Валерий РАШКИН, член Президиума, секретарь ЦК КПРФ по организационно-партийной и кадровой работе: Они начали с криминала.

"Понимаете, Зюганов поставил нас в ситуацию безысходности" - такими словами в интервью "Независимой газете" 6 августа несостоявшийся "генсек КПРФ" Тихонов подвел моральный и политический итог всей авантюре, развязанной группировкой Семигина - Потапова - Тихонова против Компартии Российской Федерации. "Водоплавающие" съезды, фальшивые пленумы, похищенные на подставных автобусах делегаты съезда, депутаты и члены ЦК, лживые россказни о якобы полученных раскольниками кворумах на их мероприятиях, поддельные партийные печати КПРФ, используемые для проштамповки столь же ложных документов о якобы законно проведенных ими самоучредительных мероприятиях, - все оказалось бесполезным.
О программных и уставных документах и заявлениях ВКПБ.
КАК ИЗВЕСТНО, вердикт Минюста был недвусмысленным в отношении раскольников: "...Выявлены факты фальсификации численности делегатов на съезде сторонников Тихонова... Кворума на этом съезде не было", - заявил замминистра юстиции РФ Е. Сидоренко. Прокуратура расследует уголовное дело по четырем криминальным сюжетам в действиях семигинцев-тихоновцев. Впрочем, такого рода "мелочи" явно не в состоянии охладить пыл ренегатов. Их политические фокусы продолжаются. Теперь они со всем усердием продолжают те мероприятия, которые, надо понимать, вменены им в обязанность хозяевами и заказчиками операций по разрушению или хотя бы временной нейтрализации коммунистического и всего левого движения в стране в целом. Об этом с полной очевидностью свидетельствует очередная "эпопея", связанная на сей раз с созданием так называемой Всероссийской коммунистической партии будущего (ВКПБ).
Как показывает изучение двух главных учредительных документов ВКПБ - программы и устава, - Тихонов и его коллеги продолжают действовать все тем же привычным для них способом: присваивают и выдают за свое все то, что создала за десятилетие КПРФ в идейной и организационной сфере. И программа ВКПБ, и в еще большей мере ее устав просто-напросто воспроизводят (причем не только по духу, но и текстуально) Программу и Устав КПРФ. Не сумев приватизировать партию, а затем выдать себя за нее, тихоновцы, тем не менее, продолжают идти этим же курсом, пытаясь напялить на себя идейно-политическую, организационную маску, скроенную по лекалам КПРФ.
Собрав на страницах документа, объявленного "Программой коммунистической партии", на удивление большое количество общих высказываний, изобилующих терминами типа "марксисты-ленинцы", "классовое сознание", "организация трудящихся масс на борьбу за свои права", "установление власти трудящихся", "приход в исторической перспективе к коммунизму всех стран и народов" и т.п., его авторы с поразительной "гибкостью" постарались обойти те принципиальные вопросы и проблемы, с которыми, собственно, и связана реализация всех этих требований и положений.
В этом основном документе нет главного - блока социально-экономических требований. Он оказался в приложении к программе, озаглавленном "Социально-экономическая и промышленная политика Коммунистической партии".
В приложении, по сути дела, названы те социально-экономические идеи, которые десятилетиями вырабатывались в КПРФ. В частности, воспроизводится мысль о том, что "построение социалистического, а затем и коммунистического общества при следовании курсом рыночной экономики невозможно в принципе"; отстаивается необходимость планового характера народного хозяйства; говорится о перспективе создания в России планово управляемой двухуровневой экономической модели, а также ставится вопрос о восстановлении общенародной собственности на природные ресурсы.
Скороговоркой упоминается о пересмотре итогов незаконной приватизации и национализации ключевых отраслей, о восстановлении народного контроля над производством и доходами, о принятии закона о земле, по которому она как основное средство производства становится общенародным достоянием и т.д.
Партия очень далекого будущего.
Симптоматично и другое: посвятив значительную часть программы подробному, в стиле студенческого конспекта по курсу истмата, описанию отдаленного будущего - "неизбежности прихода в исторической перспективе к коммунизму всех стран и народов, с построения которого и начнется подлинная история человечества", - авторы документа только вскользь касаются последних полутора десятилетий истории нашей страны. Они практически уходят от определения своего отношения к нынешней общественной ситуации, к существующему политическому режиму и таким ключевым его фигурам, как Ельцин и Путин.
