Крайний Север нашей страны с давних пор рассматривался как территория, наиболее удалённая от основных, многовековых направлений, откуда исходили угрозы безопасности России. Полагали, и вполне обоснованно, что гигантские расстояния, непроходимая тайга и столь же непроходимая для чужаков тундра являются такими естественными препятствиями, что ни один супостат и не подумает двинуться в том направлении.
Наполеон и Гитлер с огромным трудом добрались
до Москвы (и были оттуда бесславно вышвырнуты). А уж до того, чтобы забраться
за Урал, никто из западных стратегов и не мыслил. Да и в целом считалось, что
Крайний Север в политическом и экономическом отношении такое захолустье, что
принимать его в геостратегические расчёты вообще не было необходимости.
Юг и Запад – вот основные направления,
традиционно несущие для России военную опасность. С одной только Турцией мы
воевали около десяти раз. А с Запада к нам в течение многих веков непрерывно
шли волны разнообразных интервентов. Всё это заставляло уделять особенно
пристальное внимание этим направлениям, определяло оборонную стратегию
Российской империи и Советского Союза.
Конечно, во второй половине ХХ века
обнаружилось, что маршрут полёта межконтинентальных баллистических ракет (МБР)
США в случае удара по нашей стране пролегал бы через Северный полюс. Но их
целью было бы не Заполярье, а прежде всего, административные центры и
промышленные регионы европейской части и Урала. Поэтому в Заполярье располагались
войска противовоздушной обороны СССР, призванные обеспечивать перехват
американских МБР и стратегических бомбардировщиков.
Всё изменилось после распада Советского
Союза. Нам начали усиленно навязывать идею о том, что в США и Европе у нас
противников больше нет. Что на Западе у нас только искренние друзья, денно и
нощно думающие лишь о благе России. Нас одобрительно похлопывали по плечам,
когда мы сами распиливали свои мощные ракеты и демонтировали системы
вооружений. Нам обещали огромные кредиты и вообще всяческое содействие в
становлении «новой» России, свободной от великодержавных притязаний Российской
империи и СССР.
Уже тогда показушное дружелюбие Запада
вызывало у многих глубокие сомнения. И вот сегодня со всей очевидностью стало
ясно, что историческая враждебность Запада по отношению к России никуда не
исчезла.
Но какое отношение, спросит удивлённый
читатель, все эти крутые внешнеполитические повороты имеют к Крайнему Северу,
Ямалу?
За последнюю четверть века произошли
гигантские изменения в структуре российской экономики.
В геостратегическом отношении это
означает, что центр тяжести экономической системы России переместился из
промышленных районов европейской части и Урала в северные нефтегазодобывающие
регионы – в Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа.
Одновременно произошло громадное
изменение целей, форм и методов вооруженной борьбы. В отличие от прежних веков,
когда целью завоевателей был захват плодородных земель, расширение жизненного
пространства, с конца ХХ века на первое место вышла борьба за источники энергии
– прежде всего, нефть и газ. Раньше иностранная интервенция означала вторжение
на территорию другого государства огромных масс войск. Однако появление в конце
ХХ века высокоточного оружия – управляемых авиабомб, крылатых ракет морского и
воздушного базирования – привело к тому, что для разгрома какого-либо
государства отпала необходимость сухопутной операции. Впервые это
продемонстрировала война НАТО против Союзной Республики Югославии. Ни один
солдат НАТО не входил на территорию Югославии, но за 78 дней массированных
ударов с воздуха страну удалось поставить на колени.
Помимо всего прочего, принципиально
изменились объекты ударов. Наиболее отчетливо это проявилось в ходе той же
агрессии НАТО против Югославии. Целями альянса стали, прежде всего,
промышленность и транспортная инфраструктура страны, а зачастую и сугубо
гражданские объекты типа жилых кварталов, больниц и детских садов. То есть
система жизнеобеспечения государства.
Объекты
и возможности
Ямало-Ненецкий и Ханты-Мансийский
автономные округа дают львиную долю нефти и газа. Доходы от их экспорта
обеспечивают наполнение бюджета страны. На Севере сосредоточены огромные
месторождения золота, ал мазов, угля и других полезных ископаемых. На
арктическом шельфе России разведаны крупнейшие перспективные месторождения
нефти, за доступ к которой борется ряд стран. Всё это повышает значение этого
региона в контексте обороноспособности России.
Наши соперники (правильнее было бы
сказать – противники) энергично готовятся к схватке за Арктику. Страны НАТО
непрерывно проводят учения в северных районах Канады, Норвегии и Исландии.
Создаются новые системы оружия, предназначенные для использования в условиях
Крайнего Севера. Одновременно западные стратеги внимательно изучают «болевые
точки» нашей страны. Я понимаю, что нарисовал достаточно тревожную картину
военной угрозы, нависающей над Российским Севером. Когда я первый раз выступил
с докладом на эту тему в Думе Ханты-Мансийского автономного округа несколько
лет назад, мои коллеги полушутя-полусерьёзно говорили о том, что так можно и
напугать население. К счастью, это, скорее, теоретическая картина того, что
может произойти. Но, как говорит древняя пословица, «кто предупреждён, тот
вооружён».
С тех пор многое изменилось. Ещё пару
лет назад у меня были более серьёзные опасения за безопасность нашего Севера.
Однако сейчас Министерство обороны России принимает энергичные усилия для
восстановления его обороноспособности. На основе Северного флота создано особое
оперативно-стратегическое командование, которое отвечает за защиту всего
российского побережья Ледовитого океана и прибрежных вод. Восстанавливаются
ранее оставленные и модернизируются существующие аэродромы северной и
арктической зоны России: Рогачёво (Новая Земля), Амдерма, Мончегорск, Тикси,
Мыс Шмидта, Норильск, Певек, Хатанга. На эти аэродромы возвращаются части
истребительной авиации. В Архангельской области формируется специальная арктическая
бригада, обладающая возможностью быстрой переброски войск в любой опасный район
нашего Севера.
Войска ПВО готовятся полностью закрыть
радиолокационное поле над Севером, в том числе и за счёт использования новейших
радиолокационных станций, работающих в автономном режиме (то есть не требующие
создания отдельных гарнизонов в труднодоступных местах). Усиливаются
противолодочные силы Северного флота, чтобы исключить возможность
безнаказанного проникновения чужих подводных лодок в территориальные воды и
экономическую зону России в Ледовитом океане.
Недавно у меня была встреча с первым заместителем министра обороны России, начальником Генерального штаба Вооруженных сил РФ генералом армии Валерием Васильевичем Герасимовым. Это была не первая такая встреча. И главной темой обсуждения было состояние обороноспособности Российского Севера и, в частности, Ямала. И каждый раз я уходил из Генерального штаба с ощущением того, что наши военные очень основательно владеют обстановкой на этом стратегическом направлении и предпринимают самые энергичные усилия, чтобы дать возможность жителям Ямала спокойно работать, обеспечивать нашу страну драгоценной энергией, а государственный бюджет – полноценными валютными поступлениями.