Интервью
известного российского писателя, главного редактора газеты «Питерская Правда»
Германа САДУЛАЕВА о партийной прессе, вегетарианстве и рабочей борьбе
корреспонденту газеты «Голос труд» Алтайского краевого отделения КПРФ.
СПРАВКА
Герман
САДУЛАЕВ. Родился в 1973 году в селе Шали
Чечено-Ингушской АССР. Отец – Умарали Алиевич, чеченец. Мать – Вера
Павловна, терская казачка. В 1989 году поехал поступать в Ленинградский
университет на журфак, но в последний момент решил стать юристом. Живет в
Санкт-Петербурге. Первое произведение – повесть «Одна ласточка еще не делает
весны» – было написано в 2001 году и распространялось автором в Интернете. В
2006 году в издательстве «Ультра. Культура» вышла автобиографическая книга «Я –
чеченец!», посвященная чеченским войнам. Вышедший в 2008 году
автобиографический роман «Таблетка» вошел в шорт-лист литературной премии
«Русский Букер».
– Для
начала – дежурный вопрос: с какого года вы в КПРФ и почему именно КПРФ?
– В коммунистической партии я уже
больше пяти лет, просто потому, что я человек левых, социалистических и
коммунистических убеждений, и это единственная в России партия, которая реально
воплощает эти идеалы.
– Но ведь
есть множество людей, придерживающихся вроде бы тоже левых взглядов, но они
идут в более маргинальные организации.
– Я думаю, это нормально, что
существует множество организаций. Это хорошо, потому что левая идеология
многообразна, разные аспекты могут представлять многие сообщества. Единственное
– мне не нравится, что многие левые организации позиционируют себя просто как
противники КПРФ и на этой негативной самопрезентации строятся. Это ни к чему не
приведет, мы не должны быть противниками, мы должны быть союзниками и выступать
единым фронтом, тем более что КПРФ – единственная из всех организаций,
занимающаяся реальной политикой.
– До КПРФ
вы интересовались политикой?
– Я не примыкал ни к каким
организациям, я был публицистом, высказывался на политические темы. В какой-то
момент я понял просто, что надо как-то артикулировать свой выбор.
– Ваш
основной род деятельности – литература. Как вы считаете, должна литература быть
политизированной?
– Я думаю, что писатель
естественным образом передает в книгах свои убеждения, но не всегда делает это
прямым образом, потому что прямая политическая пропаганда отлична от
художественного высказывания. В художественном высказывании ты всегда
допускаешь некоторое стереозвучание, ты не пытаешься никого сагитировать, ты
показываешь всю сложность человеческой мысли, всю сложность истории. Когда из
романа или художественной повести делается агитка, это вредит художественному
качеству произведения. Если взять мои художественные книги, то они, конечно, не
являются агитационно-пропагандистскими материалами. Когда мне нужно сделать
прямое политическое высказывание, я пишу не художественную книгу, а
соответствующую публицистическую статью.
– Ваша
книга «Я – чеченец» производит большое впечатление и представляет несколько
альтернативный принятому в обществе взгляд на события Чеченской войны. Будут ли
у вас еще книги на эту тему?
– Пока, на данный момент, я для
себя эту тему исчерпал. У меня вышел роман «Шалинский рейд» на тему второй
Чеченской войны и мне не хотелось бы быть писателем одной темы, одного
высказывания. Многие взгляды с момента написания «Я –
чеченец» у меня поменялись. Но я считаю, что тогда она была важна. Мне предлагали
ее переиздать, я сначала решил ее отредактировать, но затем решил оставить в
том виде, в каком она вышла.
– Как
оцениваете положение дел в современной российской литературе?
– Она прекрасна и удивительна. В
ней множество талантливых авторов, в том числе и левой, патриотической
направленности, в том числе Захар ПРИЛЕПИН, Сергей ШАРГУНОВ.
– Кого-то
еще вы бы хотели выделить?
– Леонид Абрамович ЮЗЕФОВИЧ,
писатель, историк, со спокойным взвешенным отношением к событиям Гражданской
войны.
– Гражданская
война – это тема, конфликты вокруг которой до сих пор продолжаются. Многие
говорят, что «красным» и «белым» пора примириться.
– Примирение возможно вокруг
исторической правды, а правда состоит в том, что красные победили. Победа
красных не была случайностью. Красные победили, потому что они отстаивали
интересы России, они отстаивали интересы народа, народ пошел за ними, за ними
была история. Белые проиграли не по случайности, не потому что «у Наполеона был
насморк», а потому, что они заняли антинародную позицию, встали на сторону
интервентов. Их позиция была заведомо проигрышной, приговор им вынесла история.
А настоящее примирение уже произошло во время Великой Отечественной войны,
когда многие белогвардейцы поняли, что они должны защищать Советский Союз как
нашу единственную общую Родину. Те, кто решили, что воевать нужно на любой
стороне лишь бы против Советов, стали власовцами и предателями, и это тоже был
приговор истории.
– При
этом все же большое число белоэмигрантов поддержали
Третий рейх.
