Беседа исполнительного секретаря Партии коммунистов Республики Молдова Юрия Мунтяна и политического обозревателя «Правды» Виктора Трушкова.
— Юрий Викторович, в молдавском парламенте наконец-то сформирована правящая коалиция и утверждено правительство. Как вы оцениваете его перспективы?
— Здесь все понимают, что это правительство не доживёт до зимы. Оно создано буквально «на коленке»: до самого начала пленарного заседания парламента кандидат в премьеры не знал до конца, кого и на какой пост предложит. Прошлый Альянс развалился и был погребён под ворохом межличностных скандалов. Для того, чтобы сформировать нынешнюю коалицию, потребовались колоссальные усилия… Запада. В последние дни перед утверждением правительства вожаки молдавских правых партий и часу не могли прожить без очередного звонка из Бухареста или Брюсселя.
Новым это правительство тоже не назовёшь. Все лица нам до боли знакомы. Все они связаны со скандалами, включая и уголовные. Фальсификации на рынке лекарств или растрата многомиллионных бюджетных средств — это ещё только цветочки. Для ведущих персонажей из нынешних правящих партий нормальное явление: по очереди совершать преступления, а затем долго выяснять отношения, пользуясь контролем над силовыми структурами. Только страх перед коммунистами способен заставить их объединиться.
— Но ведь нынешние правые партии управляют страной уже четыре года…
— Всё началось с того, как они вообще достигли власти. Вспомним апрельские погромы 2009 года, когда были разрушены здания администрации президента и парламента. Их, кстати, до сих пор не восстановили. Власть объявила погромщиков и вандалов героями. Им даже выплачиваются пособия — большие, чем, скажем, матерям-одиночкам. Предлагают даже установить памятник этим событиям в центре Кишинёва.
Четыре года правой коалиции — это четыре года непрекращающихся скандалов. Причём зачастую очень грязных. Либерал-демократ Филат обвиняет демократа Плахотнюка в мафиозном захвате государственных институтов и бизнес-структур и в хищениях государственных средств. Либерал Гимпу обвиняет Филата в контрабанде и крупных финансовых махинациях. Эти постоянные взаимные обвинения — единственная возможность услышать из их уст истину.
Апофеозом скандалов стала «царская охота» в заповеднике, в которой приняли участие иерархи политической и судебной систем, а также олигархических бизнес-группировок. Во время неё был убит человек, но этот факт власти попытались скрыть. После того, как тайное стало явью, началась волна взаимных разоблачений. Стало ясно, что преступление покрывает каждый из них, осудить друг друга они не решаются: подставишь одного — увязнут все.
Они ненавидят друг друга — это видно невооружённым глазом. И абсолютно друг другу не доверяют. Вы бы видели, как проходило тайное голосование по избранию нового председателя парламента. Представители разных партий по-разному складывали бюллетени, оставляли отметки на них, чтобы можно было продемонстрировать друг другу при подсчёте, кто как голосовал. Вели себя, как идущие на дело воришки, а не народные избранники.
— Но тогда кому и для чего нужно сейчас такое правительство?
— Для чего нужно такое правительство сейчас? Считанные месяцы остались до ноябрьского саммита «Восточного партнёрства» в Вильнюсе, где Молдову должны показать как «историю успеха», дабы западные кураторы не краснели за своих протеже и не пострадали политически на предстоящих в ближайшее время выборах в Европарламент и парламенты ряда европейских стран. А после них коалиция сможет спокойно разрушаться до конца. Западу было необходимо хоть ненадолго продлить агонию разложившейся власти, и, признаем, ему это удалось.
— Если бы и не было бесконечных скандалов, нынешней власти всё равно не просто демонстрировать «историю успеха». Четыре года — вполне достаточный срок, чтобы сравнивать результаты её правления с деятельностью Партии коммунистов, которых правые сменили у руля Республики Молдова. Сравнения-то будут не в пользу нынешних властителей. Разве не так?
— Главное отличие: Партия коммунистов, находясь у власти, инвестировала в человека. Даже в самые сложные периоды — засухи, наводнений, «газовых войн», «винного эмбарго» и т.д. — мы не сократили социальные расходы. Напротив, зарплата и пенсии индексировались и повышались в соответствии с реальной экономической обстановкой. Закрытие школ и больниц было полностью исключено, напротив — благоустраивались старые и создавались новые. Образование, медицина, социальная политика, создание новых производственных предприятий были нашими приоритетами. Коммунисты даже объявили амнистию капиталов для того, дабы расширить источники пополнения бюджета и стимулировать развитие экономики. Метод, конечно, либеральный, но цели — социальные.
