О значении знаменитой ленинской работы для точной оценки социально-политического состояния современной России.
В прошлом году исполнилось 120 лет выходу в свет первого крупного теоретического исследования Владимира Ильича Ленина «Развитие капитализма в России». Чем вызвал труд Н. Ильина (под научным трудом отбывавшего царскую ссылку в далёкой Сибири руководителя столичного «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» стояла именно такая подпись) повышенное к себе внимание и многочисленные — и положительные, и негодующие — отклики?
АВТОР ЭТОЙ КНИГИ не был первым исследователем становления российского капитализма. В 1894 году вышла книга П. Струве «Критические заметки по вопросу об экономическом развитии России», а за год до ленинской работы увидела свет «Русская фабрика в прошлом и настоящем» М. Туган-Барановского. Это были труды так называемых легальных марксистов. Они, исходя из учения К. Маркса о прогрессивном характере капитализма, вытеснявшего отжившее свой век феодальное жизнеустройство, убеждали читателя с цифрами в руках, что Россия не является исключением в глобальной логике смены общественно-экономических формаций. Н. Ильин тоже доказывал прогрессивность капитализма по сравнению с реакционным помещичьим миропорядком.
Но предшественники Н. Ильина были марксистами только наполовину, если даже не на четверть. Они ограничивались подчёркиванием положительного влияния капитализма на экономическую жизнь России, отставшей от Западной Европы. Всё остальное для них было малосущественным в этом историческом процессе. В отличие от четверть-марксистов, Владимир Ильич был марксистом последовательным, то есть материалистом-диалектиком. На этот надёжный фундамент он уверенно опирался и в политической экономии, и в философии, и в вопросах стратегии и тактики революционной борьбы.
Он не только рассматривал становление капитализма в многообразии связей, но и во всей его противоречивости. Легальные марксисты быстро трансформировались в трубадуров капитализма. П. Струве в 1905 году, устрашившись революционного пролетариата, стал одним из создателей конституционно-демократической партии, вскоре к тем же кадетам притулился и М. Туган-Барановский. Кстати, нынешняя «Единая Россия» провозгласила себя идейной преемницей этой партии и нередко щеголяет этим.
Ленин видел не только производительные силы, создаваемые капитализмом, но и присущие ему производственные отношения. А это значит, что в центре его внимания были общественные отношения капиталистической собственности и их основные носители — буржуазия и пролетариат. Следуя марксистской теории, он подтверждал, что и в России единственным последовательно революционным классом является активно формирующийся рабочий класс.
Сегодня, зная творчество В.И. Ленина, мы воспринимаем этот вывод как естественный и единственно возможный: не бывает буржуазии без рабочего класса. Капиталистический класс существует только благодаря тому, что сосредоточенная в его руках собственность на средства производства позволяет ему эксплуатировать наёмных работников, то есть пролетариат. Маркс доказал, что именно эта эксплуатация и приносит буржуазии прибыль. Легальные марксисты тоже признавали это положение марксистской науки. Но будучи четверть-марксистами, они на этом и останавливались. А для Ленина это было только начало в веренице революционных выводов. Он решительно делал следующий шаг по проложенному Марксом маршруту: если капитализм невозможен без эксплуатации рабочего класса, то он, пролетариат, будет неизбежно выступать против капитализма до тех пор, пока не добьётся его ликвидации.
А следующий шаг был из тех, которые Маркс и не предсказывал: в России неизбежно появляется рабочее движение, в России исторически неизбежна пролетарская, социалистическая революция. Но сторонникам легального марксизма она была не нужна. Значит, и они становились не нужны рабочему классу. Следовательно, здесь не оставалось почвы для их союза.
