Тогда один из многочисленных заместителей губернатора, вышедший к рабочим, пообещал им обратиться лично к министру Сердюкову. Но, как стало вскоре известно, в министерстве, занятом, по-видимому, очередным реформированием Российской армии, не только не выделили деньги для расчета с предприятием, но даже и не разрешили взять кредит на эти цели.

Тогда группа отчаявшихся рабочих, среди которых большинство - семейные женщины, решила объявить голодовку и, запасшись водой и теплыми вещами, расположилась в одном из кабинетов заводоуправления.

- Не уйдем отсюда, пока не получим заработанное, - заявила одна из участниц этой акции протеста Мартыненко. - Наши дети на голодном пайке, за долги по квартплате, того и гляди, семьи выселят на улицу.

- Нам уже в долг никто не дает, - подхватывает другая участница голодовки Алексеева. - Да и подо что брать в долг, если неизвестно, когда мы получим свои кровно заработанные деньги. За эти восемь месяцев они обесценились наполовину.

А молодой рабочий Быков, отвернувшись от телекамеры, признался, что чуть ли не тайком приводит своего ребенка в детсад из-за боязни, что кто-нибудь из воспитателей напомнит ему о многомесячном долге за содержание дочери.

В таком же унизительном положении находится сегодня большая часть работников этого предприятия. Заводское начальство, как та лягушка в банке, пытается выкарабкаться из этого положения: то продает спорткомплекс за 2,5 млн. рублей, то выставляет на продажу пионерский лагерь и другие объекты соцкультбыта, построенные в советские времена. Да кто сегодня их купит, когда на большинстве брянских предприятий положение не лучше, рабочая неделя сокращена на 2 - 3 дня, люди отправлены в долгосрочные отпуска. Обещанные главой правительства кредиты в поддержку российских производителей до них никак не дойдут.

За первые дни голодовки к ее участникам, кроме журналистов и медиков, никто не наведывался. Нынешняя власть не обращает внимания на подобные отчаянные акции рабочих: мол, неделю-другую поголодают и разойдутся, в лучшем случае найдется сотня-другая тысяч рублей, чтобы утихомирить наиболее решительно настроенных рабочих.

Но этого никак не хотят понять сами участники подобных акций. Председатель профсоюзного комитета завода № 111 Глотова отказалась разговаривать с коммунистами Володарского районного отделения КПРФ г. Брянска, предложившими поддержать голодающих, под тем предлогом, что голодовка - это не политическая акция.

А многомесячная невыплата зарплаты сотням рабочих - это не политика? Отказ Министерства обороны на протяжении уже нескольких лет вовремя оплачивать госзаказы - разве это не политика? Нищенская жизнь людей, загнанных в угол, - разве это не политика? Скажите тогда, что такое политика, уважаемая профсоюзный лидер Глотова?

Ведь пока рабочие не осознают, что за свои права надо бороться не голодовками и пикетами у парадных подъездов, власть будет с ними делать то, что делает сегодня: испытывать терпение. Но оно на исходе, рабочие теряют эту веру. Даже когда голодающим Брянского завода № 111 стало известно, что министерство обещало рассчитаться с предприятием, они не прекратили голодовку и решили ее продолжать до победного конца.

В последний час...

Возле помещения, где проходит голодовка рабочих, неожиданно появился милицейский пост. С какой целью? Когда товарищи по работе попытались встретиться с участниками акции, поддержать их словом, принести минералку, их не пропустили.

Но губернатора милиция пропустила. Господин Денин приезжал к участникам голодовки с предложением привезти их семьям продукты, за которые они заплатят потом, после получения зарплаты. Голодающие отказались.

Изображения увеличатся при нажатии