Если не брать во внимание все тех же дежурных сетований по поводу люмпенизации все большей части населения и превращения России в сырьевой придаток Запада, анализ нынешнего российского общества является для семигинцев-тихоновцев мировоззренческим табу.
Либо об отдаленном прошлом, либо об очень далеком будущем и как можно меньше о сегодняшнем дне - таков алгоритм их программного мышления.
Впрочем, и такого рода "смелость" заставляет идеологов ВКПБ всемерно подрессоривать программу, вводя в документ некие "тайные знаки", которые, очевидно, призваны показывать "лицам посвященным", что здесь действуют свои. Как иначе понимать такую формулировку программного документа: "Партия - это объединение людей, признающих права человека..."
Придется все-таки послушать Сталина.
Одно из немногих исключений - вписанный не куда-нибудь, а прямо в "программу" ВКПБ антипатриотический пассаж против идей общинности, соборности, народности, великодержавности, славянофильства, наследия русских философов и т.д. Все это без обиняков объявлено "реакционным социализмом".
А между тем, например, И.В. Сталин, к "практическому и теоретическому опыту" которого взывает г-н Тихонов, ставил и решал данный вопрос предельно четко, говоря о российских коммунистах: "Мы, новые славянофилы - большевики". Это, кстати, вызывало бешенство у Троцкого и у его подельников, проклинавших И.В. Сталина и его единомышленников лишь за то, что "они действуют, думают и чувствуют только по-русски". Так что идейным предтечей ВКПБ является не И.В. Сталин, а Троцкий и иже с ним.
В программном документе ВКПБ присутствует и целый спектр положений, находящихся в жестком противоречии с тем, что на деле говорят и делают семигинцы-тихоновцы в реальной повседневной жизни. Из сообщений СМИ известно, с какой демонстративностью открещивались многие из этих деятелей, твердящих о своей верности идеям Маркса, Энгельса, Ленина, от наследия большевиков. Достаточно вспомнить лишь Т Астраханкину, которая на вопрос корреспондента "Газеты" о том, как она относится к перспективе революции в России, заявила: "То, что вы обозначили (о революции. - "Газета"), я даже произносить не хочу". Не ведомо ей, и что такое национально-освободительная борьба. "А что, нас оккупировали китайцы?" - изволила ерничать она. Да, пока не китайцы. А что, России от этого легче?!
Можно сколько угодно клясться именами Маркса, Ленина, Сталина. Но если политик никогда не читал их трудов, то такие клятвы являются откровенной ложью. Неплохо было бы Т. Астраханкиной посмотреть, что говорил И.В. Сталин в своих последних выступлениях, являющихся его политическим завещанием, об этой самой национально-освободительной борьбе. "Теперь буржуазия продает права и независимость нации на доллары, - указывал И.В. Сталин. - Знамя национальной независимости и национального суверенитета выброшено за борт. Нет сомнения, что это знамя придется поднимать вам, представителям коммунистических и демократических партий, и понести его вперед, если хотите быть патриотами своей страны, если хотите стать руководящей силой нации. Его некому больше поднять".
Г-н Тихонов и его приближенные это знамя национально-освободительной борьбы поднимать не хотят. Более того, они его панически боятся.
Не менее откровенен в своей фальшивой коммунистичности и заместитель председателя ВКПБ Л. Иванченко, который в интервью "Коммерсанту" в ту же пору заявлял, что, несмотря на "ленинский" характер новой партии, она не собирается следовать "догматам октября 1917 года". Такие вот "истинные ленинцы" собрались в ВКПБ. Тем не менее все это не мешает им, когда речь заходит об имитации своей коммунистичности, заносить в программу следующие положения: "Сам переход из одной общественной формации в другую может носить только революционный характер, как переход количества в качество".
И еще. Как много говорилось ими о бесполезности и чуть ли не крахе избирательной работы коммунистов! "Запустили в стране совершенно бессмысленную имитацию демократии - выборы всех и вся, и КПРФ не пропускает ни одной выборной кампании, бросает на них все свои ресурсы", - сетовал в своей аналитической записке "Конфликт в КПРФ. Логика и суть" Г. Костин. Именно к таким "марксистам-ленинцам" будущего обращался В.И.Ленин в своей "Детской болезни "левизны" в коммунизме": "Проявлять свою "революционность" одной только бранью по адресу парламентского оппортунизма, одним только отрицанием участия в парламентах очень легко, но именно потому, что это слишком легко, это - не решение трудной и труднейшей задачи. Создать действительно революционную парламентскую фракцию в европейских парламентах гораздо труднее".
