Наместник начинает и проигрывает

В последние месяцы руководство России усердно взялось за решение проблемы Северного Кавказа. До этого в поле его внимания попадали лишь отдельные республики. Президент выделил из Южного федерального округа Северокавказский и назначил его руководителем проверенного человека из числа олигархов, дав ему особые полномочия.

ЗАТЕМ ПОСЛЕДОВАЛИ выездные совещания, которые Д.Медведев провел в столице Кабардино-Балкарии Нальчике, а В. Путин - в столице Ингушетии Магасе. На них и было заявлено, каким видят выход из северокавказской ситуации в верхах.

А ситуация эта непростая. К обычным региональным проблемам здесь добавились последствия чеченской войны и других кровавых конфликтов, криминально-клановые "разборки", чудовищная коррупция, породившая развитый "теневой" сектор при слабом развитии экономики в целом. В наибольшей степени страдают от этого Чечня и Ингушетия, в значительной мере - Дагестан. В них, по официальной статистике, самый низкий уровень валового регионального продукта на душу населения и самая высокая доля безработных.

Ключом к решению этих проблем, по мнению президента, является улучшение социально-экономической ситуации на Северном Кавказе. Но дальше призывов развивать индивидуальное жилищное строительство, уделять больше внимания питанию и медобслуживанию учеников в школах, а также обещания рассмотреть предложения о строительстве кардиоцентра и университета он не пошел. В. Путин оказался щедрее. Он пообещал построить в Ингушетии мечеть, драматический театр, Дворец молодежи, Дворец спорта, 11 объектов здравоохранения, 11 школ, 10 детсадов. Как же, ведь восстановление экономики Чечни началось со строительства самой большой и роскошной мечети в стране. Не отставать же от нее другим исламским республикам. О строительстве или хотя бы восстановлении уничтоженных в ходе реформ и военных действий промышленных предприятий ни президент, ни премьер не заикнулись.

Скорее всего они в курсе, что, несмотря на огромные цифры официальной безработицы, желающих занять рабочие вакансии в большинстве северокавказских республик не находится. Основную часть состоящих на учете в службах занятости составляют выпускники вузов, которые не собираются идти в рабочие. Как отметил на совещании в Магасе президент Ингушетии Ю. Евкуров, республика не в состоянии самостоятельно содержать даже нефтяные скважины.

Видимо, с учетом этой региональной специфики практически все рабочие места на Северном Кавказе создаются сегодня в сфере обслуживания, а не производства. И в будущем никто не собирается менять этот принцип.

Что же касается президентско-премьерского наместника А. Хлопонина, то тот, наверное, еще не в курсе некоторых вещей. Поэтому в качестве первоочередной меры он предложил вывезти за пределы северокавказских республик до 25 тысяч молодых специалистов работать по территории всей России на масштабных стройках.

Понятно, он не учел, что этих "молодых специалистов" и в самих северокавказских республиках не заставишь работать бетонщиками, сварщиками, экскаваторщиками и т.д. А уж где-то на сибирских морозах - и подавно. Они и без его приглашения, причем в гораздо более массовых масштабах, разъезжаются по всей России, но оседают в лучшем случае в торговле.

Также, видимо, не до конца разобравшись в региональной специфике, Хлопонин предложил решать энергетическую проблему Северного Кавказа за счет строительства малых ГЭС. Спрашивается, зачем эта головная боль местным энергетикам? Ведь они получают из соседних регионов электроэнергию по льготным ценам, перепродают ее населению втридорога, да еще и не оплачивают полученную электроэнергию поставщикам, хотя население им исправно за нее платит.

Наконец, для использования потенциала северокавказских республик, в том числе по развитию горнолыжного спорта и санаторно-курортного комплекса, Хлопонин предложил создать в них особые экономические зоны. Все, кто будет в них зарегистрирован, должны быть на три года освобождены от налогов в федеральный бюджет. Для этого он хочет внести поправки в закон "Об особых экономических зонах", который позволяет освобождать их резидентов только от региональных и местных налогов.

Как говорят, все новое - это хорошо забытое старое. Стоит напомнить, что творилось в зоне экономического благоприятствования "Ингушетия" (ЗЭБИ), где резиденты имели льготы по НДС и таможенным платежам всего лишь на год, но не освобождались от федеральных налогов вообще на три года, как хочет сейчас добиться олигарх. ЗЭБИ начала функционировать с июля 1994 года. Но вместо привлечения инвестиций в республику, строительства в ней предприятий сформировалась "черная дыра". На конец мая 1995 года из 2067 зарегистрированных в зоне предприятий функционировали на ее территории лишь 19 (менее 1%). Остальные 99%, включая крупнейшие олигархические группы, зарегистрировались там лишь для увода прибыли от налогообложения и переправки своих капиталов за рубеж.

Сколько триллионов тогда еще неденоминированных рублей не поступило в федеральный бюджет, сколько миллиардов долларов валютной выручки исчезло в этой "черной дыре", не берется оценить никто. Сильно пострадала экономика очень многих регионов, из которых в этот внутренний офшор сбежали крупнейшие предприятия, лишив их налоговых поступлений в региональные и местные бюджеты. Заметно оскудела и федеральная казна.

А что принес экономике Ингушетии этот налоговый оазис? Ведь речь шла не только о регистрационных сборах. Все федеральные налоги, собранные в ЗЭБИ, в виде бюджетной субсидии передавались правительству Ингушетии. Однако это не повлияло на экономическую ситуацию в республике сколько-нибудь заметным образом.

Дело в том, что правительство Ингушетии освободило резидентов ЗЭБИ еще и от региональных и местных налогов. А сбор федеральных налогов и других обязательных платежей, а также контроль за их уплатой оно перепоручило финансовой корпорации БИН под руководством М.Гуцериева. В результате неслыханно обогатился лишь клан Гуцериевых, да глава республики Аушев выстроил для себя новую столицу - Магас - с шикарным президентским дворцом и другими престижными заведениями. На их обслугу и уменьшилось в основном число безработных, доля которых и сегодня, по словам Евкурова, составляет 54%.

Столь разрушительный для экономики эксперимент был прекращен в 1997 году. А ЗЭБИ была преобразована в классический офшор (для зарубежных фирм), который существует и ныне под руководством все того же Гуцериева. Понятно, что на экономике республики его функционирование положительно не отражается.

Кстати, к цифрам безработицы в 50 - 80%, которые в разное время приводили руководители Чечни и Ингушетии, следует относиться с иронией. Они используются местными "элитами" для выбивания из Москвы масштабной финансовой помощи. Даже дагестанские региональные политики признают, что до 80% экономики республики находится "в тени". А что уж говорить о Чечне и Ингушетии!

"Дагестанская правда", например, отмечает, что среди "безработных" на селе некоторые имеют до 500 гектаров земли и более тысячи голов овец и крупного рогатого скота. Понятно, что значительная часть безработных в этих республиках занята в "теневом" секторе, который к тому же не платит никаких налогов.

Президент и премьер связывают радикализм, экстремизм, бандитское подполье на Северном Кавказе лишь с внешними силами и питающей их "человеческим материалом" массовой безработицей. Однако сами радикальные организации объявляют, что они борются против коррупции властей, произвола силовиков, засилья в экономике республик криминальных кланов. Но о том, что федеральная власть собирается предпринимать на этих направлениях и собирается ли вообще что-нибудь делать, ни президент, ни премьер, ни их наместник не обмолвились ни словом. Понять их можно: ведь это три столпа всего нынешнего режима, издевательски именуемого "правовым государством".



Владимир ДЕКТЕРЁВ.

Владимир ДЕКТЕРЁВ.