Служить бы рад...

Генерал-полковнику Александру Ивановичу Скородумову еще только 58 лет, а он уже почти 3 года на пенсии. Не по состоянию здоровья ушел в запас генерал, мог бы еще много полезного сделать для обороны страны: ведь более опытного военачальника (не пенсионного возраста) в организации боевых операций в нашей армии, пожалуй, нет. Он прошел две войны: афганскую и чеченскую. Два с половиной года командовал в Кундузе 149-м гвардейским мотострелковым полком.

ПОДПОЛКОВНИК Скородумов принял полк в 1984 году, не имея личного боевого опыта, а многие его подчиненные офицеры и солдаты уже успели повоевать.

Фронтовая жизнь не давала времени на плавное вхождение в обстановку. В сентябре 1985-го командир полка получил разведданные о том, что в районе южного Баглана две банды должны встретить караван с оружием. Операция была разработана с учетом участия в ней двух батальонов афганской армии. Но, как не раз бывало, соратники по оружию не вышли к назначенному времени на свой рубеж, и его немедля заняли бандиты. Это привело к тому, что у нашего 1-го батальона противник оказался не только с фронта, но и с фланга, затем и с трех сторон. Плотный огонь бандитов сковал действия подразделений. Появились первые раненые и убитые. Подполковник А.И. Скородумов немедленно выехал на броне БМП в батальон, оказавшийся в тяжелом положении. Как назло БМП нарвался на мину. Пробило днище боевой машины. Тяжело ранило механика водителя, А.И. Скородумова и командира взвода разведки В. Мусаева взрывной волной сбросило с брони и контузило.

Минут пятнадцать подполковник был без сознания, очнувшись, спросил: "Все живы?" И тут же принялся за работу. Опытным взглядом определил и нанес на карту огневые точки и сосредоточение сил душманов. По радио дал целеуказание нашей артиллерии и вертолетам. Они так хорошо поработали, что у бандитов не оставалось иного выхода, как только уходить, пока не поздно. А далее командир полка сработал как истинный мастер своего дела. Бандиты обратили внимание, что вырваться из зоны огня можно только в направлении рисового поля, менее всего простреливаемого. Именно такую задачу поставил своим подразделениям А.И. Скородумов. Душманы надеялись быстро проскочить открытое место и скрыться в зарослях деревьев и кустов… Только они бросились туда, как из зелёнки по ним в упор открыли огонь 122-миллиметровые самоходные артиллерийские установки (САУ). Так были разбиты две банды численностью около 200 человек и захвачен караван с оружием.

Была на счету подполковника А.И. Скородумова блестящая по замыслу и исполнению операция по разгрому большой банды без единой потери с нашей стороны.

На место боя на вертолете прилетел высокопоставленный генерал из ТуркВО. Он пообщался с разгоряченными схваткой офицерами, солдатами, посмотрел на дело их рук и сказал: "Такого я еще не видел!"

Александр Иванович умел не только высокопрофессионально организовать бой, проявлять личное мужество, беречь своих воинов, но и решительно, иногда вопреки мнению вышестоящих военачальников, отстаивать свою позицию. Все его подчиненные хорошо помнят тяжелую Кунарскую операцию 25 мая 1985 года. Тогда батальон под командованием гвардии майора И.В. Гайдая был на время операции переподчинен 103-й воздушно-десантной дивизии. После тяжелого дневного марша при 50-градусной жаре батальон должен был без отдыха ночью, по горам за 3 часа выдвинуться в район кишлака Коньяк и с рассветом штурмовать бандитский склад с оружием. Комбата лично инструктировал самый высокий генерал из Москвы. Он сказал, что по пути движения подразделение по хребту слева будет прикрывать разведрота, справа— десантный батальон. Скрытно вывести к рубежу атаки должны были проводники, якобы проверенные люди от ХАДа (афганская госбезопасность), "которым можно доверять, как мне", сказал генерал.

В действительности всё получилось с точностью до наоборот. Шли, точнее— лезли по скалам не три часа, а всю ночь, никакого прикрытия ни справа, ни слева не было, а при приближении к заранее подготовленной душманами засаде "верные" проводники бросились к своим, но, не добежав, получили пули от наших. Только бдительные, смелые, решительные действия головной походной заставы, особенно сержанта В.А. Кузнецова, уберегли 4-ю роту от более тяжелых потерь. Бой продолжался около 12 часов. Достучаться по радио ни до арт-поддержки, ни до вертолетов не смогли. Весь личный состав 4-й роты сражался героически, не менее храбро и мужественно, чем знаменитая 6-я рота ВДВ. В том бою погибли 22 человека, в том числе командир роты гвардии капитан А.Г. Перятинец.

