Две жизни и две смерти Павлика Морозова

75 лет назад на Урале был злодейски убит 13-летний пионер

Будущей осенью Павлу Трофимовичу Морозову исполнилось бы 90 лет. Он мог сегодня быть среди нас и на встречах ветеранов-фронтовиков со школьниками вспоминать героические эпизоды Великой Отечественной войны. Он мог пасть смертью храбрых в снегах под Москвой в 1941 году и покоиться в братской могиле неизвестным солдатом. Он не дожил до незабываемой Отечественной, но пал на том же фронте за советский социализм. Могила мальчика, которому не исполнилось и 14 лет, рядом с могилой 9-летнего братишки — за околицей уральского села Герасимовка. Его жизнь нашла продолжение во многих подвигах Великой Отечественной.

ТОЧНЕЕ — У НЕГО ДВЕ ЖИЗНИ, причем обе полны драматизма. А водораздел между ними случился 75 лет назад, 3 сентября 1932 года. В этот день 76-летний дед Павлика и 19-летний дядя подкараулили его, шедшего с братом, в лесу и ударами ножа убили обоих. Говорят, эту историю через несколько дней первый секретарь Уральского обкома ВКП(б) И.Д. Кабаков рассказал при встрече И.В. Сталину, который сразу же оценил политический смысл трагедии. Павлик Морозов стал одним из первых пионеров-героев коллективизации, причем самым известным из своих сверстников. Алексей Максимович Горький писал: "Память о нем не должна исчезнуть. Этот маленький герой заслужил монумента, и я уверен, что монумент будет поставлен".

В короткой жизни подростка самые яркие события были связаны с пионерским отрядом. Он был одним из его организаторов, он стал его председателем. Впрочем, удивляться тут нечему. Его отец, крестьянин-бедняк, в 1930 году, когда на Урале началась массовая коллективизация, был избран председателем сельсовета.

После гибели Павлика Морозова его именем был назван колхоз в его родном селе. Его имя носили многие пионерские дружины, оно было внесено в Книгу Почета Всесоюзной пионерской организации имени В.И. Ленина. В 1948 году ему был установлен памятник в советской столице, затем монументы появились в Свердловске и родном селе подростка. Гипсовый белый памятник был установлен и на берегу реки Пышма, под Тюменью, в пионерском лагере, который носил его имя. Именно возле него многие годы проходили лагерные линейки, сборы и другие детские торжества.

УПАВЛИКА МОРОЗОВА СЛУЧИЛИСЬ не только две жизни, но и две смерти. О первой его смерти узнал, без преувеличения, весь мир. Вторая напрямую связана с отступлением советского социализма. Она, его вторая смерть, оказалась многоликой. Об одном зримом ее проявлении вспоминают очевидцы событий. Их свидетельства приводит региональная газета "Тюменский курьер".

"Детский лагерь имени Павлика Морозова был основан под Тюменью в 1957 году. В 1993 году он стал называться оздоровительным центром "Алые паруса". Именно тогда в лагере начала работать Ирина Николаевна Кокурина. По ее словам, детский центр стоял в запустении. "Я работала тогда заместителем администратора по хозяйственной части. Дел было много — расчищали лагерь, готовили к проживанию, чинили сломанное, приводили, в общем, в надлежащий вид",— вспоминает она. Скульптуру Павлика Ирина Николаевна сразу вспомнила — она стояла на том же месте, что и в советские времена, и никому особенно не мешала, невзирая на то, что лагерь сменил имя... Но весной 1995 года в "Алые паруса" приехали гости. "Помню, готовились мы тщательно — должен был приехать Рокецкий (тогдашний губернатор области. — Авт.) с замами, мы накрывали стол и встречали высоких гостей". По словам Ирины Кокуриной, когда те "хорошенько отметили" и вышли на улицу, на глаза им попался Павлик Морозов. "Они остались недовольны, сказали: раз история меняется, чего он тут стоит? Убрать предателя!" — рассказала бывший завхоз. И на следующий же день, по ее словам, тогдашний директор лагеря вызвал трактор, памятник сдернули с постамента и выкинули в Пышму".

НЕТ, НИ УБИЙЦАМ-АНТИСОВЕТЧИКАМ ИЗ НАЧАЛА 30-Х, НИ ИХ НЫНЕШНИМ НАСЛЕДНИКАМ-ГРОБОКОПАТЕЛЯМ не удалось духовно похоронить пионера. Но они и сегодня не отказались от своих намерений, в этом нетрудно убедиться, читая буржуазную прессу. Чем же ненавистен Павлик Морозов правящему ныне классу и его обслуге?

На рубеже недавних 80-х— 90-х годов обрядившиеся в "демократов" народоненавистники и русофобы настойчиво и нагло стремились представить Павлика Морозова доносчиком, предателем, отцеубийцей(?), эталоном извращенца, сформированного-де советской социалистической системой.

