, умеющими играть.

А.Ф. Совершенно верно.

- Основу советской песни составляли незаурядная мелодия и профессиональные стихи. Раньше, когда по радио или телевидению объявляли то или иное эстрадно-вокальное произведение, обычно говорили: "песня на стихи". Теперь же вместо этого слышишь: "текст песни". Бытует даже шуточное выражение "текст слов". С чем вы связываете такие метаморфозы?

А.Ф. На мой взгляд, раньше к созданию песен подходили серьезнее, этим занимались профессионалы, существовала отдельная категория поэтов - поэты-песенники. Теперь же слова к мелодии может накропать кто угодно: Интернет пестрит объявлениями типа "пишу тексты". Заметьте, не стихи. Не берусь судить о качестве такого самодеятельного творчества, иногда попадаются весьма неплохие вирши, но их едва ли назовешь стихами в классическом понимании этого термина. Кроме того, в советское время не было такой мощной индустрии по "изготовлению песен".

- Точнее, по их штамповке...

А.Ф. Поэтому в СССР было четкое разграничение на поэта и композитора, творческие процессы разделялись. Теперь же те, кто выпускает песни, делают все одновременно. Кстати, сегодня, когда артиста объявляют по телевидению, создателей песни часто вообще не указывают, поскольку авторские права выкуплены и, кто там на самом деле ее сочинил, никого не интересует.

- По мнению многих известных артистов, вместе с развалом Советского Союза ушла в небытие и настоящая эстрада: на смену ей пришел господин шоу-бизнес. В чем, на ваш взгляд, принципиальное различие этих двух понятий?

А.Ф. Первое - искусство, цель которого воспитывать музыкальный вкус людей. Второе тоже в какой-то мере искусство, вот только его главная задача уже иная - приносить доход. А посему шоу-бизнес, кующий деньги на раскрутке артистов, едва ли можно назвать искусством в подлинном смысле этого слова.

- Хулители советского прошлого изо всех сил насаждают мнение о том, будто злейшими врагами артистов в СССР являлись цензура и худсоветы, якобы активно мешавшие любому творчеству, сужая рамки таланта. Послушать иных знаменитостей, так их едва ли не под дулом пистолета заставляли исполнять патриотические песни, принуждали одеваться по-монашески и не делать лишних телодвижений на сцене. Теперь же, когда никаких запретов фактически не существует, наблюдается полное, до вульгарности и разнузданности, раскрепощение артистов на сцене: нынешние через одного безголосые "звезды" поют, а точнее, шепчут и подвывают о чем угодно (главным образом о сексе), выходят к зрителям едва ли не в чем мать родила, щеголяя "художественным" беспорядком на голове и обилием макияжа на лице. Про примитивный репертуар выросших как грибы после дождя "золотых голосов России" и говорить не приходится. Стоит ли, по вашему, вернуть хоть какое-то подобие цензуры на эстраду?

A.Ф. На мой взгляд, сейчас на телевидении все же появились люди, которые, скажем так, следят за порядком. Лет 10 - 15 назад дела обстояли гораздо хуже: на сцене царила полная вседозволенность. А насчет того, что в советские времена кого-то там "душили", "наступали сапогом на горло"... то я лично с подобным не сталкивался. Бывало, по нескольку раз заставляли сдавать концертные программы, возвращали их на доработку, но это шло только на пользу. Случались и придирки к внешнему виду: если у какого-нибудь артиста волосы, например, лезли на воротник, его заставляли стричься.

B.Ф. В любом процессе важно не перегибать, тогда, по сути, в цензуре нет ничего плохого: музыкантов, особенно молодых, необходимо контролировать и направлять. Как говорил Михаил Шуфутинский, руководивший ансамблем с 1976 по 1978 год, коллектив без дисциплины - это дикая гвардия.

- "Лейся, песня!" страдал от цензуры?

В.Ф. Ансамбль скорее становился жертвой вкусовщины. Например, на Всероссийском конкурсе на лучшее исполнение советской песни "Сочи-78" ВИА мог вообще остаться без наград.

- Но коллектив же стал победителем "Сочи-78".

А.Ф. И тем не менее ансамбль не приглянулся некоторым членам жюри. Музыкантов спасло вмешательство Иосифа Кобзона, сказавшего, что если не присудить первую премию "Лейся, песня!", то тогда ее вообще некому давать.

