Тихий штурм командарма Крылова

"Если вознамерились что-то изменять, то улучшайте, а не ухудшайте"

Беседа с народным артистом СССР Юрием Соломиным

Из летописи народного подвига

ДЕЛО БЫЛО в 1987 году.

Большой автономный траулер "МАРШАЛ КРЫЛОВ" после пяти лет трудной работы в Тихом и Атлантическом океанах ошвартовался у причала порта Калининград. Вместе с родственниками моряков на причале встречали сын маршала Юрий Николаевич Крылов с дочерью.

По старой морской традиции у каждого корабля есть крестная мать - символическая покровительница экипажа. У нас на эту роль была избрана внучка Николая Ивановича Крылова с морским именем Марина.

В салоне экипажа состоялось торжественное собрание.

Юрий Николаевич и Марина подарили для музейного уголка парадный мундир Маршала Советского Союза Н.И. Крылова с двумя золотыми звездами Героя Советского Союза, с золотыми погонами и золотым шитьем на рукавах, на воротнике. Охотничье ружье - двустволка немецкой фирмы "Зауэр", с которой Николай Иванович в свободное время хаживал на охоту, фуражка маршала, полевые погоны, удостоверение на имя депутата Верховного Совета СССР, много фотографий - прекрасное пополнение судового музея.

И, конечно, рассказ Юрия Николаевича об одной из самых загадочных и самых успешных операций в войне с Японией, которую Николай Иванович сам лично разработал, подготовил и провел в 1945 году, будучи командующим 5й армией. Юрий Николаевич был ее непосредственным участником.

Практически все, даже самые мелкие, армейские операции Великой Отечественной войны многократно описаны журналистами и писателями, исследованы военными историками.

Но, как ни странно, военные операции Николая Ивановича Крылова очень мало обсуждаются и описываются, хотя их значимость в общей картине войны переоценить невозможно. Уже в самом ее начале Николай Иванович, будучи начальником штаба Приморской армии, был награжден орденом Ленина за организацию обороны Одессы - редчайший случай для того времени, когда наши войска терпели поражения и отступали.

Когда 5я армия Крылова и 11я армия под командованием К.Н. Галицкого первыми вышли на границу с Германией, оба командарма получили звания Героев Советского Союза за боевые подвиги при проведении операции "Багратион". Во время Восточно-Прусской операции, когда Гитлер направил три армии для спасения окруженных под Кенигсбергом фашистов, 5я армия преградила им путь у города Хайлигенбайль (ныне Мамоново Калининградской области) на узкой Балтийской косе, обеспечив успех нашим войскам, штурмовавшим крепость, которую Гитлер считал неприступной, а потом вместе с 11й армией очищала от фашистов Земландский полуостров.

В Калининграде на площади Василевского есть мемориальный комплекс, где крупными буквами высечены имена всех генералов, Героев Советского Союза, участников штурма Кенигсберга. Но до сих пор там нет имени Николая Ивановича Крылова. Неоднократно моряки нашего траулера обращались в горсовет и в мэрию Калининграда, в Совет ветеранов с предложением увековечить имя знаменитого полководца. Чиновники обещали оперативно решить вопрос, даже одну из новых улиц Калининграда собирались назвать именем маршала Крылова, но ...

Из рассказа Юрия Николаевича Крылова

Сразу после взятия Кенигсберга, когда шла подготовка к штурму Берлина, 5я армия была тайно погружена в эшелоны, двинувшиеся в восточном направлении.

Зачем? Почему? Никто ничего не знал. Приказы не обсуждаются. Приказы выполняются. В Москве, в Ставке Верховного Главнокомандующего, Николай Иванович получил подробные инструкции. Вся информация - устно, без права передачи третьим лицам. После беседы - в путь, на Дальний Восток!

По прибытии в район дислокации Николай Иванович вместе с группой штабных работников, командиров дивизий и полков пешком, на лошадях, с воздуха осмотрели участок будущих боевых действий. Перед ними был хребет Большой Хинган, за которым находились части Квантунской армии.