Говорю это не с чужих слов: сам был заместителем министра экономики и торговли в последние годы нахождения ПКРМ у власти. Но это признают и, так сказать, наблюдатели со стороны. Например, в начале 2011 года Кишинёв посетил депутат Госдумы РФ, президент российского общества «Знание», замечательный учёный О.Н. Смолин. Он тогда анализировал результаты восьмилетнего правления коммунистов и обратил внимание на то, что валовой внутренний продукт в пересчёте на душу населения в Молдове примерно в пять раз ниже, чем в России (у нас практически нет собственных природных ресурсов). Но при этом средняя продолжительность жизни у нас в 2008 году была на 1,4 года больше, а уровень образования — на 0,9 года выше. Во время правления ПКРМ рейтинг инвестиций в человеческий потенциал на 19 пунктов превысил рейтинг ВВП на душу населения. То есть коммунисты, будучи у власти, максимально использовали экономические возможности страны в социальных целях.
— А как вы охарактеризуете сегодняшнее состояние молдавской экономики?
— Вы прекрасно знаете, к чему приводит власть, которая в качестве главного своего достижения называет получение огромных кредитов. За них она «расплачивается» реформами, бьющими по народу. Закрытие школ и больниц, сокращение рабочих мест в бюджетной сфере, массовые увольнения, издевательства над полицией — эти результаты скрыть невозможно. И, как следствие, всплеск преступности. Назову лишь две цифры. Нынешний дефицит государственного бюджета — более миллиарда молдавских леев (более двух с половиной миллиардов рублей). Цифра для маленькой Молдовы ужасающая. А уровень реальной безработицы уже превысил 60%.
— Но какова судьба кредитов? Ведь они должны превращаться в товары, услуги, новые производственные объекты и так далее?
— Они, как утверждает нынешняя власть, «осваиваются». Огромные суммы выделены на ремонт дорог. Но дороги, «построенные» осенью, разрушаются уже к Новому году по старому стилю. Куда идут деньги на самом деле — вопрос риторический. А вот расплачиваться за них предстоит всё тем же налогоплательщикам. При этом гарантированный правительством внешний долг увеличился более чем на 85%.
Чтобы хоть как-то пополнять разворовываемый бюджет, власти идут на любые ухищрения, стараясь отобрать у людей последнее. Возьмём социальную помощь малоимущим. Её теперь решено отобрать у всех, кто обладает «предметами роскоши», например, холодильником или телевизором. Если у многодетной семьи дома стоит телевизор, купленный в советское время, лет 40 назад, то он тоже считается предметом роскоши, и, стало быть, помогать такой семье не нужно. А самое циничное: особой «роскошью» власть считает обучение молодого человека в университете на платной основе.
— Что, в сегодняшней Республике Молдова обучение в основном бюджетное?
— Что вы? Бюджетных мест в университетах практически нет. Если при ПКРМ готовился полный переход на бесплатное высшее образование в государственных вузах (и в ряде вузов мы успели это сделать), то нынешняя власть повернула процесс вспять, сделав плату за образование неподъёмной. Отцу семейства, для того чтобы его сын выучился на врача, нужно порой отдать за год обучения чуть ли не весь свой годовой заработок. А после этого его ещё и лишают права на пособие: он-де живёт в «роскоши». «Роскошью» считается и наличие в семье человека, находящегося на заработках за рубежом. Более того, деньги, которые наши соотечественники высылают своим семьям, здесь облагаются новыми поборами.
— Но, по данным российской статистики, молдавских гастарбайтеров только в РФ сотни тысяч человек.
— По некоторым данным, их уже более миллиона: сейчас в охваченной кризисом Европе их стало меньше. Едут потому, что иначе семью не прокормить. При этом в большинстве случаев наши сограждане находятся за рубежом на нелегальном положении, живут в бараках — только чтобы больше денег отправить жёнам и детям. А правительство, вместо того чтобы создавать новые рабочие места, говорит, что будет бороться с нелегальной миграцией «через кампанию по информированию», «миграция — это плохо». Да при этом ещё отбирает у людей часть заработанного и лишает их семьи пособия.