– Но многие при этом в эмиграции
заявили о поддержке Советской России, потому что это Россия. Стало понятно, кто
на самом деле за Россию и русский народ, а кто имеет собственные узкие,
клановые, политические цели. История им вынесла свой приговор, они проиграли, а
сейчас пытаются взять реванш, вешают доски своим героям, пытаются стереть из
памяти народа все советское, а называют это примирением и возвращением
исторических наименований. История состоит в том, что белые проиграли, вставшие
на сторону фашистов – проиграли дважды.
– Ваша газета «Питерская Правда» – это партийный
печатный орган. Когда она начала издаваться?
– Сколько я в КПРФ – она
издается. У нее были определенные проблемы с именем, ранее была «Ленинградская
Правда».
– «Питерская
Правда» – ее преемник?
– Да, она является преемником
«Ленинградской Правды», право на которую в результате приватизации перешло к
каким-то коммерческим структурам. Поэтому коммунисты решили создать новую
газету, а не вступать в сомнительные отношения с барыгами.
– На кого
больше рассчитана газета? На внутрипартийный круг или на широкого читателя?
– Это бесплатная городская
газета, мы распространяем ее на агитационных мероприятиях, по ящикам, в точках
распространения. Это агитационная газета, направленная на население, на
сочувствующих, на поддерживающих нас, и в меньшей мере это газета о внутренней
жизни партии, в той мере, насколько это может быть интересно людям.
– А какой
из двух подходов лучше? Ориентация вовне или газета как элемент
внутрипартийного оповещения?
– Думаю, сейчас с внутренним оповещением вполне справятся
группы «ВКонтакте». Я думаю, печатное издание должно быть направлено вовне.
– Как
часто выходит газета? Каков ее «размер»?
– Раз в месяц, тиражом около
сорока тысяч. Постоянно работает над ней три человека, и у нас много внештатных
авторов.
– Вокруг
«Питерской Правды» вспыхивали различные конфликты, можете что-то сказать об
этом?
– Существуют различные концепции,
каким должно быть это издание, на кого оно должно быть направлено, должно быть
направлено внутрь или вовне. Мы считаем, что оно должно быть направлено вовне.
Есть товарищи, которые считают, что нужно уделять внимание теме «как живет
первичка». Мы считаем, что сорокатысячный тираж газеты посвящать новостям
первичных организаций не имеет особого смысла, имеет смысл работать на широкую
аудиторию. Есть некоторые разногласия также и между линией. Так скажем,
марксистской и народно-патриотической. Мы полагаем, что мы не должны
поддерживать существующее руководство России, мы не считаем, что мы должны поддерживать
РПЦ, белогвардейцев, потому что они якобы за Россию, и поэтому мы относимся
критично к российской власти, и мы стоим на красных позициях, и подобной
позиции придерживается большинство наших товарищей по партии. Но определенная
дискуссия все равно есть, и с определенными другими мнениям и мы встречаемся.
Мы руководствуемся правилами ленинского демократического централизма, мы не
раскалываем партию, а работаем на благо партии, подчиняясь решениям
демократического централизма.
– А нужна
ли вообще в наши дни бумажная газета?
– Пока еще бумажная газета нужна.
Довольно много людей читает бумажную газету, газета в представлении людей – это
бумажная газета. Но я думаю, что в настоящих условиях должен быть параллельный
электронный ресурс. Я сейчас работаю над этим. В наших планах в следующем году
запустить полноценный электронный ресурс.
– Это
будет отдельный сайт?
– Я хочу, чтобы это был отдельный
сайт, интегрированный с сайтом городского комитета партии, с навигацией.
– Могли
бы вы выделить какие-то левые интернет-ресурсы, которые просматриваете?
– Я смотрю «Рабкор», смотрю
выступления различных идеологов левой направленности.
– Насколько
я знаю, вы вегетарианец? По каким соображениям?
– Я стал вегетарианцем в 15 лет
под влиянием Толстого и Махатмы Ганди. Мне не свойственно и непривычно есть
мясо, но я не настаиваю и не пропагандирую эти убеждения, тем более в партийной
среде. Это личное дело каждого человека, я не собираюсь пропагандировать
вегетарианство как этический выбор через политические ресурсы.
– У
западных левых зоозащита, вегетарианство – это часть целой повестки. Зачастую на
конфликты, связанные с этими вопросами, люди выходят там активнее, чем на
трудовые конфликты.
– Я думаю, что часть этой
повестки мы должны брать, особенно что касается защиты окружающей среды. Это
наша повестка. Конечно, некоторые другие вещи, традиционные для западного
левого движения, нам не совсем близки, например, борьба за права всяческих
меньшинств, она для нас не совсем актуальна. В отношении миграции мы также
занимаем другие позиции. В данных условиях так называемая трудовая миграция
развращает рабочих, она не дает и здесь рабочему классу бороться, и там. В
интересах социалистического движения ограничить ее, а в идеале вообще
прекратить. Трудовые мигранты абсолютно не заинтересованы в политической жизни
в стране своего пребывания, они не являются политической силой. А вот защиту
окружающей среды, в том числе защиту животных и здорового образа жизни, противостояние
обществу бездумного потребления, уничтожающего и природу, и здоровье человека,
мы должны считать своей повесткой, тем более что в России нет партии зеленых.
