Мост - за 10 минут

Как американский генерал К. Пауэлл узнал о русском военном инженере лауреате Ленинской премии Юрии Глазунове.
Во время пребывания советской военной делегации в США начальнику инженерных войск Министерства обороны СССР генерал-полковнику В.П. Кузнецову показали наведение переправы через водную преграду во время учений. Председатель комитета начальников штабов вооруженных сил США генерал Пауэлл (ныне госсекретарь США) похвалил свой понтонно-мостовой парк (ПМП) и понтонеров за отличную работу. Они собрали мост длиной 100 метров примерно за один час.
Советский генерал корректно подметил, что этот понтонно-мостовой парк изобрел полковник Юрий Глазунов, а 100 метров его длины наши воины собирают за 8 минут. Генерал Пауэлл смутился и сказал: "Я уточню". На следующий день он сказал: "Вы меня извините. Я не знал".
Расстрелять за невыполнение приказа Командир инженерно-саперной роты капитан Юрий Глазунов участвовал в боях под Сталинградом, на Северном Кавказе, но больше всего в память врезались фронтовые события в районе Синявинских болот под Мгой и у знаменитой Невской Дубровки под Ленинградом.
Как-то летом 1943 года он случайно столкнулся со своим старым знакомым командиром понтонного батальона капитаном Соломахиным. Юрий Николаевич глазам своим не поверил: офицера вели конвоиры с винтовками наперевес.
Он только и успел крикнуть: "Куда тебя?" "В трибунал и на расстрел", - услышал в ответ.
Ю. Глазунов, не теряя времени, доложил об этом командиру 13-й штурмовой инженерно-саперной бригады полковнику Штейну. Последний, не медля ни минуты, обратился к начальнику инженерных войск Ленинградского фронта генералу Б.В. Бычевскому. Капитана Соломахина удалось спасти. За что же он должен был быть осужден и приговорен к расстрелу?
Дивизия, в составе которой находился названный батальон, получила приказ на наступление. Передовой ее отряд уже захватил узкую полоску земли на вражеском берегу реки. В бой должны были вступить основные силы, и прежде всего танки.
Срочно была нужна переправа. Капитан Соломахин получил приказ за одну ночь подготовить переправу для танков. В июле, как известно, под Ленинградом белые ночи. Кроме того, немцы над нашим берегом постоянно подвешивали "люстры" - так называли наши бойцы осветительные ракеты. На пятачке берега, насквозь простреливаемом противником, подчиненные Соломахина должны были собрать переправу из штатного понтонно-мостового парка. Это означало связать, скрепить в наплавной мост десятки элементов. Всего более двух тысяч ручных операций под непрекращающимся огнем противника.
Короче говоря, капитан Соломахин не смог выполнить приказ, и как следствие - срыв наступления дивизии. Он знал, чем это ему грозит: в таких случаях следовали жесткие приговоры военного трибунала.
Наряду с этим отстранили от занимаемой должности командира дивизии. Но оставался вопрос: мог ли капитан Соломахин выполнить приказ? Ю. Глазунов, имевший к тому времени дипломы инженерно-строительного института, военно-инженерной академии, кандидат технических наук с большим фронтовым опытом, пришел к выводу: нет. Дело не только и не столько в конкретном командире понтонного батальона. Прежде всего техника не обеспечивала быструю подготовку переправочных средств в ходе боя.
Как сделать, чтобы командиры и войска в своем наступательном порыве не "спотыкались" на реках и речушках и не несли большие потери? Такой техники и опыта не было ни в одной армии мира. Не случайно Верховный Главнокомандующий И.В. Сталин в преддверии форсирования Днепра объявил, что всем, кто первым закрепится на вражеском берегу, будет присвоено звание Героя Советского Союза. Так оно и было - около двух тысяч воинов получили Золотую Звезду героя.