— В этих условиях вы продолжаете настаивать на досрочных выборах? И уверены, что это требование является правильным и для ПКРМ выигрышным?
— Перефразируя старика Шерлока, скажем: если отбросить все невозможные варианты в порядке убывания степени их невозможности, то последний окажется единственно верным, каким бы сложным он ни казался. Досрочные выборы — единственный возможный выход. Не для нас — для страны.
Этот путь сложен, но другого варианта нет. Наших оппонентов жители Молдовы ненавидят за всё совершённое ими со страной. Но посмотрите, насколько агрессивно их поддерживает Запад. Европейские чиновники уже не скрывают своих целей. Раньше они говорили про ценности и принципы, про демократию, про досрочные выборы. Теперь еврокомиссар Фюле, приезжая в Кишинёв, говорит только одно: «Мы ждём сохранения проевропейского вектора». И тут важно понимать, что под этими словами подразумевается. Партия коммунистов, находясь у власти, тоже использовала тему европейской интеграции как некий консолидирующий мотив, призванный ускорить процесс внутренней модернизации по принципу «построить Европу у себя дома». Но наша политика решительно отвергала раскол страны по геополитическому принципу. Нынешний же «проевропейский вектор» — это вектор исключительно русофобский и прозападный. Вашингтон и Брюссель готовы терпеть все выходки «своих сукиных сынов» — их открытый бандитизм, тотальную коррупцию, контрабанду, торговлю людьми, попрание любых прав и свобод, — лишь бы «вектор» не изменился.
У нас, конечно, такой ярой поддержки извне нет. Хотя нас называют пророссийской партией, но официальная Москва, к большому сожалению, ошиблась, когда рассчитывала на создание в Молдове «левоцентристской коалиции». Вариант союза ПКРМ с другой «прогрессивной силой» не работает, поскольку другой «прогрессивной силы» в Молдове нет. Например, Демократическая партия сегодня более радикальна, чем даже либералы пресловутого Михая Гимпу. Именно из кармана её хозяина, Плахотнюка, оплачивались все места для румынских унионистов в высших эшелонах государственной власти. Именно с его лёгкой руки был принят закон об осуждении советского прошлого и запрете на советскую символику (недавно Конституционный суд признал этот закон антиконституционным). Я уж не говорю о прорумынских манифестациях последних лет, участники которых тоже хотят кушать.
«Конструктивная оппозиция» — это и вовсе позор для молдавской политики. Разваливающиеся сегодня «социалисты» ренегата Игоря Додона привели на пост президента-униониста Николая Тимофти, того самого, который целый народ — гагаузов — назначил «лишними на пути в Европу». Партия другого перебежчика из ПКРМ, Вадима Мишина, и вовсе голосует за всё, что нынешняя власть предлагает, повторяя одну и ту же мантру: «Нам не нужны досрочные выборы».
Что касается внепарламентской оппозиции, как левой, так и правой, то она слаба и разрознена, превратилась в клубы по интересам, у которых отсутствует структура, нет реального актива. Победить нынешнюю власть способна только такая партия, которая может поднимать массы людей, не чурается говорить с каждым избирателем лично и не отсиживается в конференц-залах.
— Какие условия, на ваш взгляд, необходимы для проведения досрочных парламентских выборов?
— После падения мёртворождённого правительства они будут неизбежны. Им суждено стать референдумом о недоверии нынешней «проевропейской» коалиции. Избиратель окажется перед альтернативой: коммунисты или «проевропейцы». За нынешнюю власть — агрессивное западное лобби, отряжающее своих «статусных» представителей на гей-парады перед посольством США в Кишинёве. У оппозиции один союзник — молдавский народ, о чём свидетельствуют все опросы общественного мнения — как ангажированные (открытые), так и закрытые, для служебного пользования. Они свидетельствуют, что от 51—52% до почти 65% молдавских граждан ждут выборов с нетерпением и готовы отдать свои голоса за ПКРМ. По тем же опросам, подавляющее большинство граждан считают власть одной партии наиболее эффективной формой правления.
Но условия, в которых нам предстоит побеждать, будут крайне тяжёлыми: все институты власти захвачены правыми, против общества развязаны репрессии, местные избранники подчинены, СМИ монополизированы. Однако настоящих коммунистов это не остановит.