- Постепенное превращение эстрады в шоу-бизнес породило массу болезненных проблем, одной из которых явилось повальное пение под фонограмму. Как с этим обстоит у "Лейся, песня!"?

А.Ф. К сожалению, "фанера" действительно стала неотъемлемой частью шоу-бизнеса. Скрепя сердце и нам приходится ее иногда использовать, хотя бы в силу элементарных технических причин, так как организаторы по финансовым ограничениям далеко не всегда приглашают ансамбль в полном составе. Впрочем, это касается не только "Лейся, песня!": практически все ВИА давно сократили число музыкантов и, вооружившись "минусовкой", выступают вдвоем, втроем. Да и устроителям мероприятий невыгодно приглашать большие коллективы. И все же по мере возможностей мы стараемся петь и играть вживую, особенно на своих сольных концертах.

- До развала СССР "Лейся, песня!" был частым гостем на телевидении. Вы выступали в программах "Служу Советскому Союзу", "А ну-ка, девушки", "Шире круг", "Здоровье" и т.д. Почему сейчас СМИ практически игнорируют ансамбль?

А.Ф. На самом деле в последнее время телевидение как раз не обделяет нас вниманием: за два года - порядка 20 эфиров (Первый канал, ТВЦ, НТВ, телеканалы "Россия", "Ностальгия" и другие). А вот лет пятнадцать назад все обстояло иначе: без денег вообще никуда нельзя было сунуться. Но поскольку мы миллионами не ворочали, то и не светились нигде, разве что на кабельных каналах.

- Получается, патриархи ВИА даже более уязвимы, чем начинающие артисты?

А.Ф. В финансовом плане - да.

- В свое время в сопровождении ансамбля записывались такие мастера, как Иосиф Кобзон, Анна Герман, Валентина Толкунова, Евгений Мартынов, Яак Йола. Сейчас находятся желающие выступить с вашим ВИА?

А.Ф. Конечно. Например, есть предварительная договоренность о совместном выступлении с Вячеславом Добрыниным, подарившим ансамблю немало хитов. Если же мы не имеем возможности исполнить какую-то песню вместе с тем мастером, с которым она была записана ранее, то справляемся собственными силами. Например, знаменитую "Белую черемуху", записанную Анной Герман в 1977 году в сопровождении "Лейся, песня!", теперь поет другая Виктория (полное имя Анны Герман - Анна Виктория. - Е.М.) - наша солистка Виктория Филаткина.

- Вас, как человека, отдавшего всю свою творческую жизнь служению эстраде, нельзя не спросить о том, каким вам видится будущее "легкого жанра" искусства?

А.Ф. Долгое время работая в музыкальной школе преподавателем класса бас-гитары, я заметил неподдельный интерес к своему инструменту. Хотя, казалось бы, какая басгитара в классическом музыкальном заведении. Тем не менее многие ребята, окончив школу по классу фортепиано или аккордеона, затем приходили записываться ко мне. Таким образом, если говорить о том эстрадном направлении, которое представляю я, то его будущее, мне кажется, в надежных руках: талантливая молодежь не даст пропасть нашему делу. За примерами далеко ходить не надо: мой сын Володя, музыкант-барабанщик, одно время играл в "Лейся, песня!"

- Большинство песен ансамбля посвящено важнейшим человеческим ценностям - любви, верности, преданности. А что для вас является самым главным в жизни, что импонирует в людях?

A.Ф. Я всю жизнь влюблен в бас-гитару. Возможно, поэтому в молодости людей с гитарой я воспринимал как богов. Тогда мне казалось: у занимающегося музыкой и с человеческими качествами должно быть все в порядке. Жизнь, естественно, опровергла мои идеалистические представления. Теперь в людях уважаю искренность, порядочность. А главная ценность для меня, бесспорно, любовь.

B.Ф. Согласна с Сашей: любовь - движущая сила всего. Важнее ее нет ничего на свете.

- На своей страничке в одной из социальных сетей вы избрали девизом перефразированную древнюю цитату: "Исправляй себя и собой, исправленным, исправишь мир". Повашему, музыка является одним из способов самосовершенствования?

А.Ф. Музыкой можно формировать и развивать художественный вкус, но исправить ею человека, на мой взгляд, невозможно. Хотя в какой-то мере о музыке, как и о красоте, наверное, можно сказать: "Она спасет мир".



ЕЛЕНА МОРОЗОВА.