К концу Великой Отечественной войны на вооружение Красной Армии поступил тяжелый мостовой парк (ТМП), который в какой-то мере снимал проблему переправы войск. Из него за 4 часа собирался мост длиной 230 метров. Эту задачу выполнял целый полк (около 20 автомашин). Нужно было произвести порядка 4,5 тысячи ручных операций. За один час мост мог пропустить около ста танков, в то время как остальные войска вынуждены были ждать своей очереди, в том числе под огневым воздействием противника, особенно авиации.
ТМП был шагом вперед, но он не удовлетворял все более маневренные действия Сухопутных войск.
Выговор за революцию в мостостроении - Фронтовой случай с капитаном Соломахиным дал толчок мозгам,- говорит Ю. Глазунов. Идея создать мобильный переправочный комплекс с минимальным объемом ручной работы и отвечающий современному динамичному характеру боевых действий войск захватила его.
После победы над фашистской Германией Юрий Николаевич успел повоевать в Китае. Работал в Военно-инженерной академии имени В. Куйбышева, затем возглавил лабораторию в Центральном научно-исследовательском институте (ЦНИИ) имени генерала Д. Карбышева. Там он получил задание на создание тяжелого механизированного понтонно-мостового парка.
Наряду с этим проектом он предложил свой понтонно-мостовой парк, в котором "механизация" была сведена к минимуму. Это и поразило больше всего его оппонентов. Еще бы, вместо пятисот операций - всего шесть... В предлагаемом Ю. Глазуновым ПМП, в сравнении со стоящим на вооружении, требовалось в 5 раз меньше обслуживающего персонала, в такое же количество раз сокращалась потребность в автомашинах, в 4 раза уменьшалось время на возведение моста и в 10 раз возрастала его пропускная способность.
Фантастика! Ученые института ознакомились с проектом Ю. Глазунова и пришли к выводу, что автор заблуждается, увлекается и фантазирует. В приказе по ЦНИИ имени Д. Карбышева автору указали на вышеотмеченные недостатки, обвинили в очковтирательстве и объявили выговор. Тема была снята с разработки, и было прекращено ее финансирование.
Помог господин случай.
Как-то Юрий Николаевич встретился со своим знакомым полковником Зайцевым, который работал в Административном отделе ЦК КПСС. Последний быстро схватил идею Ю. Глазунова, но сказал, что эти проблемы они не решают. И все же обещал помочь. Позвонил в приемную заместителя министра обороны, коим в то время был Маршал Советского Союза Г.К.Жуков. Помощник замминистра заверил, что все будет доложено маршалу.
Ровно через три дня к Г.К Жукову пригласили начальника инженерных войск Министерства обороны маршала инженерных войск М.П. Воробьева, председателя научно-технического комитета (НТК) инженерных войск, начальника ЦНИИ имени Д. Карбышева генерала М.К. Марьина и других заинтересованных лиц. Надо полагать, в интересах большей "объективности" автора прорывного проекта ПМП полковника Ю.Н. Глазунова на совещание не вызвали.
Маршал Советского Союза Г.К.
Жуков спросил: "Почему сняли проект?"Председатель научно-технического комитета инженерных войск доложил, что предложенный автором понтонно-мостовой парк технически не обоснован, в нем присутствуют завышенные характеристики и вообще он не реален.
- А автор-то считает, что он реален? - уточнил маршал.
- Да, - ответил председатель НТК.
- Сколько он просит денег для того, чтобы сделать экспериментальный образец и испытать его? спросил Г.К. Жуков.
- 862 тысячи рублей, - ответил председатель НТК.
- Это же мелочь, - резюмировал заместитель министра обороны.
- Дайте ему то, что он просит. Если не получится, то будет посрамлен автор. При успешном результате все будут довольны.