Но самое тяжелое началось позже. Высокие военачальники, прикрывая свои промахи, обвинили командира 2-го батальона в том, что он в горах заблудился, а комроты плохо организовал бой. Это морально убило весь личный состав полка. И вот тут проявился в другой ипостаси твердый характер командира полка. Командир дивизии полковник Е.М. Малахов и А.И. Скородумов решительно выступили в защиту своих подчиненных, несмотря на оценки, уже данные на уровне командования Ограниченного контингента советских войск в Афганистане и Сухопутных войск Министерства обороны. Более того, командир полка, вопреки существовавшей практике тихой отправки погибших на Родину в цинковых гробах (груз 200), организовал прощание с павшими, как с героями. Он построил полк перед телами погибших, вынес боевое Красное знамя, встал впереди него и траурным маршем под скорбную музыку процессия двинулась на летное поле. Там был проведен митинг прощания с погибшими воинами.

Конечно, Александр Иванович имел в связи с этим неприятности, но здравых сил в то время в армии было больше. Такие командиры, как А.И Скородумов, были нужны для Вооруженных Сил. Через некоторое время передовой, думающий и умело организующий боевые действия командир полка был назначен командиром дивизии под Ташкентом. Учил офицеров и личный состав воевать, передавал им свой фронтовой опыт. Затем Александр Иванович служил в Забайкалье, в Краснодарском крае, окончил Академию Генерального штаба и вскоре стал заместителем командующего Забайкальским военным округом. А тут и война в Чечне нагрянула. И вновь, теперь уже генерал, А.И. Скородумов на передовой. Сначала начальником штаба группировки Север, затем ее командующим. Скольких офицеров и генералов он научил воевать в новых, непохожих на прежние, даже афганские времена. Многие офицеры и солдаты боготворят его за то, что уберег от беды, спас жизнь. Генерал не сидел в кабинете, не "спускал указания" в войска, а постоянно был в частях, на боевых позициях, в окопах. Потому-то и называли его между собой солдаты и офицеры— окопный генерал.

Война в Чечне затянулась. Через нее прошла почти вся армия. Даже морская пехота воевала. В этой ситуации в Вооруженных Силах нужен был человек в ранге заместителя министра обороны, который возглавил бы всю боевую подготовку. Военная судьба вывела на этот важнейший участок работы генерала А.И. Скородумова.

Он горячо взялся за дело. Вскоре министр обороны утвердил план подготовки и проведения всеармейского сбора командного состава на базе Московского военного округа. Новый командующий округом генерал-полковник И.И. Ефремов заинтересованно отнесся к работе. В то время полковые и дивизионные учения с войсками вообще не проводились, а редкие батальонные с боевой стрельбой преподносились СМИ с живописаниями, достойными стратегических маневров.

В связи с этим сборы готовились тщательно, с учетом боевого опыта афганской и чеченской кампаний. Они состоялись в сентябре 2001 года, впервые за 10 лет с участием всего руководящего состава Вооруженных Сил. Были показаны и возвращались к жизни испытанные, но, к сожалению, забытые элементы боевой учебы. Более того, они тесно увязывались с новой боевой обстановкой, опытом афганской и чеченской войн. Всё делалось под проверенным жизнью девизом: "Лучше пролить вёдра пота на учебных полях, чем кровь в бою". Это был первый серьезный шаг к подъему боевой подготовки в армии и на флоте.

Работа шла, Александру Ивановичу удалось собрать работоспособный коллектив единомышленников. И тем не менее удовлетворения и желаемых результатов он не получил. Самое главное— не нашел поддержки у руководства Министерства обороны. Не один он это чувствовал. Тяжело было видеть, как увольнялись, не найдя применения своему опыт у афганской и чеченской войн, генералы и офицеры.

Взвесив всё, генерал А.И. Скородумов пришел к выводу, что его труд, профессиональные знания и большой боевой опыт руководству Министерства обороны не нужны. Так было принято самое трудное в жизни решение — оставить дело, которому посвятил всю свою жизнь. Написал генерал рапорт на увольнение, хотя в соответствии с законом мог еще служить почти 5 лет. Для пользы дела, с учетом того, что в высшем руководстве Министерства обороны и среди командующих военными округами, практически не осталось генералов с боевым опытом,— такому профессионалу можно было даже продлить время службы. Но...

"Жалок тот полководец,— говорил А.В. Суворов,— который по газетам ведет войну". К большому сожалению, в нынешней Российской армии на самых высоких должностях оказалось очень много военачальников, не имеющих ни боевого опыта, ни достаточной практики командования соединениями и объединениями. Видимо, забыли в руководстве страны урок большого патриота России адмирала П.О. Макарова: "Помни войну!"

БОРИС СЕРГЕЕВ