В самом огне борьбы.

Из дневника фронтового фотокорреспондента Сергея Струнникова
Так случилось, что военные корреспонденты "Правды" майор Петр Александрович Лидов и старший лейтенант Сергей Николаевич Струнников погибли вместе - 22 июня 1944 года. Минуло шесть десятилетий, но память о них жива. Об их материалах, письмах, дневниках и фотоснимках действительно можно сказать емко: "Хранить вечно". Прощаясь с ними, "Правда" писала, что они погибли при выполнении задания редакции на боевом посту.
ПЕРВЫМ о подвиге комсомолки Зои Космодемьянской рассказал Петр Лидов. Сергей Струнников своим объективом запечатлел будни войны. Он был художником, мастером своего дела. Мало кто знает, что Сергей Струнников вел еще и дневник, день за днем фиксируя события Отечественной войны. В декабре 1942-го по заданию редакции пробился в осажденный Ленинград. Он привез массу снимков и волнующие строки военной летописи.
"...10 декабря 1942 г. Наш самолет с московского аэродрома отправился в Ленинград. Уже через два с половиной часа мы были в Тихвине. Впереди - самый ответственный участок полета. С нами пошли изворотливые истребители - наше охранение. Благополучно миновав линию фронта, самолет совершил посадку.
В шестом часу утра я прибыл на Херсонскую улицу, 12, где помещался Ленинградский филиал "Правды". Несмотря на поздний час, правдисты не спали, выпускали газету. Чтобы согреться, вынуждены были железную печурку топить старой бумагой.
11 декабря. Условились встретиться с поэтом-правдистом Николаем Тихоновым. По пути с Херсонской до Аничкова моста застали сирена и голос диктора: "Воздушная тревога!" Забили зенитки. Остановились трамваи. На окнах светомаскировка. С помощью прохожих нашел нужную улицу. На двери была надпись: "Тихоновым стучать три раза". На мой стук дверь открыл сам Николай Семенович.
Говорили о переживаниях, бомбежках, о давних и недавних обстрелах, о том, как надо оберегаться. Договорились вместе написать рассказ о жизни блокадного Ленинграда. Я делаю фотосъемки-иллюстрации к его очерку для "Правды".
Проходя через Аничков мост, я не увидел знаменитых металлических коней, украшавших его. Коней закопали в землю, чтобы немцы не могли их разрушить. Зашел на Московский вокзал передать телеграмму. Внезапно поблизости разорвался снаряд, полетели стекла. Погас свет. Тьма, обстрел усиливался, осколки звякали по крышам. С большими трудностями добрался до редакции и начал писать о пережитом. Телеграмму отправил позднее.
12 декабря. В Ленинграде радостное событие: вечерами включают электричество. Вновь загорелись лампочки Ильича! Еще одна победа осажденного Ленинграда.
13 декабря. Снова в гостях у Тихонова, обсуждаем план дальнейших фотосъемок, писатель дает сюжет. Поразил его рассказ о Ботаническом саде, где росли пальмы. Упала бомба и все разрушила. Пальмы, привыкшие к теплу, вдруг оказались на морозе и стали седыми... В частично уцелевшем саду выращивали овощи для раненых.
В декабре 1941 года немец душил ленинградцев. Люди рыли общие могилы. Когда снаряды били по кладбищу, живые стремительно бежали в могилы - как в укрытия, а мертвые взлетали вверх от разрывов фугасных бомб. Зимой некоторые блокадники ходили белые, настолько истощали, что снежинки не таяли на лицах, а примерзали.
19 декабря. Побывал на оборонном заводе. Работали в основном девушки и подростки. Они помогали собирать автоматы для красноармейцев. Запечатлел сам процесс сборки.
20 декабря. Незабываемое впечатление оставил детдом на улице Лейтенанта Шмидта. Здесь дети приходили в себя, а некоторые учились заново ходить. У многих ребят нет родных. Одни погибли во время бомбежек, другие - на фронте. Мне показали куклу, в которой застрял осколок снаряда, и этот кадр я запечатлел для истории.
Вырастут дети и будут вспоминать, как жили они в блокадном Ленинграде, когда гремели орудия и разрывались фугасные бомбы, как вместе со взрослыми они делили все трудности..."