Предстояло взять штурмом идеально укрепленный рубеж, причем в минимальные сроки, с минимальными потерями, выйти в район города Муданьцзян и овладеть им. Согласно имевшимся данным, через хребет в нескольких местах японцами были пробиты тоннели с хорошими дорогами. Но при этом все тоннели и перевалы были заминированы. Во всех тоннелях располагалась артиллерия противника. Пушки были установлены на рельсах: в случае артобстрела или налета нашей авиации они откатывались вглубь тоннеля, оставаясь в полной безопасности. Закончится артподготовка, пойдет пехота - пушки выкатываются и бьют по наступающим. Вдоль хребта был пробит еще один тоннель, по которому японцы на "кукушках" могли доставлять на каждую точку боезапас и подкрепление. В случае необходимости они могли разом взорвать всю систему обороны заранее заложенной взрывчаткой. То есть было предусмотрено вроде бы все возможное, чтобы не пропустить Красную Армию через горы. Поняв, что обычные действия - с налетом авиации, артподготовкой, штурмом "в лоб" - не дадут результата, Николай Иванович разработал свой план операции. Изложил его маршалу Василевскому в личной беседе с глазу на глаз. Маршал, внимательно выслушав, сам принять решение не отважился. Но разрешил обратиться по спецсвязи к Сталину.

План же Николая Ивановича состоял в следующем: отобрать по исправительным трудовым лагерям, расположенным в ближайших районах сибирской тайги, около двух тысяч вчерашних военнослужащих, осужденных за не слишком тяжкие воинские преступления, совершавшиеся порой при быстром продвижении по захваченной у врага территории. Большинство из таких заключенных имели солидный боевой опыт. Пребывание же за решеткой привило им определенные специфические навыки, которые бы тоже пригодились при решении поставленной задачи. Командарм предложил сформировать из них ударное подразделение, вооруженное только ножами, которое должно было тихо, без единого выстрела снять охрану тоннелей, не допустив их подрыва. Сразу оговаривалось, что в случае успеха всем будут выданы "чистые" документы, отличившиеся получат награды, погибшим будут возданы воинские почести, как павшим за Родину. Сталин дал согласие, внеся в этот замысел некоторые коррективы.

Василевский, выслушав рассказ Крылова о разговоре со Сталиным, задумчиво спросил: - Николай Иванович, у тебя брючный ремень достаточно крепкий?

- Конечно. А к чему такой вопрос?

- К тому, что в случае неудачи тебе придется искать, на чем повеситься...

Началась серьезная проработка операции с офицерами штаба, с командирами дивизий, полков. В отдаленном районе тайги были построены макет хребта, учебный полигон. Николай Иванович лично сам проехал по ближайшим лагерям, отобрал наиболее подходящих кандидатов, обращая особое внимание на тех, кто имел опыт военных действий в горах и хорошо владел ножом. За короткий срок отобрали более двух тысяч человек. Всем были выданы новая форма, обувь, хорошие армейские ножи. Но характерно, что почти все попросили разрешения обменять новую обувь на обношенную, но не скрипящую, новые ножи - на самодельные, но более удобные для руки, новенькие блестящие ремни - на потертые, но крепкие брезентовые.

Несколько дней подряд Николай Иванович отрабатывал с "уголовничками", как они сами себя называли, различные этапы "работы", требуя скрупулезного исполнения каждой мелочи, буквально "на брюхе" проползав все трассы, все скалы и холмы. Люди его уважали, верили, слушались беспрекословно. И, что интересно, внимательнейшие, аккуратнейшие японские спецслужбы ничего не сумели разузнать - ни с помощью воздушной разведки, ни через местных жителей.

Наконец поступил долгожданный сигнал. На всех участках огромного фронта советско-японской войны началась мощная артподготовка, авиация бомбила заранее разведанные огневые точки врага. Только на участке, где должны были наступать "крыловцы", царило необычное спокойствие: "уголовнички" работали тихо. Командование японской армии нервничало: почему русские тянут с наступлением?

