Увидев на сайте КПРФ фотографию Константина Черемисове, полковник в отставке Владимир Сопунов узнал в нем своего боевого товарища, с которым вместе служил почти тридцать лет назад. У него сохранились теплые воспоминания о молодом, перспективном командире, которыми он посчитал нужным поделиться с читателями нашего сайта.
В 1985 году я прибыл в Ташкентскую (12-ю отдельную) армию ПВО на должность старшего инспектора политотдела, вспоминает Владимир Сопунов. Расформированная в 70-е годы, армия вновь создавалась, и, в конечном счете, стала самой большой по территории и численности соединений и частей (кроме 11-й Дальневосточной), количеству личного состава. Политотдел возглавил заслуженный летчик СССР, генерал майор авиации Георгий Бельцев.
Вновь созданный коллектив офицеров политотдела, очевидно, не случайно был укомплектован под непосредственным руководством ГУКа (Главное Управление кадров). Опытным политработникам не пришлось долго «притираться» и искать пути взаимопонимания. Наиболее контактным отделом стал отдел комсомольской работы, которые возглавил молодой политработник капитан Константин Черемисов. Офицеры его отдела под стать своему руководителю, были очень активными, работоспособными и очень грамотными политработниками.
Константин Черемисов обратил на себя внимание тем, что в кратчайший срок овладел сложной ситуацией в войсках и включил в работу свой коллектив комсомольской работы. Стиль работы молодых политработников был нелегким по той причине, что вся деятельность сводилась к работе в войсках, среди личного состава, который мы в шутку называли «любимый личный состав». В самых отдаленных гарнизонах, от Урала до Каспия, где по донесениям не везде было все благополучно с дисциплиной, комсомольские вожаки Черемисова ставили подразделения на правильные рельсы, сплачивали коллективы. Часто мне приходилось бывать с проверками в соединениях и частях, в состав групп которых входили офицеры Черемисова. Будучи руководителем штаба проверки, я ежедневно получал донесения от старших групп из воинских частей. Сразу обратил внимание на то, что донесения от группы Черемисова были конкретными, составленными со знанием дел в подразделениях.
Помнится случай, когда в одной из Алма-Атинских частей группой Черемисова были вскрыты факты неуставных взаимоотношений среди военнослужащих. С такими правонарушениями велась непримиримая борьба. Донесение Черемисова стал оспаривать начальник политотдела корпуса генерал-майор Обелов. Согласиться с выводами Черемисова генералу пришлось после того, как капитан Черемисов назвал фамилию командира подразделения, который сам занимался рукоприкладством. Больше никогда генерал Обелов не занимался сокрытием фактов грубейших нарушения со стороны офицерского состава.
Начальник политотдела армии генерал Бельцев полностью доверял Константину и порой давал задания не свойственные отделу комсомольской работы, но требующие компетентности и принципиальности. В рабочем кабинете вожака армейских комсомольцев невозможно было застать. Телефонные поиски в случае необходимости заканчивались почти всегда одним и тем же ответом: «Он на комсомольском собрании, активе, на состязаниях…», в общем «в людях». Хороший спортсмен, Константин в любом подразделении организовывал спортивные мероприятия, который заканчивались душевными беседами в окружении личного состава. Солдат и сержантов как магнитом тянуло к капитану Черемисову, и тот даже будучи в командировках, все свободное время проводил в воинских коллективах.
При его великолепных организаторских способностях Костя всегда старался учиться работе у старших более опытных офицеров-политработников. Помню, в Казахстане, в одном подразделении личный состав срочной службы (90% мусульмане) отказывался принимать в пищу свинину, которая поставлялась на довольствие. Командир подразделения, по национальности казах, не знал, что ему делать. Я попросил командира привезти из поселка муллу. По моей просьбе мулла больше часа в ленкомнате общался с личным составом. Мулла объяснил солдатам, что Коран не запрещает воинам принимать в пищу свинину. Из ленкомнаты солдаты отправились в столовую на прием пищи, свинина им понравилась. Будучи свидетелем происшествия, на обратном пути Константин спросил у меня, есть ли у меня Коран? Коран в моей библиотеке был, и Константин его получил в личное пользование. Вместе с Кораном, Костя получил в пользование и увлекательную книгу 1922 года издания «Речи известных русских юристов». Очевидно, в работе с молодежью ему пригодились выступления Кони и Плевако. Лично я увидел в Черемисове очень перспективного офицера.
Теперь, более чем через 20 лет, увидев на сайте КПРФ фотографию Константина Черемисова, я понял, что никогда не ошибался в нем. Такой человек, как Черемисов, создан для работы с людьми, для заботы о людях. Хорошо, когда обыкновенные люди бывают великими, и плохо, когда люди, которые в нашем понимании «необыкновенные», высокопоставленные, в самом деле являются очень мелкими людишками. Думаю, не зря в агитационном призыве Черемисова во главе стоит фраза о честной власти!
Успехов тебе, сослуживец!
Полковник в отставке Владимир Сопунов