Однако Ленин пришёл в классовую борьбу не только как теоретик. Первым подлинным теоретиком из марксистов в России был Георгий Валентинович Плеханов. Но России труда было мало набора гранок и колонн цифр. Она мечтала о большем: «Он придёт, придёт великий практик, поведёт полями битв, а не бумаг!» Однако самая практичная вещь, как известно, это хорошая теория. Стихийно революционный запал рабочего класса проявляется только в экономической борьбе. Но она недостаточна, чтобы ликвидировать капитализм. И великий наследник Маркса приступает к разработке теории политической партии рабочего класса. У этой теории жёсткий посыл: коммунистическая партия существует для рабочего класса, а не наоборот. У неё единственная стратегическая цель: замена капитализма социализмом путём победоносной пролетарской революции. Любые иные, промежуточные, стратегические установки — это следование маршрутом если не Струве и Туган-Барановского, приведшее к кадетам, то маршрутом меньшевиков.
Да, быть марксистом, быть ленинцем — значит не только признавать неизбежность ликвидации капитализма путём социалистической революции, но и служить делу этой революции своей каждодневной жизнью. Историческое призвание КПРФ именно в этом служении. Других предназначений у неё нет. Ленин не любил, презирал певцов середины: «Середины нет. О середине мечтают попусту барчата, интеллигентики, господчики, плохо учившиеся по плохим книжкам. Нигде в мире середины нет и быть не может. Либо диктатура буржуазии (прикрытая пышными эсеровскими и меньшевистскими фразами о народовластии, учредилке, свободах и прочее), либо диктатура пролетариата. Кто не научился этому из истории всего XIX (а теперь и ХХ. — В.Т.) века, тот — безнадёжный идиот».
Думается, достоинство первой из вошедших в сокровищницу научного коммунизма работы В.И. Ленина именно в её неопровержимых выводах.
ВСЕ БУРЖУА и их подголоски-оппортунисты не хотят допустить, чтобы критерии марксистско-ленинской теории были приложены к нынешней действительности. Между тем это необходимо позарез. И здесь «Развитие капитализма в России» нам может очень помочь.
Те, кто, как повторял Ленин, не стоит на позициях марксизма, а лежит на них, долго не хотели признавать сам факт реставрации капитализма. Но ведь ещё в конце XIX века Ленин писал: «В вопросе о развитии капитализма едва ли не наибольшее значение имеет степень распространения наёмного труда. Капитализм, это — та стадия развития товарного производства, когда и рабочая сила становится товаром. Основная тенденция капитализма состоит в том, чтобы все рабочие силы народного хозяйства применялись к производству лишь после продажи-купли их предпринимателями». По этому критерию реставрированный капитализм достиг потолка.
Из последних данных Росстата следует, что более 92% занятого в хозяйстве РФ населения работает по найму. Работодатели — представители крупного и среднего капитала — это всего 1,4% занятых. Выходит, на мелкую буржуазию (а это прежде всего фермеры и редкие лавочники и владельцы мелких мастерских) приходится примерно 6,5% вовлечённых в экономику. Этот класс при капитализме никогда полностью не исчезает, а только, как замечала Р. Люксембург, «скашивается», чтобы прорасти вновь, так как в буржуазной экономике всегда остаются зоны, не приносящие средней нормы прибыли, а в них крупный капитал не инвестирует. Следовательно, в развитии эксплуатации «вширь» (ленинский термин из «Развития капитализма в России») российский капитализм достиг предела.
Он и с начала своей реставрации в России был не способен к прогрессивному развитию. Втянув в свою сферу все рабочие силы страны, он не обеспечил их рационального использования, так как не сумел освоить доставшиеся ему производительные силы. Развитие получили только отрасли, в продукции которых был заинтересован мировой капитал — либо из-за дефицита собственных ресурсов, либо из-за экологических ограничений.
