26 мая 2026 года в Государственной Думе ФС РФ в рамках круглого стола «Законодательное обеспечение развития русского государствообразующего народа: проблемы, перспективы и роль гражданского общества в формировании желаемого образа будущего» выступил научный сотрудник Российского государственного педагогического университета имени А.И. Герцена (Санкт-Петербург), кандидат психологических наук Алексей Михайлович Богачёв. В своём выступлении он представил научную основу для понимания русского культурного кода – концепции этнокультурных констант Светланы Лурье и российской полиментальности Валентина Семёнова. На примере Мариуполя психолог показал, как русская культура, основанная на соборности, справедливости и жертвенности, помогает людям проходить сквозь экзистенциальные испытания. Особое внимание он уделил необходимости вернуть народу духовность и отобранное в 90-е годы народное достояние.
Психолог А.М. Богачёв:
Две научные концепции в основе обсуждения
Первое. Сегодня очень много говорилось в разных форматах – больше теоретическом, больше практическом – о русском народе, русской цивилизации. И я бы хотел сейчас упомянуть, как мне представляется, очень важную научную основу нашей сегодняшней беседы. Это две концепции, которые идут из современной гуманитаристики.
Концепция этнокультурных констант Светланы Лурье
Первая – это концепция (она немножко развита, тем не менее) этнических, а в развитии своём этнокультурных констант выдающегося санкт-петербургского этнопсихолога Светланы Лурье (из СПбГУ).
Этнокультурные константы – это бессознательные сценарии действий, установки, которые передаются из поколения в поколение через сказки, через язык, через культуру в широком смысле, через обычаи, через жизнедеятельность. Установка эта – готовность действовать определённым образом, заложенная в неосознаваемое, проявляемое в сознании.
Лурье и вслед за ней ученики выделяют следующие этнокультурные константы, передающиеся от Древней Руси (которая, по мнению профессора Фроянова, была достаточно уникальным предклассовым обществом), Московской Руси, Петровской Руси, Империи, Советского Союза:
Вот эти пять этнокультурных констант передаются из поколения в поколение, и они составляют основу культурного кода, который впитывают люди самых разных биологических национальностей. Понятно, что прежде всего это русские, с точки зрения даже предков. И всё же, если человек – как с определёнными генами: с африканскими – Пушкин, с шотландскими – Лермонтов, с датскими – Даль, с еврейскими – Высоцкий, с грузинскими – Багратион, – они все были русскими. Русскими, потому что воспитывались в этом культурном поле. Это как раз суперэтнос, как сказал бы Гумилёв.
Концепция российской полиментальности Валентина Семёнова
И рядом с ней стоит концепция российской полиментальности выдающегося (царствие ему небесное, ушёл, к сожалению, в 2022 году) Валентина Евгеньевича Семёнова, доктора психологических наук, выдающегося социального психолога, тоже из СПбГУ.
Он выделил четыре типа ментальности. Духовно-православные и социалистические коллективистские – с одной стороны, они составляют в целом от 70 до 80 процентов населения России. Поэтому и внутренние враги (пятая колонна), и внешние пытаются ударить этому синтезу.
Есть ещё символически «красное и белое», против этого – «голубое и чёрное»: либерально-попустительский сегмент ментальности и криминальный. Их сравнительно мало, хотя «голубой» расширяется, и через запрещённую Россию пытались расширить «чёрный». Это серьёзная проблема.
Соединение «белого» и «красного» – православно-духовного и социалистически-коллективистского – составляет 70-80%, подавляющее большинство, которое пытаются разъединить.
Русская сказка как культурный код
Это всё проявляется в культуре и в сказках. Сказка базовая для русского народа, проходящая сквозь века. Иван-царевич идёт с сердцем – он же царевич, он же дурак – с сердцем, душой. Русский язык, русская культура – это культура во многом эмоций, души, чувства сопричастности другому при сохранении себя.
Иван-царевич иногда совершает глупые поступки – лягушку берёт, иногда не выдерживает, сжигает шкурку лягушачью. Войдёт в тёмный лес, сражается со злом – с нацизмом, Кощеем Бессмертным. И почему-то не убивает животных, которые становятся его союзниками. И спасает свою душу, по сути.
Всерусская культура – это культура спасения души, которая, как психолог, есть чувство сопричастности другому при сохранении себя. Это серьёзно выражается и в традиционных для России религиях. И пусть это прозвучит канцелярски, но стополагающий Указ о защите традиционных ценностей, моральный кодекс строителя коммунизма – всё это передача из поколений.
Поэтому у нас иммунитет против нацизма и фашизма. В отличие от того, что идиотски и злонамеренно внедрено в сознание жителей Украины: идея, что «древние укропы копали море», что украинский язык – самый древний на земле. К счастью, мы иммунизированы против этой идеи про «древних русов».
Мариупольский опыт: экзистенциальные данности снижают тревожность
Вот это, о чём я говорю, проявляется на практике. Это помогает пройти сквозь смерть, чувство смерти. Я был в Мариуполе многократно, работаю там (преподаю дистанционно и приезжаю). Вы знаете, получили мы удивительные результаты.
Уровень тревожности в Мариуполе ненамного, но значимо ниже, по крайней мере среди студентов, чем, скажем, в Санкт-Петербурге (пусть это достаточно депрессивный город). А риск развития ПТСР – посттравматического стрессового расстройства – равен петербургскому, а в абсолютных цифрах даже больше. В Костроме учёные получили похожие результаты, рассматривая глубинку ДНР и глубинку России – тоже выше в глубинке России.
Почему? Потому что люди, которые живут в стабильной, но потребительской среде, боятся потерять машину, квартиру, дачу – вот они этим и живут. А в Мариуполе люди столкнулись с первичными экзистенциальными данностями. Это «сам погибай, а товарища выручай».
Один профессор, доктор исторических наук, вице-адмирал говорит: он спасал людей, наших ребят из центра Мариуполя, свою семью. Говорит: «Я раньше всего боялся, теперь я чувствую запрещение». Он поверил в Бога. Говорит: «Ну что я пью с вами кофе, вижу солнечный лучик – такая радость. Я понимаю, что есть нечто за пределами меня».
Вот это даёт русская культура. «Отдай последнюю рубашку» – это в социалистический код вшито. И в русский код – не «нациоориентированный», а именно сверхсуперэтнический код. И в Мариуполе это очень сильно проявилось. Неплохо бы это учитывать в действиях по защите русской культуры и государствообразующего русского народа.
Вернуть народу то, что у него украли
И завершаю я вот что хочу ещё сказать. И, конечно, нужно вернуть народу духовность. Это, на мой взгляд, первичное. Диалектика: духовное и материальное взаимопереплетаются. Вернуть народу то, что у него украли и отобрали.
Понимаете, когда нас пытаются манипуляторы сознания: «Вы хотите всё отобрать и поделить» – вы отвечаете им всегда: это конечный психологический лайфхак нашей агитации и пропаганды. Олигархи в 90-е, олигархи и бандиты отобрали и поделили между собой народное достояние, которое наши предки веками создавали в советское время. А сидит «мордатый» олигарх и получает этот доход, а мы хотим вернуть своё народу и вложить в развитие – и это будет соответствовать и духовным, и материальным основам нашей культуры.