Казалось, что-то до семигинцев-тихоновцев дошло. Быть может, поэтому они на первых местах в уставе ВКПБ, когда речь идет о целях и правах этой организации, поставили: "выдвижение кандидатов (списков кандидатов) в депутаты и на иные выборные должности"; "участие в жизни общества... в делах завоевания политической власти"; "участвовать в выработке решений органов государственной власти и органов местного самоуправления"; "участвовать в выборах и референдумах" и т.п. Причем задачи эти ставятся даже выше задач создания региональных, местных и первичных отделений так называемой ВКПБ. Куда что девалось из антивыборного запала. Но и это, как показывает анализ учредительных документов ВКПБ, - иллюзия, фикция, обман.
Система двойных стандартов.
Столь же двулична и позиция семигинцев-тихоновцев в другом вопросе - об основных принципах деятельности партии. Как часто на протяжении их борьбы с КПРФ изнутри они атаковали принципы демократического централизма, требуя для себя абсолютной свободы в действиях, неподконтрольности партийной дисциплине и обвиняли руководство КПРФ в "диктатуре и произволе", когда их пытались призвать к порядку, И что же? Формулируя теперь основы своей ВКПБ, они тут же записывают в ее программу положение о... демократическом централизме.
В общем, повторяется все то же, что хорошо известно из истории борьбы коммунистов с меньшевиками и троцкистами. Последние всегда действовали согласно двойному стандарту: когда речь идет об их поведении внутри компартии - отрицать и подрывать любой порядок и дисциплину, если же они создают свою собственную организацию - жесточайшим образом отстаивать дисциплину и порядок в ней. Этим же путем идут и тихоновцы.
Это, в частности, очень хорошо видно при анализе устава ВКПБ. Он не только сохраняет все прихваченные из Устава КПРФ положения, обеспечивающие внутрипартийную дисциплину, но и резко ужесточает их. Если в программе так называемой ВКПБ принцип демократического централизма упоминается после принципов добровольности, равноправия, самоуправления и законности, то в уставе он выводится на первое место. "Партия действует на основе принципа демократического централизма, идейной общности и идейного товарищества", - провозглашается в нем. Периодическая отчетность выборных органов, личная ответственность каждого коммуниста, партийная дисциплина, обязательность партийных решений и даже безусловное подчинение меньшинства большинству после принятия решений - все это, будучи позаимствовано из Устава КПРФ, оказалось скрупулезно введено в уставные положения ВКПБ.
В уставе провозглашается, что член ВКПБ "не может быть одновременно членом другой политической партии" и, наконец, что в этой партии "запрещается создание фракций". И это после того, как по ходу борьбы против КПРФ оппозиционеры неоднократно требовали для себя прав на то и на другое.
Самый большой либерализм, на который они готовы пойти, - это следом за КПРФ разрешить объединяться по платформам в ходе официально объявленных в партии дискуссий. Причем в уставе ВКПБ особо выделены и положения, опять же списанные с КПРФ, когда вышестоящие органы имеют право отстранять от дел нижестоящих партийных руководителей и даже распускать нижестоящие партийные комитеты.
Впрочем, жесткая дисциплинарная вертикаль, вводимая уставом ВКПБ, опять же становится фикцией, когда речь заходит о том, кто реально будет определять характер деятельности и идейное лицо новой партии. Некая странность просматривается уже в программе ВКПБ: "Новый тип выстраивания отношений коммунистов с нынешними и будущими союзниками по левому движению может быть сформирован только на основе идейного руководства и равноправного организационного партнерства". Остается неясным: идейного руководства кого и над кем?
Эта загадка решается в резолюции "О вхождении Коммунистической партии в НПСР и левопатриотический блок России", принятой учредительным съездом ВКПБ: "НПСР должен объединять патриотические организации независимо от их партийных ориентации. Коммунисты способны стать стержнем НПСР, его движущей, но не руководящей силой. Сам НПСР призван стать ядром левопатриотического блока России... Только широкий левопатриотический блок, возглавляемый НПСР, может реально противопоставить свою политическую платформу существующему режиму..."
Странно выглядит в свете таких решений сама ВКПБ. Кем является тот, кто движет кого-то, но не руководит процессом?