Кстати, из протоколов суда известно, что дед и дядя Павлика Морозова тоже называли его доносчиком. Так что нынешние хулители ничего нового не придумали. Они лишь присоединились к голосам детоубийц. Я пытался найти, кто первым из прорабов "катастройки" запустил в обиход гнусные обвинения против пионера из Герасимовки. И вдруг обнаружил, что отечественные клеветники являются заурядными плагиаторами. Передо мной биографический словарь "Кто есть кто в России и бывшем СССР", переведенный издательством "Терра". О его истории газета "Таймс" писала в 1989 году в связи с выходом первого издания на английском языке (он назывался "Биографический словарь Советского Союза"): "В начале 70-х годов двое журналистов решили привести в порядок информацию о Советском Союзе. Они решили собрать настоящий и всеобъемлющий материал, своего рода советский СНБ — "Словарь национальной биографии", солидное и известнейшее в Англии издание биографий знаменитостей".

Есть в этом справочнике и статья о Павлике Морозове: "Пионер, герой доноса. Родился в Герасимовке Свердловской области. Член пионерской организации. Во время кампании коллективизации донес на своего отца, пытавшегося помочь другим крестьянам избежать реквизиции хлеба властями, давая таким образом своему отцу путевку в ГУЛАГ. Утверждают, что дед завлек его в лес и убил топором. Стал национальным кумиром, но населением рассматривался как символ доноса и предательства". Выходит, все очернительства уральского пионера переписаны из заморского издания!

АНГЛИЙСКИЙ СПРАВОЧНИК И ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ ПОПУГАИ полностью извратили события, происшедшие в Герасимовке в 1932 году. Не было там фактов предательства и доноса. Председатель сельсовета Т.С. Морозов вел себя на публике как активный сторонник и Советской власти, и коллективизации. Это несомненно укрепляло веру его сына-пионера в социалистические ценности и советское жизнеустройство. Однако Т. Морозов был падок на богатство и потому вел двойную жизнь. К этому его активно побуждали и родственники, которые не были кулаками да и к середнякам-то могли быть отнесены с натяжкой.

Хотя Тавдинский район (это самый восток Свердловской области) был вдали от основных магистралей, он оказался весьма сильно втянут в магистральную политическую борьбу тех лет. Журналисты "Тюменского курьера" выяснили, что в архиве Тюменского управления КГБ хранится дело "Махновцы". В нем есть переписка сотрудников ОГПУ. Из нее следует, что чекистов весьма тревожила банда братьев Пуртовых, которая действовала в бассейне реки Тавды еще с 1921 года(!). В местах базирования этой банды чекисты не раз находили полученные от председателя Герасимовского сельсовета "справки о бедняцком положении" их владельцев. Было установлено, что Трофим Морозов продавал эти справки либо обменивал их на продукты.

Никакого доноса сына на отца не было, но в нем и "не было необходимости". Улики против председателя сельсовета были налицо. 20 февраля 1932 года прошло заседание "тройки" при Полномочном представителе ОГПУ по Уралу. Она признала, что Т.Морозов "занимался фабрикацией подложных документов, которыми снабжал членов к/р (контрреволюционной. — Авт.) повстанческой группы и лиц, скрывающихся от репрессирования Советской власти". Приговор: "Заключить в исправительный трудлагерь сроком на десять лет"

До заседания "тройки" районный уполномоченный ОГПУ беседовал с Павликом. Привлечение подростка к следственным действиям имело основания. Дело в том, что Т. Морозов был неграмотным, справки на листах из школьной тетради под диктовку и диктат отца писал сын. Во время беседы с чекистом Морозов-младший подтвердил этот факт, уже известный ОГПУ из показаний Морозова-старшего.

Что касается антикулацких настроений, то Павлик был в них искренен и стремился реализовать их в конкретные дела настолько, насколько это было по силам 13-летнему пионеру. Но никаких заявлений на суде он не делал, более того, на нем он не присутствовал.

Иную позицию занимали дед и дядя Павлика. Они видели в липовых, а потому криминальных справках, выдаваемых антисоветчикам, незазорный источник дохода. Их страсть к благополучию оказалась сильнее родственных чувств к внуку и племяннику.

...Павлик Морозов еще вернется в свой пионерский лагерь. Вот сегодняшнее свидетельство тюменского журналиста Александра Петрушина: "В Герасимовке сейчас этого колхоза (имени Павлика Морозова.— Авт.) нет. Но осталась школа, и дети не дали свергнуть памятник своему сверстнику, которого не считают ни предателем, ни изгоем. Для них Павлик — святой".



ВИКТОР ТРУШКОВ