И вот Николаю Ивановичу доложили, что секретная операция завершилась полным успехом - все тоннели захвачены, заряды взрывчатки нейтрализованы, и можно пускать в дело танки, артиллерию, пехоту, начинать наступление. С нашей стороны в тихом штурме погибли шесть человек, с японской - тысячи.

Когда японские генералы опомнились и осознали, что произошло, наши части уже штурмовали город Муданьцзян. На всю операцию планировалось 18 суток. Но уже на седьмые командарм Крылов рапортовал о выполнении боевого задания. Когда маршал Василевский докладывал о текущей обстановке, Сталин спросил:

- Как дела у "пятого"?

- Пять баллов.

- Представляйте к званию Героя.

- У него уже есть одна Звезда. - Ничего, вторая ему не помешает.

Примечательно, что Сталин четко выполнил все обещания: бойцам вернули звания, выдали награды, никто уже не назвал их уголовниками - в строй вернулись увенчанные славой воины победители.

Как все это не похоже на идиотские фантазии создателей всякого рода "штрафбатов", "цитаделей" и прочих злонамеренных клеветнических экранных поделок!

В официальных же документах успех Крылова объяснялся туманно: "...в условиях проливного дождя, незаметно..." Секретность операции сохранялась еще долгое время после ее завершения.

В академиях не нуждается

После войны Николай Иванович командовал Дальневосточным военным округом. У него в подчинении находился Тихоокеанский флот, для которого он очень много сделал, лично проверяя боеготовность каждого военного корабля. Потом был командующим Уральским, Ленинградским, Московским военными округами.

Когда при запуске одной из ракет на космодроме Байконур погиб командующий Ракетными войсками стратегического назначения маршал М.И. Неделин, встал вопрос о назначении нового командующего.

Министр обороны СССР Маршал Советского Союза Р.Я.

Малиновский предложил на эту должность кандидатуру Крылова. Оглядливые кадровики представили министру письменное заключение, в котором сообщалось, что Крылов не имеет академического образования - возможно ли назначать его на такую высокую должность? На этой бумаге появилась жирная красная резолюция: "Крылов в академиях не нуждается". Так Николай Иванович стал командующим войсками, располагавшими самым грозным по тем временам видом оружия.

Его новая должность была одной из самых засекреченных, фамилия Крылова редко появлялась в открытой печати. Тем более, когда он занимался размещением наших стратегических ракет на территории Кубы. На нескольких снимках, которые Юрий Николаевич подарил нашему музейному уголку, Николай Иванович запечатлен рядом с Фиделем и Раулем Кастро в форме рядового кубинской армии. Есть фотографии, где он снят и с президентами разных стран на космодроме Байконур, с Брежневым и Косыгиным, с космонавтами, с известными учеными, на встречах с избирателями перед выборами в Верховный Совет СССР.

Когда нашу Родину начали уничтожать под прикрытием перестроечных лозунгов, а мощный флот страны приватизировался разными лукавыми фирмами и иностранными компаниями, не удалось избежать этой участи и уникальному траулерузаводу "Маршал Крылов". На судно начались набеги всякого рода хозяйчиков и просто жуликов, пытавшихся, например, стащить из судового музея раритетное охотничье ружье Николая Ивановича. На судне устраивались безобразные гульбища. Когда я по долгу капитана пытался прекратить эту вакханалию, в частности, не разрешил новым хозяевам растаскивать экспонаты из судового музея, они потребовали у судовладельца - Калининградской базы "Тралфлот" - заменить капитана, дав мне краткую, но, на мой взгляд, исчерпывающую характеристику: "Не деловой!" И добились своего:

меня перевели на плавбазу "Яркий луч".

Но ружье и парадный китель маршала мне удалось спасти и спрятать их от вандалов в Калининградском областном историческом музее.

В конце 2007 года траулер "Маршал Крылов" был продан частному предпринимателю из Литвы. Сейчас он трудится у побережья Африки. Уже не под российским, а под иностранным флагом - государства Белиз, расположенного в Центральной Америке. Но на бортах его начертано "MARSCHAL KRYLOV".



Леонид ТАТАРИН. Капитан дальнего плавания, с 1982 по 1994 год - капитан-директор большого автономного траулера "Маршал Крылов".