Не раз отмечалось, что внутренний рынок России постоянно скукоживается. Во-первых, ни по одному значимому виду производства РФ не вышла на показатели 1990 года, то есть советской поры. Во-вторых, уничтожены отрасли, призванные обеспечивать производство машин и оборудования, — станкостроение и инструментальная промышленность, искоренено большинство наукоёмких, высокотехнологичных производств. В-третьих, степень износа оборудования по всей индустрии РФ приближается к 50%. В среднем в обрабатывающих производствах она составляет 49,6%. На предприятиях, занятых транспортировкой и хранением товаров, износ в конце 2018 года достигал 56,8%. В такой высокотехнологичной сфере, как информатизация и связь, износ оборудования превысил 60%.
В качестве критерия развития капитализма Ленин в работе «Развитие капитализма в России» использовал данные о грузообороте. В РФ в загоне оказались самые экономичные виды транспорта: в морском транспорте грузооборот сократился по сравнению с 2000 годом на 6%, грузооборот внутреннего водного транспорта в 2017-м составлял менее 38% от соответствующего показателя 2000 года.
НО ЯРЧЕ ВСЕГО, пожалуй, демонстрируют экономическую деградацию РФ данные об изменениях в расселении граждан России. Урбанизация всегда была показателем экономического роста, и это в своей работе Ленин подчёркивал. Между тем показатели расселения россиян в пору реставрации капитализма свидетельствуют о деградации экономики. Иллюзию экономических успехов демонстрируют только крупнейшие города страны. В 2018 году в России было 15 городов-миллионников, тогда как во время последней советской переписи населения (1989 год) лишь 12. Но в то же время от деиндустриализации, характерной для всей России в последние три десятилетия, больше всех пострадали они. Например, Москва, бывшая в советские годы индустриальной столицей великой державы. Миллионники всё более превращаются из индустриальных центров передовых отраслей в торгово-развлекательные центры.
Число городов во второй группе — с населением от 500 тысяч до миллиона человек — в 2018 году вернулось к показателю 1989 года: 22 города, но их суммарное население упало почти на 1 миллион человек. По последним статданным, во всех городах, в каждом из которых проживают более 500 тысяч жителей, сконцентрировано свыше 43% городского населения страны. Три десятилетия назад в таких поселениях проживало чуть более 36% горожан РСФСР. Этот прирост — очевидный результат неразумного правительственного курса на концентрацию населения в городских агломерациях.
Более половины крупных городов находятся в Центральном и Приволжском федеральных округах. На практике же получается, что узлами притяжения оказываются не столько агломерации, сколько их центры. В 2017 году в Центральный федеральный округ переселился из других федеральных округов 1 миллион 125,7 тысячи человек. На втором месте по миграционному потоку, как и следовало ожидать, оказался Приволжский федеральный округ (752,4 тысячи человек). При подобном распределении населения и характере миграционных потоков, используя методологию «Развития капитализма в России», можно сделать вывод о том, что Центр и Приволжье являются центрами экономического развития страны. Но беда в том, что у страны нет экономического развития. Об этом свидетельствуют в том числе процессы деурбанизации.
Сохранили свои показатели большие города, к которым статистика обычно относит поселения, где проживает от 100 тысяч до полумиллиона человек. Раньше они рассматривались как самые привлекательные для формирования новых перспективных производств. В таких городах начали свою биографию Волжский и Камский автомобильные заводы, металлургический комплекс «Северсталь» и многие другие всемирно известные предприятия. Реставрация капитализма украла у них такую перспективу, хотя сегодня до них ещё не успели дойти разрушительные тенденции, которые ярко проявляются в следующей группе поселений.
Города с населением менее 100 тысяч человек чаще всего складывались как моногорода. Они оказались главными поселениями — жертвами всевластия частной собственности. Количество городов с населением от 10 тысяч до 100 тысяч человек за годы реставрации капитализма сократилось на 20%, а их суммарное население — на 3,7 миллиона человек (более чем на 10%).
Показательна смена «статуса» населения внутри группы средних и малых городов. 10 городов, в которых прежде было более 50 тысяч жителей, за период с 2002 по 2018 год из-за деградации экономики переместились в подгруппу поселений с числом жителей от 20 до 50 тысяч человек. В свою очередь понизился статус 38 городов этой подгруппы. А категория городов от 10 тысяч до 20 тысяч человек потеряла 180 единиц.
