Предательство возводится в героизм, а кровавые бесчинства восхваляются как национально-освободительная борьба. Таковы реалии современного Узбекистана, где продолжается реабилитация «святых имён жертв репрессий». Чиновники между тем выступают против «политизации» Дня Победы и требуют отказа от советских символов.
О том, что оправдание самых одиозных фигур прошлого поставлено в Узбекистане на поток, «Правда» сообщала неоднократно. Процесс был запущен осенью 2020 года распоряжением президента Шавката Мирзиёева «О дополнительных мерах по более глубокому изучению наследия и увековечению памяти жертв репрессий». С тех пор верховный суд республики официально реабилитировал свыше 1200 человек.
Среди них оказались главари басмаческого движения вроде Ибрагим-бека, развязавшего беспощадный террор против заподозренных в сочувствии Советской власти. За спинами этого и ему подобных головорезов стояла британская агентура, щедро снабжавшая басмачей оружием и финансами.
Недавно Верховный суд объявил о реабилитации ещё одной группы «невинно пострадавших» в составе 161 человека. «Справедливость восторжествовала. Правда, которая годами оставалась нераскрытой, взяла верх. Святые имена жертв репрессий, отдавших свои жизни в борьбе за независимость страны, её религию, культуру и национальную гордость, навсегда останутся в сердцах нашего народа», — с пафосом говорится в сообщении судебного органа.
«Святые имена» принадлежат людям, осуждённым за организацию банд, вооружённую борьбу с государством, поддержку антисоветского подполья. Причём, несмотря на тяжесть преступлений, многие приговоры были весьма мягкими. Только 33 человека из 161 были приговорены к высшей мере наказания, в большинстве случаев речь идёт о 3—5 годах заключения.
Рассмотрим некоторых реабилитированных более внимательно. Вот, к примеру, житель Ферганской области Тургун Абдуллаев. Выходец из обеспеченной семьи, он в 1912 году становится волостным управителем, находится на хорошем счету у царской администрации. Как пишут современные историки Узбекистана, в 1918 году Абдуллаев с восторгом принял установление буржуазно-националистической «Кокандской автономии» и включился в её деятельность. Это не помешало ему в следующем году вступить в Коммунистическую партию и стать председателем сельского совета. «Однако втайне он продолжал поддерживать членов движения за независимость», — пишет доктор исторических наук Бахром Ирзаев.
Снабжая басмаческое подполье деньгами, Абдуллаев и его сообщники смогли завербовать нескольких бойцов Ферганского кавалерийского полка. Среди предателей оказался Аркадий Хананянц, передававший басмачам оружие и боеприпасы, выдавший оперативные планы советских войск. В конце концов эта группа установила прямые контакты с Курширматом — одной из самых зловещих фигур того времени. Добавим, что после разгрома басмачества он не прекратил подрывную работу и, окопавшись в Афганистане, стал главой «Униона» — диверсионной организации, созданной немецко-фашистской разведкой. Лишь своевременные и решительные действия Москвы смогли предотвратить вторжение в Среднюю Азию.
Абдуллаев и его подельники были арестованы осенью 1920 года. По делу проходил 31 человек, 15 из которых были приговорены к расстрелу за шпионаж и передачу оружия бандитам, другие — к различным срокам заключения. Нескольких человек суд постановил освободить. Хананянц пытался бежать, но был схвачен и понёс заслуженное наказание. Теперь вся группа реабилитирована. Судя по всему, судьи верховного суда не сильно вникали в вопрос и штамповали оправдания «под копирку». Так, подручный Хананянца Василий Клименко указан в списках как узбек по национальности и мясник по профессии.
Но кто будет обращать внимание на такие «мелочи», если тон антисоветизму и антикоммунизму в Узбекистане задаётся на самом верху? Одним из главных вдохновителей отвратительной кампании является вице-спикер нижней палаты парламента, лидер партии «Миллий Тикланиш» («Национальное возрождение») Алишер Кадыров. Он регулярно выступает с инициативами запрета коммунистической символики, в том числе во время празднования Дня Победы, обвиняет Советскую власть в экономических проблемах независимого Узбекистана, призывает ограничить сферу использования русского языка.
На этот раз накануне 9 Мая Кадыров от имени своей партии выразил возмущение, что «небольшие группы лиц приходят на территорию мемориальных комплексов с советскими флагами, что провоцирует словесные перепалки и локальные столкновения с другими гражданами». Тем самым, утверждает он, некоторые силы хотят использовать День памяти и почестей (так в республике именуется День Победы) «в качестве инструмента для манипуляций, спекуляций и политического давления». Кадыров со товарищи призвал «сосредоточиться на духовной ценности праздника, избегая превращения памятных мероприятий в арену для политических споров». Уточним, что пока спекуляции и провокации допускают исключительно сам политик и мизерное число других националистически настроенных граждан.
«Лавры» Кадырова, видимо, не дают покоя председателю Федерации профсоюзов, сенатору Кудратилле Рафикову. Недавно он потребовал изменить государственный герб Узбекистана. Изображённые на нём хлопок и пшеница, заявил Рафиков, являются идеологическим наследием «советской системы», которая якобы насильно закрепляла аграрный перекос экономики республики. Об авиационном заводе в Ташкенте, о цветной и чёрной металлургии, энергетике, химической промышленности, машиностроении, нефтегазовой отрасли чиновник «забыл», перекладывая на советское прошлое вину за провалы буржуазного режима. «Разве эти сельскохозяйственные культуры должны были определять нашу социальную и духовную идентичность? Разве в их образе мы должны были видеть свои вековые мечты, великие устремления и собственное духовное «я» в этом мире?» — возглашает Рафиков. Также он недоволен тем, что после 1991 года «одна наша нога в идеологическом смысле оставалась на руинах прежней системы».
Ругая Советский Союз, власти одновременно передают рычаги управления экономикой западным финансистам, усиливают долговую зависимость страны. Что, впрочем, ещё ждать от политиков, восхищающихся басмачами, которые обслуживали иностранные интересы? В атаках на социалистическое прошлое, таким образом, просматривается чёткий замысел: очернить эпоху истинного развития и независимости, открыв путь к закабалению капиталом. То есть к тому, чего не допустили большевики сто лет назад.