Несмотря на то, что авторы резолюции явно запутались в "стержнях", "ядрах" и "блоках", смысл документа очевиден: ВКПБ видит себя лишь вспомогательной силой для НПСР, и не больше того. А значит, место в политической жизни страны будет определяться семигинской конторой, принявшей на себя вывеску "НПСР", которая, как известно из ее "Избирательной платформы", забирает себе все: отбор кандидатов на, выборах, выработку идеологии для всех, кто с ними связан, контроль за СМИ... Такой оказывается на деле "авангардная" роль ВКПБ в оппозиционном движении, заявленная в ее уставе. Все отдается на откуп конторе Семигина.
Все положения устава ВКПБ, важно прокламирующие цели и права партии формировать общественное мнение, выдвигать кандидатов в депутаты, участвовать в выборах и референдумах, свободно пропагандировать свои взгляды и т.п., превращаются в фикцию, в банальную ширму, маскирующую жестко подчиненную роль новообразованной партии по отношению к семигинской конторе, действующей под украденной вывеской "НПСР".
Чего изволите?
Подобная откровенность резолюций учредительного съезда ВКПБ недвусмысленно подтверждает давно уже проявившуюся зависимость тихоновцев от Семигина и его политики по приватизации народно-патриотических сил страны. Ведь вплоть до настоящего момента Тихонов, Потапов и их команда постоянно оспаривали информацию о зависимости их от "самого богатого депутата Думы". Хотя шила в мешке не утаишь. И даже такого рода опровержения носили весьма двусмысленный характер. "Семигина даже на нашем съезде не было, и он не является организатором наших действий", - рассказывала еще 6 августа в интервью, опубликованном на государственном Интернет-сайте "Страна.ru" Т. Астраханкина. Однако, не удержавшись, тут же добавляла: "Этот человек - умелый организатор и грамотный политик, умеющий принимать правильные решения и, в отличие от Зюганова, организовывать коллективные действия". И какие же?
В интервью "Газете" Семигин заявлял о поддержке политического курса президента и называл себя всего лишь сторонником "конструктивной оппозиции" в экономических вопросах.
Семь пятниц на неделе.
Для поступков и заявлений семигинцев-тихоновцев характерна ситуация, которая описывается народной поговоркой "семь пятниц на неделе".
Не переставая, например, твердить о том, что они отказываются от дальнейшей критики руководства КПРФ, тихоновцы продолжают линию на нагнетание своих антикоммунистических выступлений.
От баек насчет того, что Зюганов якобы уже не является Председателем ЦК КПРФ (ибо его-де "никто не избирал на пост лидера партии"), они перешли к прямым доносам на КПРФ, направляемым в адрес властей. Например, Кремлю упорно подбрасывается идейка насчет того, что члены КПРФ еще в 2002 году будто бы должны были, согласно новому закону о политических партиях РФ, заново вступать в свою же партию и заново выбрать ее руководство!
Это "открытие", как следует из материалов СМИ, произвело несколько ошеломляющее впечатление на властные инстанции. "...Его легитимность сомнению не подвергаем", - заявили сначала в Минюсте по поводу законности пребывания Г. Зюганова на посту лидера КПРФ. Однако, подумав, подхватили идею тихоновцев и уже начинают выражать готовность поиграть и на этом поле, шантажируя КПРФ обвинениями в ее "юридической несостоятельности".
Или другой пример. Вдосталь наговорившись о якобы имеющихся связях КПРФ с олигархами, ВКПБ преспокойно приняла в свои ряды целые организации "Либеральной России" Березовского, оставшиеся бесхозными после эмиграции олигарха в Лондон. Газета "Коммерсант" проинтервьюировала на съезде ВКПБ одного из либеральных "марксистов-ленинцев", который пояснил, почему березовцы решили стать "коммунистами будущего": "Глава делегации Игорь Соков пояснил "Ъ", что его соратникам "нужна была площадка для выражения своих идей", а тихоновская компартия им "вполне подходит", так как для настоящего либерализма "сейчас в России нет места".
Вот так, записав в свою программу звонкое положение о классовой борьбе - отметившись, так сказать, по части марксизма-ленинизма - лидеры ВКПБ тут же пояснили, что с любыми акциями протеста они пока решили повременить, "не выступать с какими-либо инициативами"...
Совершенно прав Г. Зюганов, когда отметил фальшивость основных постулатов фальшивых коммунистов из ВКПБ: "Ну какая ВКПБ - революционная партия, если ее лидер г-н Тихонов не может даже выговорить вслух, что нынешний режим - антинародный? Какая ВКПБ - радикально коммунистическая партия, если она в условиях наступления власти на жизненные интересы широких народных масс официально объявила, что не будет участвовать в акциях протеста?.."

ВАЛЕРИЙ РАШКИН