– Сейчас
в левом в движении высказывается также мнение, что рабочего класса нынче уже не
существует ввиду автоматизации производства. А что вы думаете по этому поводу?
– Ничего не изменилось, в том
смысле, что существует армия труда и существуют эксплуататоры – владельцы
капитала и средств производства. Рабочий класс – это все люди, которые продают
на рынке труда свою рабочую силу, свои способности, свое здоровье, потому что
больше они ничего не имеют. В этом смысле рабочий класс не может перестать
существовать, пока существует капитализм и пока существует другое,
антагонистическое сословие владельцев капитала, которые не обязаны трудиться и
просто существуют за счет того, что сдают в аренду свой капитал в том или ином
виде. Другое дело, что форма существования сильно изменилась. Если раньше
основой рабочего класса был индустриальный рабочий класс, сконцентрированный на
крупных предприятиях, то этого, конечно, сейчас нет.
– А кто
сейчас может выступать такой основой?
– Сейчас рабочий класс очень
рассеян, рассеян по малым предприятиям, по службам сервиса, услуг, офисам. Он
рассеян и разобщен, и этим пользуются капиталисты, потому что у рабочего класса
отсутствует самосознание. Его проще было иметь, когда все работали на одном
большом заводе. А сейчас люди, являющиеся официантами, уборщиками, продавцами,
несмотря на то, что являются бесправным, угнетенным рабочим классом, не
осознают себя.
Этой раздробленностью и объясняется победа буржуазной
реакции в развитых странах. А индустриальные функции перенесены в третий мир,
где пролетариату не хватает образованности.
– Но мы
можем наблюдать другие примеры, например, те же наксалиты в Непале. Может быть,
в странах третьего мира и начнется революция?
– Революция не прекратилась,
рабочий класс не прекратил существование, антагонизм никуда не делся. Где
начнется революция, трудно сказать, я бы не стал сбрасывать со счетов Китай.
То, что Китай стал капиталистической страной, – сильное преувеличение. Китай
использует капиталистические методы хозяйствования, но сохраняет верность
коммунистической идеологии и от целей социалистических не отказывается, и
именно этим объясняется его бурный рост. Китай может стать флагманом коммунистического
и социалистического движения, показывая пример, как развитую экономику можно
сделать все более и более социалистической, потому что задача взятия
политической власти коммунистами там уже решена, и коммунисты там не
отказываются от политической власти.
Мы недавно встречались с делегацией из Вьетнама и обсуждали
этот вопрос. Вьетнам тоже использует рыночные методы экономики, но не
отказывается от политической власти коммунистической партии и от следования
коммунистической идеологии. Ведь если мы сейчас придем к власти, мы тоже не начнем
полное уничтожение частного капитала и частного бизнеса. В нашей программе
этого нет. В нашей программе – вдумчивое сотрудничество со всеми слоями,
использование предпринимательского потенциала. Безусловно, национализированы
должны быть исключительно государствообразующие отрасли. Мы не собираемся
приватизировать все парикмахерские, кафе и обувные мастерские.
– А что
вы думаете о так называемом «шведском социализме»?
– Опять же неправильно думать,
что «шведский социализм» и европейское «общество всеобщего благоденствия» уже в
прошлом, является только добрым жестом капиталистов. Это следствие прихода к
власти социал-демократических сил. Это прямое следствие политической власти.
Экономический строй всегда порожден политической властью. Он обусловлен
экономической базой, но для того, чтобы в Швеции настал «шведский социализм»,
социал-демократы опирались на профсоюзное движение и социал-демократическую
идеологию.
Мы ведь тоже социал-демократы, просто другого крыла. Их социал-демократы
были всегда склонны к конформизму, к сотрудничеству с капиталом. А большевики
были склонны к революционным преобразованиям. Сейчас во всей Европе происходит
потеря социал-демократами политической власти, власть переходит к
правобуржуазным реакционным кругам. Поэтому мы должны бороться за политическую
власть, если мы хотим смены экономического строя.
Социал-демократы типа Бронштейна всегда утверждали, что
нельзя бороться и сменить экономику, что развитая экономика сама породит смену
политического режима, но мы ведь так не думаем? Ленин сказал – нет,
политический режим должен быть изменен, тогда будет изменена экономика. Поэтому
Китай и Вьетнам в этом смысле ленинцы – они сохраняют политическую власть, они
сохраняют для своих стран возможность перехода к социализму.
– Что бы
вы хотели сказать в завершение алтайским читателям?
– Мне кажется, Алтай – это прекрасный край. Там живут прекрасные люди. Я не был на Алтае целенаправленно, но я часто был в Сибири, недавно был в Красноярске, я видел, что сейчас правильное левое движение как раз в тех регионах. Мне кажется, свет придет оттуда. Столицы слишком заняты коллаборационистами, вот этим капиталом. Я думаю, мы сейчас должны искать революцию, революционные требования от регионов. Петербург уже был родиной трех революций, а сейчас мы передаем эту эстафету вам.