Новый понтонно-мостовой парк был создан за один год на экспериментальном заводе при ЦНИИ имени Д. Карбышева в Нахабине. Испытание проводили в Прибалтийском военном округе. В комиссию входили в основном те, кто не воспринимал и не верил в реальность проекта Ю.Н. Глазунова. Суть новизны, которая не укладывалась в головах ученых и практиков, состояла в следующем. Каждое звено наплавного стального моста складывалось, как гармошка, из четырех частей и помещалось на большегрузный автомобиль. Для сборки моста автомобиль подъезжал задним ходом к берегу реки и сбрасывал модуль в воду, который автоматически раскрывался на плаву. Оставалось сделать всего шесть ручных операций, чтобы соединить секции в ленту моста. Все это делалось у берега, затем лента-мост разворачивался поперек реки, соединяя два берега. Если сравнить с тем, что показывали американские понтонеры советским военачальникам, то мост длиной 100 метров действительно может быть собран за считанные минуты. Американские "профессионалы" возились целый час потому, что собирали ПМП не у берега, а сразу поперек реки.
Мост-лента (ПМП) может быть различной длины в зависимости от ширины реки. Например, на Дунае возводили переправу протяженностью 700 метров. Ширина моста 8 метров, в том числе проезжая часть - 6,5 метра. Все испытания прошли успешно. Это была революция в мировом понтонно-мостовом строительстве. ПМП Ю.Н. Глазунова превосходил лучший понтонно-мостовой парк в мире (американский) более чем в 100 раз.
Названный ПМП имеет ряд модификаций, значительно улучшающих его тактико-технические характеристики. Имелся даже вариант ПМП для Воздушно-десантных войск, сбрасываемого на парашютах.
А затем на основе ПМП были созданы варианты понтонных парков для РВСН грузоподъемностью 120 тонн. Подобных парков до сих пор нет в мире. Таким образом, понтонно-мостовой парк может быть использован не только в военное время, но и в мирных условиях при стихийных бедствиях и техногенных катастрофах, как это было после взрыва на ЧАЭС.
ПМП Ю.Н. Глазунова был высоко оценен не только военными, но и производственниками. Директор Навашинского завода А. Шишков, где делали ПМП, стал одним из самых активных инициаторов присуждения автору проекта Ленинской премии.
Военных в то время этими наградами не баловали.
Пошли к министру судостроительной промышленности страны Б.Е. Бутоме, в чьем ведении находился завод в Навашино. Министр, выслушав предложения директора завода, сказал: "Нам представили лишь одну вакансию на Ленинскую премию. Мы предложили проект атомной подводной лодки, которую передали Военно-Морскому Флоту".
Б.Е. Бутома был мудрый человек.
Ознакомившись с тактико-техническими характеристиками ПМП Ю.Н. Глазунова, он воскликнул: "Это здорово! Вы превзошли лучший американский понтонно-мостовой парк в 100 раз! А ведь мы создали атомную подводную лодку после того, как она появилась в США. Пойду в ЦК КПСС и Совет Министров СССР просить наградить Ленинской премией".
Так и получилось, что фамилия научного руководителя и главного конструктора ПМП Ю.Н. Глазунова соседствует с ленинскими лауреатами-создателями атомной подводной лодки. Намеревались включить в число награжденных начальника инженерных войск Министерства обороны маршала инженерных войск В.К. Харченко, который многое сделал для того, чтобы ПМП был поставлен на вооружение войск. Маршал категорически отказался быть причисленным к авторству проекта.
Мосты, в которых заложена конструкторская мысль Ю.Н. Глазунова, используются в армиях многих стран. А автор от этого ничего не имеет, потому что в свое время в связи с секретностью ПМП не был запатентован. И без этого Юрий Николаевич мог бы быть очень обеспеченным человеком. Но он к этому не стремится, поскольку иначе устроен. Главное для него - не деньги, не богатство, а творческий, духовный интерес в жизни. Для некоторых Юрий Николаевич белая ворона, хотя, по существу, это суть настоящего русского характера.
Он считает себя коммунистом-интернационалистом. В связи со сложными процессами, происходящими в среде оппозиции, Глазунов подготовил "Воззвание к совести".
Редакция газеты "Правда" поздравляет лауреата Ленинской премии, доктора технических наук, профессора полковника в отставке Юрия Николаевича Глазунова с 90-летием со дня рождения.

БОРИС ГОЛЫШЕВ