Военные будни оживают и в крымском дневнике Сергея Струнникова, страницы которого предлагаются вашему вниманию.
"...13 апреля 1944 года. Вместе с фотокорреспондентом Михаилом Калашниковым у руководства редакции обсудили, что необходимо для газеты. Как всегда
- требовалась оперативность. Для газеты - это самое важное.
15 апреля. В сопровождении истребителей наш самолет приземлился на Одесском аэродроме. Мы видели гигантский разбитый самолет "мессершмитт". Пробираемся вместе с вещами к шоссе, усаживаемся на автомашины и едем в город. По пути
- брошенные фашистами снаряды, сгоревшие автомашины, загромоздившие дороги.
Горит порт. Мины замедленного действия продолжают взрываться. И кто знает, когда они еще взорвутся! Опасность подстерегает на каждом шагу, но фотографировать надо. Говорю себе: чему быть, того не миновать. Стоят эшелоны с немецкой техникой, которую гитлеровцы не успели вывезти.
Побывал у памятника Пушкину во фронтовой Одессе. Как не запечатлеть такую встречу с поэтом!
17 апреля. Солнечный весенний теплый день. Оживает природа, но некогда долго любоваться ее красотами. Сфотографировал младшего лейтенанта Огородникова, который с воздуха потопил транспорт противника. Запечатлел и старшего лейтенанта Стражиженко, сбившего вражеский "мессершмитт". Товарищи поздравили летчика с успешной боевой операцией. Такие кадры нужны для "Правды".
Это живые герои - труженики войны.
18 апреля. На самолете с летчиком В. Томилиным лечу через Перекопский вал, с воздуха снимаю поля сражений, воронки от снарядов, окопы. Кадр за кадром. Перезаряжаю фотопленку.
На подступах к Севастополю встретился со своим коллегой Михаилом Калашниковым, у которого был другой маршрут.
Беседовал с местными жителями. Хозяйка дома, где мы остановились, рассказывала о том, что гитлеровцы били людей палками за желание хоть чем-нибудь помочь нашим военнопленным. Выбивали из рук даже хлеб. И тут мне представился эпизод из книги Ванды Василевской "Радуга", как все это было.
19 апреля. Машина мчит нас по пыльному Крымскому шоссе. По обочинам дороги - разбитые немецкие машины. Наши войска двигаются к Севастополю. Стараюсь объективом запечатлеть лица освободителей Крыма.
Побывал у артиллеристов. Попросил разрешения командования послать от имени "Правды" один снаряд, чтобы заснять момент выстрела. На моих глазах тяжелый снаряд полетел по заданной цели в сторону противника.
20 апреля. Аул Черкес-Кермен. Над нами летают "мессеры". Работают наша артиллерия, минометы. Снимаю все, что может отразить войну в Крыму. Бойцы, роющие окопы, говорят, чтобы я немедленно пригнулся, иначе подобьет вражеский снайпер. Пригибаюсь, ползу, приподымаюсь, в вечерней дымке вижу море, бухту Севастополя. До противника километра два. Идет пулеметная стрельба...
Вечером узнаю, что Михаил Калашников убит... Не могу себе представить: ведь только мы встречались, говорили, строили планы. Оказалось, что в последний раз. Война есть война. Никто не гарантирует, будем мы завтра живы или нет. Мы находимся в самом огне борьбы за Севастополь. Под этим городом почти уже накануне нашей победы погиб наш верный товарищ коммунист Михаил Калашников. Он честно отдавал все свои силы родной газете..."
* * *
...Таким был и сам Сергей Струнников, имя которого - на мемориальной доске в редакции "Правды" среди погибших на войне правдистов. Вот их имена: Иван Ерохин, Михаил Калашников, Петр Лидов, Григорий Певзнер (Гринев), Владимир Ставский.
Фото:
- На страже ленинградского неба. 1942 год.
- Защитники Ленинграда и горожане у газетного киоска. 1943 год.
- Бойцы -разведчики морской пехоты в Крыму. 1944 год.

АНАТОЛИЙ САФОНОВ