Вот эти «перемещения по наклонной» — показатель реального состояния российской экономики периода реставрации капитализма, а не «витринные» города-миллионники и полумиллионники. По ним ударила не только деиндустриализация, но и деградация социальной жизни нынешней буржуазной России (например, «оптимизация» медицинских учреждений). В этих городах самый высокий процент безработицы. Но ещё страшнее то, что капитализм оставил их без надежды на новое трудоустройство.
А теперь обратимся к финальной стадии деурбанизации РФ. Во время Всесоюзной переписи населения 1989 года в РСФСР в малых городских поселениях, где численность не превышала 10 тысяч человек, проживали 8,9 миллиона сограждан. До 2002 года в этой категории поселений их сокращение равнялось количеству городов, которые из-за убыли населения переходили в более низкую категорию. Так вал деурбанизации, порождённой разрушением социалистического жизнеустройства, докатился до посёлков городского типа.
Но в 2002 году начался массовый процесс утраты поселениями городского статуса. За 16 последующих лет с карты Российской Федерации исчезли 760 малых городов и посёлков городского типа с населением менее 10 тысяч человек. Количество поселений этой категории сократилось на треть. Два миллиона человек росчерком чиновничьего пера превратились из городских жителей в сельские. Причина такой трансформации лежит в ликвидации градообразующих предприятий. Иначе говоря, работники наёмного труда в этих поселениях превратились в безработных. Теперь стабильным источником их существования стали только личные подсобные хозяйства.
В современной деревне… перенаселение. Для её жителей нет работы. Около 20 миллионов селян живут на то, что производится в их личных подсобных хозяйствах (ЛПХ). Таким способом они осуществляют самообеспечение продовольствием. Для этой части сельского населения товарные отношения ограничены теми возможностями, которые им предоставляют пенсии и иные пособия. Из тех, кто живёт за счёт ЛПХ, только 56,1 тысячи хозяйств имеют стабильный денежный доход от продукции, специально предназначаемой для продажи.
В «Развитии капитализма в России» Ленин доказывал, что отечественная деревня в конце XIX века всё активнее включалась в товарно-денежные отношения. Вовлечённость в рынок свидетельствовала о том, что прогрессивное капиталистическое жизнеустройство вытесняло отживший свой век феодализм. А вот реставрация капитализма в России не способна обеспечить в нынешней деревне господство рынка. Она выталкивает значительную часть россиян в… патриархальный уклад. Для населения, ещё 15 лет считавшегося городским, проблема не в том, что оно оказалось волей буржуазной власти приписано к селянам, а в том, что их вытолкнули в патриархальную экономику.
Это значит, что российский капитализм окончательно деградировал, изжил себя. Его реставрация оказалась практически по всем параметрам не в состоянии поддерживать буржуазные отношения.
В стране нет ни одной квалификационной группы, в которой не было бы сотен тысяч безработных. Ищут рабочее место 534 тысячи квалифицированных рабочих промышленности, строительства и транспорта, 430 тысяч рабочих средней квалификации: операторов производственных установок и машин, сборщиков и водителей. К ним нельзя не добавить неотъемлемую часть нынешнего рабочего класса — 574 тысячи рабочих, вынужденных занимать места, не требующие квалификации. Это более полутора миллионов пролетариев, которых капитализм лишил устойчивого источника существования.
Итак, по всем показателям, по которым 120 лет назад В.И. Ленин обоснованно доказывал, что в России развивается капитализм, сегодняшний капитализм полностью деградировал. Но он за годы реставрации успел создать класс, призванный стать могильщиком бесчеловечного строя.
Теперь у России дилемма, на возможность которой в канун Великой Октябрьской социалистической революции указывал В.И. Ленин: либо социализм, либо гниение. Ответ за авангардом, которым Ленин считал Коммунистическую партию.